Книга заклинаний
Шрифт:
Олив спустила ноги с кровати, стараясь ничем не потревожить огромного рыжего кота. Тот не шевельнулся. Босиком на полу было холодно, но, как обычно, ни одной из ее шести пар тапочек на положенном месте у кровати не обнаружилось. Девочка крадучись прошла через комнату и выскользнула в коридор.
По скрипящим половицам Олив как могла тише прокралась мимо изображений вазы со странными фруктами и церкви на скалистом холме, торопливо скользнула мимо темных зияющих проемов ванной и гостевых комнат, стараясь не представлять, как кто-нибудь оттуда бросается на нее, как из мрака доносится ее имя. Это было непросто.
К тому времени, как девочка добралась до первой комнаты, она уже почти бежала и пулей метнулась через порог розовой спальни.
Харви спал на стуле перед картиной с древней каменной аркой, за которой скрывался вход на чердак. Его голова свисала с края сиденья.
Олив как могла тихонько тронула его переднюю лапу.
Пятнистый кот резко выпрямился.
– Королевский флот ждет распоряжений, ваше величество! – объявил он.
– Ш-ш-ш! – предостерегла Олив. – Харви, мне нужна твоя помощь. Мне надо кое-что найти, и я, кажется, поняла, где оно находится. – Она посмотрела в его большие зеленые глаза. – Ты поможешь?
– Боюсь, вы приняли меня за кого-то другого, ваше величество, – сказал Харви, вытянувшись в струнку, а потом низко поклонившись. – Должно быть, вы не узнаете меня, ведь я долгие месяцы провел в плавании. Это я, Рэли, сэр Уолтер Рэли. И я к вашим услугам.
– Ладно, сэр… как ты сказал?
– Сэр Уолтер Рэли. Путешественник, писатель, солдат, и вообще, как ни посмотри – человек эпохи Возрождения.
– Ладно, сэр Уолтер Рэли, – сказала Олив. – Но нам надо действовать очень-очень скрытно. Никому нельзя знать об этом походе. Ты единственный, кому я могу доверять.
Кот с нескрываемым удовольствием кивнул.
– Договорились, – выдохнула девочка. – Значит, так: нам надо выйти в коридор, залезть в картину с Линден-стрит и найти Мортона.
– Ах да добрый сэр Пододеяльник! – воскликнул Харви с растущим волнением. – Мы преодолеем пролив и воссоединимся с товарищем!
– Ага, – шепнула Олив. – Преодолевай, конечно. Я сразу за тобой.
Набросив на плечи воображаемый плащ, Харви соскочил со стула и потрусил к двери. Ей оставалось только красться за ним.
Следом за расплывчатым пушистым силуэтом Харви Олив дошла по коридору до изображения Линден-стрит. Остановившись перед картиной, кот предложил ей свой хвост, и вместе они проникли сквозь раму в туманные поля, ведущие к улице.
Мортона они обнаружили на лужайке дома по соседству с его собственным – дома, который в мире Олив принадлежал миссис Дьюи. Он выдергивал из земли белые тюльпаны и подбрасывал в воздух. Они взлетали вверх, изгибаясь, будто цирковые булавы из поролона, а потом стремительно неслись обратно к земле луковицами вниз и аккуратно усаживались в свои же лунки.
– Мортон, что делаешь? – спросила Олив, когда они с Харви остановились перед мальчиком.
Тот одарил ее взглядом, в котором читалось, что этот вопрос ну никак не заслуживает ответа, и подбросил вверх следующий тюльпан.
– Где твои друзья?
Мортон пожал плечами:
– Не знаю. Может, сидят по домам. Со своими семьями.
Он подкинул тюльпан в воздух. Цветок два раза перевернулся и спикировал обратно к земле, будто бумажный самолетик.
Олив хотелось сказать: «А семьи у них тоже невидимые?», но у Мортона было такое лицо, что она передумала. Вместо этого девочка присела на влажную траву.
– Слушай, Мортон, – начала она. – Помнишь, я тебя про дневник спрашивала?
Мальчишка не ответил, только выдернул новый тюльпан.
– Мне кажется, если бы найти эту книгу, я бы смогла понять, как помочь тебе вернуться домой.
Мортон покосился на нее краем глаза.
– По-настоящему?
– По-настоящему, – подтвердила Олив. – Если у МакМартинов была книга заклинаний, они, скорее всего, держали ее в заколдованном месте. Я думаю, что она спрятана в одной из картин.
На круглом лице мальчишки появилось скептическое выражение.
– Может быть…
– В общем… – Олив постаралась говорить так, как будто ей все равно, – …Ты поможешь мне ее найти?
– Хм, – сказал Мортон, тоже пытаясь показать, будто ему все равно, – ну наверно.
– Отлично! – прогремел Харви. – Добрая королева Бесс и благородный сэр Пододеяльник достигли согласия. А теперь вперед, исследовать колонии! – И он кинулся прочь по туманной улице. Олив и Мортон бросились за котом, с трудом поспевая за ним.
Все трое протиснулись сквозь раму и неуверенно постояли в коридоре, оглядываясь на темные дверные проемы.
– Откуда нам начать? – наконец прошептал Мортон.
Олив закрыла глаза и подумала о книге. Представила себе ее обложку – черную, коричневую, красную или зеленую. Представила, какова она на ощупь. Быть может, страницы у нее плотные и мягкие, почти как ткань, или тонкие и хрупкие, полупрозрачные, чуть сморщенные, как листки папиросной бумаги. И вдруг – едва ощутимо, очень медленно, но что-то в доме начало ее направлять. Какая-то сила сочилась из стен и сквозь половицы прямо в босые ступни Олив. Она почувствовала, как ее ведет в одном направлении, будто стрелку волчка в настольной игре.
– Вряд ли она внизу, – ответила она тоже шепотом. – Давайте начнем отсюда.
Все трое тронулись в путь по коридору. Харви пытался держаться впереди, хотя и не знал, куда вести, а Олив и Мортон сзади шли на цыпочках по теням друг дружки.
Они начали поиски в гостевой ванной комнате, в которой висела только одна маленькая картина. Олив взялась за хвост Харви, а Мортон ухватился за Олив, и компания шагнула через раму. Женщина на картине, которая вечно стояла одной ногой в старомодной ванне, тихонько вскрикнула, когда пятнистый кот и двое одетых в пижамы детей свалились на ее скользкий плиточный пол, и плюхнулась в воду прямо в полотенце.
– Простите нас, добрая леди, – пафосно начал Харви, – но мы должны изучить вашу ванную комнату во имя Англии.
– Что?! – возмутилась женщина.
Олив присела, чтобы заглянуть под ванну, а Мортон проверил углы. Комната на картине была довольно небольшая и пустая, и уже через несколько секунд трое исследователей выкарабкались обратно, оставив промокшую даму возмущаться фыркать им вслед.
– Никаких книг, – резюмировала Олив. – Давайте проверим синюю комнату.
В синей спальне висела картина с бальной залой, где играл оркестр и танцевали люди в старомодных нарядах. Но когда Харви, Олив и Мортон вылезли из рамы, танцы прекратились. От оркестра донеслось несколько последних звуков – один за другим музыканты сбились и уставились на незваных гостей.