Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Книга стихов «Орфей»

Бореев Георгий

Шрифт:

МАЙСКАЯ СИРЕНЬ

Снежная девчоночка Тает от объятий, И сдувает челочку С чертовой брови, Потому что истина – Не сестра симпатий, Потому что искренне Вру ей о любви! Губы быстротечные Аморально честны, Ноги бесконечные Убегают в страсть. Мне в часы весенние Не хватает места, Чтоб к ее владениям Прижиматься всласть! Бабы-бабаежечки,- Костяные груди,- Языки, как ножички, Мечут в нас весь день, Потому что завидков Не выносят люди, И в полнеба занялась Майская сирень. Снежная девчоночка Улетает… Тает…

ДОЖДЬ

Под молнией развесистой Горит фонтан с небес, Поет любовь. От песни той Все светится окрест. И ты целуешь впопыхах, И ты смеешься вновь, А я кричу: «Эй, наверхах, Врубай на всю любовь!»

В ПАРКЕ

В золоченой клетке парка Рай земной деревьям создан, Их подрезанные крылья Не взлетают в небеса. Не поют деревья песен, Только нянчат в птичьих гнездах Перебитые надежды, Разоренные леса. Вдруг из зарослей акаций Звук ударил из гармошки. Долгой нотою тягучей Щебетал и плакал звук… И скульптурная Венера Ожила – и по дорожке Убежала в рощу сосен, Отбиваться там от рук…

Экспромт Наталье Ш.

… И негу пить из блузок с вырезом, И рифмовать все то – что вырежут, И целовать все то – что дразнится, Пока стоят часы и праздники!

ДОЖДЬ ИЗ ЛИСТЬЕВ

Дождь из листьев алой тучей свесился, Женщины опять похорошели. Хочется напиться и повеситься, Ну, хотя бы на девичьей шее! Поцелуи пахнут шоколадками. И меня влечет к русалке юной, Но сверкает, и не только пятками, Впереди обманщица Фортуна!

СЕТИ

Любовь – великое искусство, Тут каждый – маг и чародей. Ну как перевести мне чувство На лающий язык людей? Твоей тиши я не нарушу Не из-за кротости, отнюдь: Словами не расскажешь душу, Лишь музыкой… и то чуть-чуть… Земное время – как дорожка. Но испытай любовный транс – И время вскроется матрешкой – О, сколько в нем иных пространств! Твое пространство – тонкий ветер, Мир чувств, желаний и страстей, И цепи ревности, и сети, Что спеленали всех людей…

КУКЛА

Утром к дому топает Кукла, старшеклассница, Постоит у тополя, Покурив, подкрасится. За уроки с шашнями На груди отметочки, Гнутся ножки шаткие Куклы, малолеточки. Гнутся губы жгучие, Тушь на блузку капает: – Чучелы-ы-ы, Залапали-и-и… Юность торопливая Пролетает тенями, Как Луна сопливая Под кустом сиреневым…

В ОКНЕ

Мальчишечья душа Колотится в оконце – Там пляшет на ушах Веснушчатое Солнце. Там в облаках из верб Горят, как звезды, птички Любви, надежд и вер, Дырявя мглу привычки. Как будто в соловьев Накапали капелей И огненных ручьев, Чтоб птички – загорели! Душе не до ангин, Когда под взглядом узким Вовсю кадрит с другим Двухпарусная блузка. Ну как уймешь ты зуд, Когда апрель забулькал, И двое там грызут - Горящую сосульку!

МЕРТВЫЙ ГОРОД

Пахнет поцелуями и маем, Пахнет громом промелькнувший луч, Пахнет тем, что чаща голубая Вниз растет из огнестрельных туч. Ливнем, ветром налечу с Востока, По коленкам женским прокачусь, Чтоб они пищали от восторга И стонали – от избытка чувств! Из одежды вылеплю фигуры Галатей, Венер и Афродит, Оживлю прекрасные скульптуры – Мертвый город ахнет, загудит, Разорвется праздником и смехом! И забудут в городе жилом, Как перелетало что-то сверху Души женщин зацепив крылом.

ВОСЬМИСМЫСЛИЕ

– «Я ль на свете всех белее?» Молвит Света: «Что – болеешь?..»

В ДЕРЕВНЕ

А я живу в деревне «Небушко» На туче номер «Сорок восемь». Здесь лебедей кормлю я хлебушком, А птицы шепчут мне про Осень, Про то, как городская ласточка, Стригущая дожди крылами, Зря дырку в небе глиной латала, Скрепляла веточки слезами. Как не сложились в луже листики Судьбы с горчицею и с перцем – Той женщины, с глазами рысьими, Что точит коготки о сердце мне. Про то, как кот ее проведает, Ласкает по утрам, коллега… Все-все мне лебеди поведали, Пока кормил их белым снегом…

ОРФЕЙ

Может быть, она была – гусыня? Иль созвездье Лебедя виной? – Родила соседка, ойкнув, сына С бугорками крыльев за спиной. В остальном — ребенок как ребенок, И соседка пела и цвела, Лишь скрывала в ворохе пеленок От досужих глаз его крыла. А когда подрос он, прятать спину Научился сам под свитера — И врачи не навредили сыну, Не прогнали дети со двора. Чтоб друзья камнями не забили, Он один старался всюду быть: Не влюблялся в женщин из-за крыльев — В час объятий крыл не утаить! Но когда от выдоха Вселенной Мир людей совсем оледенел, Пробил час — и птицей вдохновенной Он расправил крылья и… Запел! Это пенье растопило льдины, И пока не замолкал Орфей, Превращались в рыцарей пингвины, А цветы и кошки — в добрых фей. Так планета во вселенской стуже Сыновей рождает иногда. Ведь Земля как камень — лишь снаружи, А внутри — Крылатая звезда!

ОХОТА

Под гончий лай идет охота: Весь превратившийся в стрелу, Летит олень через болота, Пронзая облака и мглу. Охотник экономит пули: Он ждет, он знает, что теперь - На место, где его спугнули, Затравленный вернется зверь… Вот так и я вернусь с повинной, Скажу: «Прости… не убивай!..», Когда, рога свои откинув, К лосихе убежит трамвай… Я шкуру распахну, как шубу, Расплачусь… призову Творца, И потушу кривые губы В твоих коленях – из свинца…

АССОЛЬ

Я помню – в первоклассные года Копался я в песочнице, как в чуде: Там находил и строил города, В которых жили глиняные люди. Там океан песками погребен. Я откопал там остров и столицу… Народ на вымиранье обречен, Когда из детства выдраны страницы… Я снова, перепачканный, босой, Бумажный парус опускаю в воду: Ведь где-то за туманом ждет Ассоль Корабль под алым парусом Восхода…

ОТПУСК НА ДАЧЕ

На двери звякает цепочка – Златая цепь добра и зла. Из моей точки, как из почки, Проклевываются два крыла. Уже вовсю в очках и в шляпе, Стучится в дверь мою рассвет, А мы с тобой опять прошляпим В постели кинолепет лет. Мир будет птицами стучаться, Кипеть фанфарами реки. Возьмут, как гончие, след счастья Две женских рыщущих руки. Нарежут белый свет стрекозы, Как стеклорезы – для окна, И пчелы запоют глюкозу В обед, нанюхавшись руна. И мы полюбим, и – придавим, И будем жить так – без теней, Свежо, как радиопреданья, Еще пяток полярных дней…
Поделиться с друзьями: