Книга вторая. Мечта обретённая
Шрифт:
– Граф, чтоб тебя, - простонал я в очередном приступе смеха, - у нас ещё целая ночь впереди, дай закончить с самым важным!
– Молчу-молчу!
– Виграф примирительно поднял руки.
– Так что же мне всё-таки делать? Кого искать в союзники?
– Для начала надо определиться, как ты представляешь идеального союзника, - подал голос Монах. Я развёл руками:
– Не представляю. Идеальным союзником я вижу полноценного Правителя, но там выбор исчерпан.
– Не страшно, - неожиданно согласился Монах, не сказав ничего вроде "о господи, тогда чего ты ждёшь с таким подходом" и даже не намекнув. Наоборот, под его внимательным взглядом мысли в моей голове снова выстроились в цепочку и принялись за работу.
– Если идёт отсылка к Правителю, надо определить, есть ли здесь кто-то, кто является таковым. А если нет, то кто может стать таковым в разумные сроки.
– Точно, - произнёс я.
– Монах, ты золото.
– Ничего особенного, - улыбнулся он, - это всего лишь организация сознания.
– Которой мне очень не хватает, особенно в последнее время.
– Много новой информации. Организация - это не только быстрое мышление, но и умение останавливаться и думать спокойно.
– Да уж, с ним, - я кивнул на Виграфа, - это даже сложнее, чем обычно.
– Со мной?
– тот обиженно-удивлённо направил прямые ладони себе в грудь.
– Я тебя половину времени в дирижабле вёз!
– О да, в изолированном от внешнего мира театре одного актёра, - отбил я. Виграф захохотал:
– Ладно, принимается!
– Так что с кандидатами в Правители?
– вернулся я к Монаху.
– Ах да... Хм. С кандидатами все те сложности, которые я озвучил. Здесь не на кого положиться, местные либо не умеют пользоваться властью, либо умеют исключительно в собственных интересах.
– А если ввести поправку, что ты ищешь не всесторонне идеального Правителя, а только помощника в войне?
– предложил Монах.
– Помощника...
– я задумался.
– Он должен уметь воевать, времени учиться нету. Я должен верить ему, быть уверенным, что он не предаст. С этим труднее всего. Граф?..
– Яволь.
– Скажи, исходя из собственного восприятия, есть среди твоих знакомых те, кто не предаст меня?
– Нет, - без раздумий ответил он, от чего я чуть не свалился.
– Продолжая наш недавний разговор о конкуренции, здесь предают все. По крайней мере, это не возбраняется на уровне общественных норм. Ценят успешных, а не честных. Если брать центр, конечно. На побережье ценят интересных.
Я схватился за голову, чувствуя, что почти выстроенная схема рушится. Виграф успокаивающе положил руку мне на плечо:
– Я, может, не водил в бой легионы, но несколько принципов организации знаю. Как ты считаешь, когда лучших из лучших уже нет, кого брать вместо них?
– Оставшихся лучших, - на автомате ответил я.
– Разве нет?
– А как они стали ими?
– Росли и потихоньку стали. Ну, если предельно упрощать.
– Если они росли, то почему не стали самыми лучшими?
– Виграф подмигнул.
– Они отпали. Сдали позиции. Поэтому во вторую очередь берут лучших из худших.
– А где логика?
– Лучшими из лучших не назначают. И если мы рассматриваем живой процесс, то всегда есть те, кто ждёт своей очереди, и те, кого пока не заметили. При этом они уже проявили себя на уровне своей группы. Понимаешь?
– Предлагаешь довольствоваться тем, что дают?
– вздохнул я.
– Брать тех, кто наиболее успешен здесь?
– Почему нет? У тебя есть ограничение по количеству?
– Нет.
– Ну и всё!
– Виграф повёл рукой, мол, какие тогда вопросы.
– Набираешь пачку самых успешных из тех, кто согласится пойти с тобой, и раскатываешь своих инферналов!
– Есть один нюанс. Если они успешны здесь, зачем им идти со мной куда-то ещё?
– А это уже зависит от того, сумеешь ли ты подобрать нужные слова. Опять же, представь, если человек добился здесь всего, значит, ему больше не интересно! Нужны новые горизонты, новые противостояния!
Я усмехнулся:
– Складно говоришь. Хоть я и не меряю такие вещи интересом... Эх, - опустив голову, я запустил пальцы в волосы.
– Чем копаться во всём этом, взял бы вас двоих, да и вернулся обратно...
Внезапно наступившая тишина, прерываемая только треском древесины, заставила напрячься. Подняв глаза, я увидел, как ребята смотрят на меня с одинаковыми таинственными улыбками.
– Что такое?
– Есть вещи, о которых не просят, - туманно ответил Монах.
– В смысле... вы двое... вы ждали, что я...?
Виграф хитро наблюдал за мной, наклонившись вперёд и опустив лицо на скрещенные пальцы.
– Вы же не хотите сказать, что всё это время ждали, что я озвучу...?
– Не всё время, конечно, - согласился Монах.
– По крайней мере, я пришёл только сегодня и участвовать в ранних обсуждениях не мог.
– Да ну что вы...
– я никак не мог собрать мысли воедино.
– Естественно, я буду рад вам!
– Не в том дело, - серьёзно, но с намёком на улыбку пояснил Виграф.
– Смею надеяться, мы с Монахом понимаем важность твоей задачи. А такие вещи не решаются просьбой взять с собой. Ты отвечаешь за всё - и должен десять раз присмотреться к человеку, прежде чем утверждать его участие.
– Всё, вопрос закрыт, - отмахнулся я.
– Извините, что долго молчал, не привык озвучивать все мысли. Если вы готовы отправиться со мной, я буду счастлив. Тогда завтра мы встаём и пускаемся в обратную дорогу, а до того - отдыхаем и снимаем напряжение. Договорились?
– Так точно, ваше благородие!
– гаркнул Виграф на всю пещеру.
* * * * *
Веален медленно кружился по кабинету, выполняя последовательную серию гимнастическо-дыхательных упражнений. Рекомендованная всем служащим, она не пользовалась популярностью у большинства, особенно у молодых: кабинеты меньше, работа другого плана, да и кажется, что здоровье входит в число неизменных свойств организма. Но сидячий образ жизни и отсутствие внимания к голове и позвоночнику рано или поздно давали о себе знать, так что, по статистике, количество следующих всем рекомендациям профильной комиссии сильнее всего коррелировало с рабочим стажем.
Веален привык заботиться о таких вещах заблаговременно, и проблемы со здоровьем его пока обходили стороной. Что, однако, не мешало получать огромную пользу от прочистки мозга и сопутствующего облегчения мыслительного процесса.
Оказавшись лицом к входной двери, он заметил скромно стоящего на пороге молодого секретаря. Спросил, поймав момент между вдохами и выдохами:
– Что-то случилось?
– Нет-нет, - покачал головой тот.
– Просто заглянул узнать, сколько вы ещё будете на месте.