Книжный магазин-Бар «Убиенная Овечка»
Шрифт:
Клайв отвернулся от меня и снова сосредоточился на Таре, которая вздрогнула, и её пальцы задрожали.
— У меня нет выхода из этой ситуации, — она откинула волосы назад, скорее от разочарования, чем для соблазна. — Или он убьёт меня, или ты. Но сначала он будет пытать меня.
— Ты меня недооцениваешь, — голос Клайва был почти мурлыканьем.
Её глаза затрепетали, из носа потекла кровь.
— Ладно, — сказала я. — Я думаю, нам нужно притормозить. Никого не нужно пытать или что, чёрт возьми, ты сейчас с собой делаешь. Просто дай нам что-нибудь, — когда она открыла рот, я подняла палец. — Что-то, что действительно полезно. Дай контакт кого-то, кто выше по пищевой цепочке, с кем можно поговорить.
Взгляд, который она бросила на меня, был полон чистого отвращения, и кровавая слеза скатилась по её лицу.
— И я умру, потому что Дейв решил привести тебя к моему порогу.
У меня перехватило дыхание.
— Нет. Если ты умрёшь, это будет потому, что ты выманила её сегодня вечером, прекрасно зная, что на неё нападут, — Клайв наклонился вперёд, и Тара вздрогнула, её глаза закатились. — Что ты знаешь?
— Ситри, — выдохнула она, а потом рухнула на пол без сознания.
— Ты уверен, что она не умерла?
Я чувствовала себя виноватой, сидя на пассажирском сиденье элегантного "Родстера" [9] Клайва, за то, что оставила Тару лежать на полу. Да, она вошла в сговор с целью убить меня, но в остальном она показалась мне милой.
— Демонов не так уж легко убить.
Клайв переключил передачу и, издав низкое рычание, машина рванула по Калифорния Стрит, а потом свернула направо.
— К сожалению.
— И, — сказала я, осматривая интерьер его смехотворно шикарной машины. Я ехала с Бондом — Клайвом Бондом. — Мы что, теперь просто крадём машины с улицы? Что случилось с блестящим "Мерседесом" и молчаливым водителем?
9
Родстер — в настоящее время двухместный автомобиль с мягкой или жёсткой съёмной крышей
Клайв едва удостоил меня взглядом.
— Не то, чтобы я выступала против бандитской жизни. Я полностью за угон автомобиля. Если только нас не остановят. Учти, если это произойдёт, меня похитили, и я совершенно невиновна.
Уже был третий час ночи, и по улицам бродило на удивление мало людей. Поди разберись.
— Приятно знать, что у меня есть твоя поддержка.
— Я ни за что не приму удар электрошокера. Это дерьмо жалит.
— Тебя часто били электрошокером, не так ли? — Клайв свернул на обочину и припарковался перед "Логовом Демона". — Похоже, сегодня вечером мы всё-таки отправимся в стрип-клуб.
— “Логово Демона"? Серьёзно? Тактичности им не занимать, не так ли?
Клайв вышел и подождал меня на обочине.
— Независимо от того, насколько хладнокровным гангстером ты себя считаешь, я был бы признателен, если бы ты держала рот на замке. У меня нет никакого желания выкупать твою душу после того, как ты предложишь её голодающему демону.
— Эй! Я крутая и очень хитрая.
Кто, чёрт возьми, назначил его главным?
— Напомни мне, где твоя шапка и шарф.
Клайв поправил пальто, посмотрел на часы, а затем схватил меня за руку и потащил за собой.
— Я серьёзно, Сэм. Молчать.
Когда я показала средний палец у него за спиной, он развернулся так быстро, что я не смогла отследить его движение. В мгновение ока он оказался передо мной, поймал мою руку, и тот самый компрометирующий средний палец оказался между нами. Мой жалкий палец увял под его пристальным взглядом.
— Что в тебе такого? — спросил он почти про себя.
— Моё обаяние? Моя искромётная личность? Мои почти энциклопедические знания Толкина?
