Чтение онлайн

Из окружного суда "дело" попадает к прокурору судебной палаты, который, однако, вынужден признать, что "упомянутое сочинение проф. Сеченова не заключает в себе таких мыслей, которые могли бы быть подведены под точный смысл законов и за распространение коих сочинитель на основании ныне действующих узаконений мог бы быть признан подлежащим ответственности".

Доводы прокурора были справедливы, в книге не было ничего, что можно было подвести под статью Уложения о наказаниях. Министр юстиции князь Урусов был вынужден согласиться с мнением прокурора. Он написал министру внутренних дел Валуеву предостерегающее письмо: "Гласное развитие материалистических теорий при судебном производстве этого дела,- говорилось в письме,- может иметь следствием своим распространение этих теорий в обществе, вследствие возбуждения особого интереса к содержанию этой книги". В свою очередь и министр внутренних дел вынужден был судебное преследование прекратить. 31 августа 1867 г. книга была освобождена из-под ареста и поступила в продажу.

Иван Михайлович Сеченов приобрел в правительственных кругах репутацию "отъявленного материалиста", идеолога сил, враждебных устоям государства. Именно эта репутация помешала избранию его в адъюнкты Академии наук, препятствовала утверждению его профессором Новороссийского университета; более того - на него обрушились реакционные журналы и университетские профессора. Самых суровых мер наказания для Сеченова требовал от правительства петербургский митрополит. Он хотел, чтобы "господина профессора Сеченова сослали для смирения и исправления" в Соловецкий монастырь "за предерзкое душепагубное и вредоносное учение". От Сеченова не скрывали причин, по которым его преследовали. Один из сановников прямо сказал Сеченову: "Напрасно вы напечатали ваши "Рефлексы головного мозга". На это ученый с достоинством ответил: "Надо ведь иметь мужество высказывать свои убеждения".

Вскоре после этого разговора Сеченов вновь издает "Рефлексы головного мозга" (1871 г.).

Мужественно вступил Иван Михайлович в полемику с профессором Петербургского университета К. Д. Кавелиным, в котором В. И. Ленин видел один из "отвратительных типов либерального хамства".

В 1872 г. либеральный журнал "Вестник Европы" напечатал объемистый труд Кавелина "Задачи психологии". Хотя Сеченов и не был назван в этом произведении, всем становилось очевидным, с кем полемизирует его автор. За ответ на статьи петербургского профессора И. Сеченов взялся "с особым удовольствием". Каждый вечер он писал замечания на труд Кавелина, некоторые положения статьи обсуждал с И. И. Мечниковым. В одиннадцатом номере "Вестника Европы" за тот же год появилась статья И. М. Сеченова "Замечания на книгу г. Кавелина "Задачи психологии", которая изобличила элементарное невежество профессора-идеалиста, непонимание им законов развития живой материи. Ученый доказывал, что кавелинская доктрина повторяет старые ошибки идеалистов.

В апрельском номере "Вестника Европы" появился обширный труд Сеченова "Кому и как разрабатывать психологию". Это второе после "Рефлексов головного мозга" капитальное исследование вопроса о сознании как свойстве материи. Но то, что в "Рефлексах" было лишь намечено, здесь разработано много полнее...

Вскоре Сеченов выпустил книгу "Психологические этюды", в которую вошли "Рефлексы головного мозга", "Замечания на книгу г. Кавелина "Задачи психологии" и "Кому и как разрабатывать психологию". Через год "Этюды" появились в Париже, на французском языке. Именно благодаря "Этюдам" Сеченов был избран одним из почетных председателей I Международного конгресса психологов в Париже (1889 г.).

Но Кавелин не угомонился. Он выступил с "Письмами в редакцию "Вестника Европы" по поводу замечаний и вопросов профессора Сеченова", в которых пытался доказать, что его извратили и не поняли, протестовал против того, что Сеченов отнес его к разряду "метафизиков и идеалистов старого закала".

Сеченов на этот объемистый труд, который занял четыре номера журнала, ответил небольшой статьей - "Несколько слов в ответ на "Письмо г. Кавелина" - и прекратил дальнейшую дискуссию. Вот мотив: "В наших взглядах на то, что такое наука, что такое положительный метод, что значит объяснить явление и пр.,- писал Сеченов,- лежат слишком глубокие различия, чтобы нам спорить друг с другом..."

