Чтение онлайн

Алекс достал бумажку с адресом, протянул её мне.

– Тебе повезло, – ответил я. – Дом не снесли, он находится недалеко от нас, можем завтра же туда отправиться.

– Уже сегодня, – поправил меня Тёмка.

Я посмотрел на часы. Без пятнадцати три ночи. Да, Артём прав, к Михеечеву Геннадию Адамовичу мы поедем сегодня утром. А зачем откладывать дела в долгий ящик, лучше ковать железо, пока оно горячо.

Глава третья

Чересчур подозрительный старик

Утром начался дождь, Алекс сказал, эта плохая примета, мол, он где-то слышал, что нельзя начинать важные дела во время дождя.

Я с ним согласился, не стал убеждать в обратном, мне самому не очень хотелось идти к Михеечеву под проливным дождём, обходя многочисленные лужи. Конечно, можно взять зонт, но у меня с ним давние счёты. Совершенно не умею обращаться с зонтом! Серьёзно, я не шучу. Открыть его я в состоянии, держать в руке тоже, но толку от этих действий будет мало. По-любому промокну с ног до головы, забрызгаю кроссовки, испачкаю брюки, и обязательно промочу ноги, так как пару-тройку раз – это уже закономерность – наступлю в лужу. Поэтому когда на улице дождь, я предпочитаю отсиживаться дома.

Чтобы убить время, мы стали играть в «дурака». Правда, прежде чем начать игру пришлось несколько раз объяснить Алексу правила. Удивительно, но они в Лондоне не умеют играть в карточного «дурака». Забавно! Мне казалось, «дурак» – игра международная.

– Ты опять бросил не ту карту, – раздражённо, терпения у него никогда не было, сказал Тёмка, вернув Алексу восьмёрку червей. – Я тебе говорил, нельзя «бить» старшую карту младшей.

– Ты в прошлый раз сам бросил восьмёрку на короля.

– В прошлый раз черви были козырем, а король пиковый. Козырем можно «бить» любую карту, если только это не старший козырь.

Алекс бросил карты на пол.

– Не буду я играть в вашего идиота, не хочу.

– В «дурака», – поправил я Алекса.

– Какая разница, лучше скажите, когда кончится дождь?

– Мы тебе не метеостанция, – буркнул Тёмка, начав тасовать колоду карт. – Ладно, не хочешь в карты, давайте комп включим.

В дверь позвонили. Алекс быстро вскочил на ноги и выбежал из комнаты.

– Это Ирина Константиновна, она обещала принести оладьи. Я сам открою.

– Всё, мы его потеряли, он подсел на её еду, – продолжал бурчать Артём. – Оладьи, блин! У меня они уже в печёнках сидят. Чего ты смеёшься, я джинсы сегодня с трудом застегнул, бабе Ире надо плиту сломать. А что, сойдёт, как вариант временной голодовки, а, Вить?

– Иди, сломай, и тогда она с утра до вечера будет тусить на нашей кухне. Предупреждаю, ты переберёшься жить на лестничную площадку, сам твои шмотки туда вышвырну.

– Вить! Артём! Опять…

Мы выскочили в коридор. Ирину Константиновну не увидели, зато стали свидетелями очередной чертовщины: Алекс держался за распахнутую металлическую дверь, а неведомая сила вытягивала его на лестничную площадку.

– Держите меня! – просил он. – Вить, Тёмка!

Я протянул руку, Артём схватил Алекса за ногу. Нас буквально высасывало из квартиры.

– Зачем ты открыл дверь? – кричал я, почувствовав, что ноги оторвались от пола, и я наполовину оказался на лестничной площадке. – Тёмка, не тормози, держи крепче!

Артём собирался протянуть мне руку, но не успел. Возле двери он увидел тень, она приблизилась ко мне почти вплотную. В сознании паникёра Артёма произошло кратковременное замыкание. Он не стал кричать, не стал трястись от страха при виде тени, в Артёме пробудился героизм, дремавший доселе где-то глубоко в закоулках его подсознания.

Издав нечто вроде победоносного клича, он схватил стоявший в коридоре стул, поднял его, словно тот был не тяжелее теннисной ракетки, и со всего размаху саданул по тени. Стул, разумеется, сломался и сразу прекратился этот кошмар. Я упал на пол, вспотевший от страха Алекс, продолжал мёртвой хваткой держаться за металлическую ручку, а Тёмка поспешил втащить меня в прихожую и хлопнуть дверью.

– Пронесло! – сказал я, сидя на полу, облокотившись спиной о стену.

– Зачем ты сломал стул? – спросил Алекс.

Тёмка рассказал нам о тени.

– Тень? Хм-м… Видел её вчера в глазок, – сказал я, осторожно поднявшись с пола. – Алекс, ты прав, нам хотят помешать. И думаю, они ни перед чем не остановятся, время работает против нас, это фигово. Слушайте, плевать на дождь, идёмте к старику прямо сейчас.

Когда в прихожей раздался звонок, мы, не сговариваясь, отпрянули назад.

– Не подходи, – шикнул мне Тёмка. – Витька, стой!

– Я в глазок посмотрю.

В дверь начали стучать.

– Ребята, у вас всё в порядке? – услышали мы голос Ирины Константиновны. – Почему не открываете? Витя! Тёма!

Я распахнул дверь. Обеспокоенная Ирина Константиновна зашла в прихожую, посмотрела на перепуганного Алекса, нахмурила брови, сморщила лоб, на нём сразу же прибавилось морщин.

– Чем вы занимались, откуда на площадке сломанный стул? Виктор, ваши штучки?

– Стул случайно сломался, – начал выкручиваться Артём. – А вообще мы на улицу собирались.

– А со стулом что?

– Не выдержал веса Алекса, вы слишком хорошо нас кормите.

– Не остри, зачем Алекс вставал на стул на площадке?

– Лампочку выкрутить хотел, – быстро соврал я. – Вчера она перегорела, надо новую вкрутить.

Баба Ира мотнула головой, подняла с пола спинку стула и, спохватившись – у неё на плите что-то подгорало – поспешила к себе.

– Сваливаем, пока она не вернулась, – сказал я Темке, зашнуровывая кроссовки.

В кухне послышался грохот и крик Алекса. Понимая, что на него опять совершенно нападение, я рванул на крик. Но вбежав в кухню, не увидел, ни теней, ни гномов, ни призраков. Алекс сидел на полу, растирая правую ногу, рядом валялась апельсиновая кожура.

– Поскользнулся, – простонал он. – Какой идиот догадался кожуру на пол швырнуть?

Я посмотрел на смущённого Тёмку.

– А чего сразу я, – начал оправдываться брат. – Она случайно со стола упала, я хотел подобрать, но не успел. Ну, с кем не бывает. Сильно ногу ушиб?