Я старалась говорить спокойно, но это было трудно перед лицом... его лицом. Чёрт. Он был очень хорош собой, а я была глупой, покрытой шрамами занозой в его заднице.
— Нет. Это не то, — покачав головой, он потянул меня к двери. — Я серьёзно, Сэм. Держи рот на замке.
Я изобразила, что застегиваю губы, но Клайв этого не заметил.
Большие двойные двери с мягкой обивкой были единственным украшением фасада здания "Логова Демона". С одной стороны от него располагался винный магазин, а с другой ломбард. Обе витрины были ещё открыты. В винном магазине мерцали слабые жёлтые огоньки. Спящий на тротуаре человек втиснул своё свернувшееся тело в узкий проход между стрип-клубом и ломбардом.
Клайв распахнул одну из огромных дверей. Громкая музыка пульсировала в неподвижном воздухе. Тёмный вестибюль заставил меня замедлить шаг. Я не видела ничего, что могло бы объяснить мой порыв, но мне хотелось бежать в другую сторону и продолжать бежать, пока я не окажусь в безопасности под одеялом дома. Клайв, должно быть, почувствовал внезапное напряжение в моей руке, потому что притормозил, когда дверь закрылась, и стал потирать большим пальцем мои пальцы, успокаивая.
В узком коридоре мы погрузились в темноту и последовали к источнику пульсирующей музыки и тусклого света. Похожая на пещеру главная комната была заполнена маленькими столиками, стулья были перевернуты и свисали по бокам. Худая, сгорбленная женщина медленно водила грязной шваброй по полу. Я даже думать не хотела о том, что оставляла после себя её уборка вполсилы. Честно.
Обнажённая до пояса женщина в стрингах покачивалась в такт музыке в ярком свете прожекторов на сцене. Она казалась безжизненной. Обхватив шест, она попыталась приподняться, обхватив его ногой. Неловкий манёвр не удался, её рука соскользнула, и она растянулась на полу. В тёмной, прокуренной комнате раздались тихие смешки. Четверо мужчин сидели за столом в центре сцены и играли в карты.
— Если ты не умеешь работать на шесте, то не танцуй здесь, Кристина. Всё очень просто.
— Мистер Ситри, — из мрака выскользнул человек и навис над нами. — У вас гости.
Все четверо повернулись к нам. На сцене позади них женщина стала повторять то же самое, что делала минуту назад, но никто не смотрел. Мужчины представляли собой впечатляющую массу ужасающих людей. Один был невысоким и приземистым, сложенным, как пожарный гидрант, с воспалёнными повреждениями на лице и руках. Мужчина справа от него был его противоположностью, тонкий, как рельс, землистая кожа, натянутая на скелетообразное лицо, его губы были сжаты в гримасе боли. Мужчина напротив "пожарного гидранта" мог бы быть моделью, золотисто-коричневая кожа, лицо, которое заставляло ангелов плакать, и глаза хищника. Однако всё внимание привлёк тот, кто был ближе всех к нам, тот, кто повернулся к нам последним. Тёмные волосы свисали почти до плеч. Глубокие чёрные глаза горели на его точёном лице. Он излучал силу. К нему-то мы и пришли.
— Клайв. Какой необычный сюрприз, — он встал и направился к нам. — И ты привёл мне кое-кого.
Он протянул мне руку. Пальцы Клайва дёрнулись, но он не сделал ни одного движения, чтобы остановить демона от прикосновения ко мне, поэтому я пожала протянутую руку. Ситри не просто пожал мне руку. Он поднёс её к губам и глубоко вдохнул, целуя мои костяшки пальцев.
Жар прокатился по моей руке и по всему телу. Болезненно осознавая, что я окружена мужчинами, моё дыхание участилось, соски затвердели, а между ног запульсировала боль. Я в деталях представила, что каждый из этих мужчин, обнажённый и готовый, мог бы сделать со мной. Я не могла думать ни о чём другом.