Чтение онлайн

Но можем ли мы, не пережившие подобных откровений о благодати, судить о ней? Ведь тот, кто ее не пережил и ею не живет, может умно и красиво говорить о ней, но вряд ли кого зажжет. Тот же, кто в ней пребывает, больше о ней молчит, но на нем лежит печать горнего мира. Он становится иным и, тем самым, апостолом и свидетелем благодати. Вглядываясь в опыт подвижников и святых («подражайте наставникам вашим»), можно нечто понять о том мире и свете, в котором они пребывают.

Благодать наполняет жизнь человека ревностью о мире духовном, сердце и разум делает чуткими к пониманию слов Христа, волю – готовой сочетать воедино слово и дело. Личность обретает внутреннюю цельность и особую верность в любви, идти вслед за Христом. Такое состояние может быть получено только как дар, при понимании, что вера – это поклонение Богу в духе и истине, о чем говорил Иисус Христос самарянке и Никодиму.

Здесь возникает вопрос: насколько благодать необходима и доступна современному верующему? Ведь не каждый крещеный готов и способен на такую высоту веры. Не нарушает ли свободу человека призыв к святости и необходимость рождения свыше? Не более ли справедливо и реалистично дать возможность каждому верить так, как он считает для себя нужным и возможным? Конечно, человек свободен делать свой выбор. Но тогда какое отношение будет иметь к нашему христианству Христос? Ведь крестившись во Христа, мы сказали Ему и себе, что идем вслед за Ним, а не Его ведем за собой. И благодаря этому наша непростая жизнь стала крестом ко спасению. И если мы решили, что отныне Он наш Учитель жизни временной и вечной и Он наш путь, истина и жизнь (Ин. 14: 6), то логично Его слушать, любить и Ему целиком доверять. В этом случае перед верующим открывается возможность убедиться в чудесном даре Божественной благодати именно как в даре, а не в заработанной плате. Ибо, несмотря на то что преподобный Серафим призывал стяжать, то есть приобретать, благодать, она дается как дар милости и любви Небесного Отца. Преподобный поясняет, что «стяжевать», приобретать – означает отдавать все усилия, все время, все богатство физическое и душевное, для того чтобы устремляться к разумению, любви и верности Христу. На примере земного времени святой уточняет: «Время есть только деньги вечности. Выгадывайте время для получения небесных благ через земные товары (все, чем мы располагаем в этой жизни)». Даже слова Писания: «Господь любит любящих Его» не являются основанием требовать от Него ни спасения, ни любви, ни благодати. Теперь становятся понятными слова, рожденные опытом святых: «От нас все усилия, на которые мы способны, а результат – от Бога». Если стержнем веры явится такое устройство души, она будет пребывать в смирении и доверии, благодарности и верности, внутренней тишине и любви ко Христу.

Благодать будет послана человеку не в тот час и день, когда он рассчитывает (на молитве, или в Причастии, или постом), и не за заслуги, но когда на то будет воля Божья. Души, которые подобным образом воспринимают мир и себя в нем, обладают особой мудростью, духовной глубиной и свободой. Их сознание проникнуто постоянно действующим мироощущением и знанием, что вся их жизнь, каждое ее мгновение и все, что ее составляет (личные способности, приобретенное мастерство и знания, имущество и семья), им не принадлежит, даровано не по заслугам, а чудом милости Божьей. Они обрели радость в том, что смысл и назначение всех даров и самой их жизни – не для земного благополучия и преходящего самоуслаждения, а для свидетельства о Боге и соработничества с Ним. Человек живет в благодарности за дары, которые имеет, и стремится их творчески использовать. В этом случае они удивительным образом приумножаются, как умножились по благословению Божию пять хлебов для насыщения тысяч людей. Оказывается, простой и малый дар доброго, чистого сердца становится достаточным, чтобы утешить и осчастливить многих. А сам человек вырастает в большую и лучшую степень своих талантов, духовных и душевных. Средневековый христианский мистик Мейстер Экхарт точно отражает, что и как происходит с такой душой: «Как всемогущ Бог в действии, так бездонна душа в приятии. Так преображается она Богом в подобие Божие. Богу – действовать, душе – принимать». По словам апостола Павла, мы «обновляемся духом ума и облекаемся в нового человека, созданного по Богу» (Еф. 4: 23–24). Это и есть пребывание в благодати, которое побуждает человека «поступать по духу».

И тогда душа приносит добрые плоды: любовь, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание (Гал. 5: 22–23). Кто бы не хотел обладать таким богатством? Казалось бы, все это можно достичь усилиями воли, разума, поднимаясь по ступенькам духовной лествицы. Но слава Богу, что эти плоды нельзя нарисовать на себе никакими талантами, как не может яблоня сама на свои ветви повесить ни одного яблока. Мы можем хотеть и стараться полюбить, но любовь придет только как дар; будем сдерживать себя всеми силами от раздражения и избегать суеты, но мир явится только как посланник благодати. Человек должен совершать дела милосердия и поступать по вере, но милующее и верующее сердце рождает только благодать Божия. Она единственная вырывает из суеты, освобождает от пут обыденности и вводит в мир вечности.

Но вот коварный вопрос: если наша вера и ее плоды есть дар от Бога, то можно ходить в церковь, причащаться, молиться и поститься, прожить жизнь – а даров не дождаться? Конечно, можно, тем более если подсознательно считать, что Бог обязан, а мы заслуживаем. Как же быть?

Во-первых, вспомнить, что благодать нас уже не раз касалась. Однажды нас впервые взволновал вопрос о смысле жизни, в поисках ответа мы пришли в церковь, стали искать его в Евангелии, поиск привел к Крещению, душа ощутила потребность сказать Богу «прости». Быть может, когда-то, причастившись, мы остро ощутили милость и близость Божию. В тревоге и скорби нежданно появлялось утешение, беды и горе открывали новое видение себя и мира. В этих и многих других случаях к нам стучался Господь.

Во-вторых, продолжать идти ко Христу, Который и есть наш мир и благодать. Идти, каждый раз уточняя через Писание и молитвенные вопрошания, не сбились ли мы с единственной тропы в тот или иной тупик. Тропа обозначена крестом и смирением, словами и духом Христа. Следуя по ней, необходимо честно отвечать себе на вопрос – зачем мы идем ко Христу и чего Он хочет от нас, зачем Он нас зовет, насколько близко совпадают наше желание и Его воля о нас.

Он хочет нашего спасения и предлагает конкретный путь. Мы хотим того же, но надеемся, что достаточно будет одного лишь страха не погибнуть. Милость Божия велика, быть может, мы и не погибнем, но благодати, скорее всего, не ощутим. Он дает ее жаждущим. Тем, кто идет к Нему через безблагодатную пустыню, которая открывается в нашей душе. В ней мы предоставлены своей свободе и верности собственному выбору. Пустыня может быть длиной в целую жизнь, но это место, где рождается наша вера. Через эту пустыню прошел Иоанн Креститель, когда не получил от Иисуса ответа. Через пустыню и долгую ночь богооставленности прошли многие мистики и аскеты. Через нее прошел на Кресте Сам Христос.

У каждого своя пустыня, своя ночь безверия и сомнений, Господь знает, когда протянуть руку и прикоснуться. Одно такое мгновение может питать человека всю жизнь. У каждого своя мера открытости к принятию благодати. У преподобного Серафима – одна, у того, кто приходит к его источнику и на канавку, – другая. Но если благодать от Святого Духа, то природа и сила ее та же. Только бы не спутать ее с придуманной впечатлительностью, нарисованной воображением или сложившимся статусом святого места. Очень важно понять, что благодать не связана ни с местом, ни с обстановкой, ни с настроением, ни с древностью, но только с собственным сердцем и со Христом. Она всегда и везде та же – непостижимая, но узнаваемая близость Бога. Тот, кто нашел Бога, нашел жизнь и обретает благодать. Состояние благодати не уводит от креста в райскую тихую гавань, а приводит к нему и наполняет его смыслом.

Чтобы не спутать ложную благодать, основанную на желании получить, почувствовать, испытать приятное и приподнятое настроение, с благодатью Божьей, необходимо помнить о важнейшем ее проявлении – трезвости духа.

Трезвость духа есть правдивое отношение к себе и Богу. Она помогает помнить, что в центре жизни вообще и твоей собственной стоит Бог и Его воля, а не ты и твои желания. Святые всегда настаивали на том, что вера и отношения с Богом не должны зависеть от нашего расположения, настроения, состояния души и тела. Чтобы мы не обращали на подобные вещи никакого внимания, а продолжали твердо стоять в молитвенном делании, не ожидая каких-либо переживаний, откровений или ответа на молитву.

Ведь мы, отдавая Богу крохи – наши усилия и малые жертвы, хотим царской, несравнимой награды. Мы стремимся к обожению нашей души, ищем Царствия Божия, хотим благодати, спасения, жизни вечной. Кроме этих глобальных наград, мы просим смирения, мудрости, любви, терпения, кротости – вполне конкретных жемчужин. И Господь по Своему милосердию и щедрости даст нам все это богатство.

Плодами благодати будет новая жизнь преображенного человека. Она обновит все наше мироощущение, наше отношение к людям, к себе, к миру, испытаниям, работе, смерти. Благодать раскроет все лучшие наши качества и даст им жизненную силу, она вернет нам веру в себя. Мы удивимся богатству, заложенному внутри нас, и поймем, что закон его приумножения – отдача. Под действием благодати умирают грехи, человек выходит на свободу из темницы эгоцентризма, он забывает, что такое уныние и одиночество. Начинает жить не во имя свое, а во имя Божие. Начинается спасение.

Свет Божий, и материальный, и нетварный, неотделим от жизни. Он есть сам начало истинной жизни. …Ходите пока есть свет, чтобы не объяла вас тьма: а ходящий во тьме не знает, куда идет (Ин. 12: 35). Пока безраздельно царствует тьма, жизнь безвидна, ее, по сути, нет. Она пуста и бессмысленна. В зарождающемся мире звучит первое слово Божией любви: да будет свет. И стал свет (Быт. 1: 3). Бог открывает Себя светом, несущим в мир смысл бытия. Этим актом творения явлена не только любовь и добрая воля как сущность Создателя: и увидел Бог, что он (свет) хорош, но даже тьма приобретает новое разумное состояние. Она перестала быть безжизненной бездной и стала целесообразностью ночи. В глубинах океана или в толще земли, куда не проникает солнечный свет, жизнь тем не менее существует благодаря свету, сходящему на воду и сушу. Так и смерть перестала быть вечной тьмой благодаря «блистанию Божества» Христова, сошедшего в царство смерти. Но если свет солнечный дан каждому волей Творца без нашего участия, то Свет Христов открывается только чистому и жаждущему сердцу: ищущие Меня обрящут благодать (Притч. 8: 17).

В Евангелии приводится рассказ о том, как Христос открывает Себя ученикам в не поддающемся описанию свете на горе Фавор. Они увидели физическими очами свет вечности как сияние «славы Божьей». У них не было вопроса, что это – сияние солнца или снега горных вершин? Они духом своим познали неземную природу воссиявшего света. Их Учитель Сам был этим светом. Мгновения открыли им вечность, ее нездешнюю красоту и любовь. Они поняли одно – что нет на земле ни слов, ни чувств, ни опыта, которые можно сравнить с тем, что они пережили.