Чтение онлайн

– Почему нерационально? Хочешь, я сейчас немного подумаю, а потом разложу, почему это рационально?

Проблема Монаха, временно отложенная и скрывавшаяся глубоко внутри, вдруг оказалась рядом. Совсем-совсем рядом. Хотя ей, казалось бы, здесь не место.

Что он сделал не так? Что он упускает?..

Внимание. Нужно внимание к каждой мелочи, к каждой детали.

В глазах Мика Монах видел: да, стоит дать согласие - и он действительно обоснует, почему поругался со своей девушкой, почему именно сейчас и почему это не должно его волновать. По какой-то причине Монаху это не нравилось.

– Ты можешь, верю. Но... не верю, что ты действительно думаешь так, как будешь говорить. Ты не планировал эту ссору и не готовился к ней - я же вижу, что нет. Но сейчас... ты готов пожертвовать всем, что у тебя было, - ради чего?

– А чем жертвовать-то? Ненужными отношениями? Ну, бывает. Со мной-то всё в порядке, ничего из того, что действительно имел, я не потерял.

– Почему ненужными?
– только и смог выговорить Монах.

– По факту. Ты забыл, кто мы и в каком мире живём?

– Не забыл... Но ты ведь сам недавно радовался, что вы уже десять лет живёте вместе!

– Во-первых, не радовался, а удивлялся: для отношений это очень большой срок. Думаешь, если бы мы действительно любили друг друга, я бы об этом сказал кому-либо? Опять же, вспомни, кто мы и где. А во-вторых, мы живём не вместе. Как тебе известно, здесь мы проводим не больше одного дня из пяти.

Монах замолк, обдумывая сказанное. Потом решил пояснить - почти что оправдываясь:

– Я думал, что это нормально для Одиночек, не жить вместе, а встречаться, чтобы потом расходиться.

Сказал - и аж дыхание перехватило, когда вдумался. Интуиция... Ох, интуиция!

Мик, однако, лишь пожал плечами. Потом, подумав, сообщил:

– Ты сегодня какой-то странный. Не сам странный, а странно говоришь. Это просто свобода. Мы живём свободой и всегда жили.

– А если бы ты действительно её любил?
– спросил Монах, решив пойти ва-банк, но докопаться до истины. Голова звенела от напряжения.
– Ты бы мог пожертвовать своей свободой?

– Какая ж это любовь, если ради неё надо жертвовать свободой?
– искренне удивился Мик. Не удержавшись, Монах улыбнулся воспоминанию.
– Что?

– Да нет, просто вспомнил одного знакомого. У него был... значительный любовный опыт. Поверь мне, иногда любовь действительно требует отказа от свободы. Той, что с маленькой буквы. А от той, что с большой, - как правило.

Взглянув на Мика, который будто лимон съел, Монах вздохнул.

Нужно было придти в себя. Определённо, он не был готов к такому разговору, но что ему мешает взять паузу? Собраться и продолжить его через некоторое время, уже нормально, так, чтобы на анализ поступала только актуальная и достоверная информация?

Интуиция продолжала тянуть его куда-то, наворачивала круги и заглядывала в глаза: "давай, нужно искать, не останавливайся!". Но все мысли шли вразнобой, и понять нужное направление Монах был совершенно не в силах.

Сколько всего важного...

Ладно, пойдём простым путём. Оборвав разом все мысли, он сконцентрировался на самом Мике, моделируя его поведение, эмоции.

– О чём я?.. Ах да, отказ от свободы. Ну, хорошо. Тогда попробуй просто представить, что тебе нужно выбрать между настоящей любовью и настоящей свободой. М?
– стоп. А не та ли это картинка сложилась?..
– Хотя... ты ведь уже выбрал, да?

– Что?
– Мик напрягся.

– Лина... Вы потому и поссорились, что она предложила тебе перейти к нормальным отношениям... а не встречаться раз в пять дней.
– Выводы щёлкали в голове один за другим, Монаха настолько затянул процесс, что он всё больше терял связь с реальностью. И даже не осознавал, что самым бессовестным образом нарушал сейчас правила Одиночек, запрещавшие вмешиваться в столь личные дела без прямого одобрения. Но и Мику, похоже, сейчас было не до правил.
– Ты отказался: понял, что для этого пришлось бы пожертвовать свободой. Причём ты, вероятно, сам поставил для себя этот выбор, Лина же просто хотела чего-то большего, чем есть сейчас. Она тоже Одиночка, понимала, насколько тяжело будет для тебя поступиться прежним образом жизни...

Монах поднял глаза, остановил размышления и сосредоточился на окружающем. Перехватил растерянный взгляд Мика - и уже не отпустил, выбирая из него все эмоции, все мысли. Всё, что несло хоть малую долю информации.

– Нет, это уже потом ты задумался о свободе. В тот момент ты, скорее всего, просто был шокирован тем, что она тебя любит. Любит по-настоящему. Что для неё это стало не просто отношениями, а смыслом жизни. А может, ты прошёл по мыслям дальше и понял, что видишь перед собой первого человека, который как раз таки не побоялся обменять весь смысл свободы на всю искренность любви? И испугался этого?..

– Хватит!

Мик вскочил. Вцепился дрожащей рукой в перила крыльца.

– Ты... я не давал тебе права говорить об этом!

Монах замолчал, не отрывая взгляда, хоть для этого ему и пришлось задрать голову.

– Я и подумать не мог, что ты сможешь узнать всё это, - прошептал Мик.
– Черт...

Он рухнул обратно, закрывая голову руками.

– Да... так всё и было. Ты, грёбаный психолог, пастор-самоучка, ты прав...

– А ты?
– Монах грустно улыбнулся. Отстранённо заметил наступившую в голове тишину: интуиция наконец замолчала.

– Что?..

– А ты - прав?

На этот раз Мик убежал в дом, захлопнув за собой дверь.

Всё. Пора идти. Он и так нарушил сегодня достаточно правил. Монах поднялся с земли и произнёс:

– Спасибо за разговор, - и то и другое было частью необходимого ритуала, хотя и выглядело сейчас явной насмешкой. Но только после этого он переместился к себе.

Да, ну и денёк. Ещё не закончился, а информации, над которой можно было подумать, он получил уже столько, что...

Кстати...

Сев в тени ясеня, Монах погрузился в себя, разбирая мысли и отделяя их от эмоций.

– Есть, - радостно произнёс он через несколько минут.
– Похоже, я знаю, с какой стороны за тебя браться.

И улыбнулся.

* * * * *

Практичность Альдена, отражавшаяся буквально во всём в Новой Римской империи, считалась его визитной карточкой среди Правителей. Правда, одни считали, что именно ей он и руководствуется и только в конце основной работы накидывает на голые логические принципы мягкие покровы изящности. Другие им возражали, дескать, император слишком честен для такого и всего лишь старается не создавать красоту, долговечность которой не может быть гарантирована чем-то менее значимым, чем практичность.