Своими возражениями Сеченов нанес идеалистам сокрушительный удар. Так называемый "спор о душе" закончился полной победой Сеченова.

Характеризуя итоги полемики, Салтыков-Щедрин писал, что в ней "голос Сеченова звучал глубоким басом, а голос Кавелина мягким тенором".

Спор Сеченова с Кавелиным был в центре внимания русской интеллигенции, он оставил след в научной и художественной литературе. Так, Плеханов в 90-х гг., полемизируя с народниками, говорил Михайловскому, что тот попадает в положение Кавелина в споре с Сеченовым. Плеханов же первым указал на психологические исследования Сеченова как на неоспоримое свидетельство торжества материализма.

И. П. Павлов возводил к Сеченову начало научной психологии, а его "Рефлексы" считал "гениальным взмахом научной мысли". К. А. Тимирязев подчеркивал, что Сеченов был едва ли не самым глубоким исследователем в области научной психологии. Педагог К. Д. Ушинский исходил из сеченовского торможения, когда обосновывал свой взгляд на "заученные рефлексы", а драматург А. Н. Островский пытался понять явления художественного творчества с позиций материалистической теории о мозге. Он даже набросал план статьи "Об актерах по Сеченову".

И совершенно прав был первый биограф Сеченова профессор М. Н. Шатерников, который писал: "Мысли, изложенные в "Рефлексах", были так смелы и новы, анализ натуралиста проник в темную область психических явлений и осветил ее с таким искусством и талантом, что потрясающее впечатление, произведенное "Рефлексами" на все мыслящее русское общество, становится вполне понятным".

Неоспоримая заслуга Сеченова в том, что своими "Рефлексами головного мозга" он заложил основы подлинно научной, материалистической психологии.

Сеченов И. М. Избр. произведения. М., 1952-1956, т. 1-2.

Сеченов И. М. Рефлексы головного мозга. М., 1963.

Голованов Я. Иван Сеченов.- В кн.: Этюды об ученых. М., 1968.

Орбели Л. А. Корифеи русской науки Сеченов И. М. и Павлов И. П. Л., 1950.

Рябчиков Е. Звездный путь. М., 1976.

Двадцатилетнему студенту Миклухо-Маклаю явно повезло: знаменитый натуралист Эрнст Геккель пригласил его принять участие в научной экспедиции на Канарские острова. Студент, конечно, с радостью согласился. Экспедиция произвела на молодого ученого неизгладимое впечатление - его охватила жажда странствий, жажда открытий. С этого времени начинается непрерывное, продолжавшееся многие годы путешествие. Двадцать лет скитаний по отдаленнейшим уголкам земного шара, двадцать лет преодоления трудностей, невзгод и препятствий, среди которых тропическая лихорадка была не самым страшным. В поисках истины Миклухо-Маклай проявил поразительное упорство и всепобеждающую волю.

Благородна была и цель: доказать, говоря кратко, что "человек - везде человек", что все люди на земле, все расы - белая, желтая, черная - имеют одинаковые способности к культурному и экономическому развитию.

...Военный корвет "Витязь", на борту которого находился двадцатипятилетний ученый Миклухо-Маклай, на триста шестнадцатый день плавания достиг Новой Гвинеи. Это произошло 19 сентября 1871 г. В этот день написаны первые строки одной из замечательных в истории человечества книг - знаменитого дневника Миклухо-Маклая.

С палубы "Витязя" молодой ученый видел высокие горы, окутанные облаками, под ними по склонам чернел густой тропический лес, подступавший к океану. Громадные деревья, обвитые лианами, опускали свою листву до поверхности воды.

Миклухо-Маклай высадился на неведомой земле, чтобы изучить "жизнь туземцев в первобытном состоянии". Еще никогда никто из европейцев не бывал на этом берегу, остров оставался загадочным, совершенно не изученным. Даже торговцы не осмеливались высаживаться на нем. Здесь высокие горы, почти непроходимые леса, а главное, о местных жителях- папуасах - шла молва как о страшных людоедах, коварных и вероломных.