Чтение онлайн

То-то мой батюшка, слушая их, морщится, как будто в очереди у зубного сидит.

Может, вызвать из Москвы мастера? Ну или из Омска, Уфы, где там ближайший найдется? Поправка — не просто ближайший, а ближайший ненормальный колокольных дел мастер, который согласится переться за тысячу верст по лесу… а, блин, по лесу-то и не получится. Мы ж по реке ехали, а река — все. Кончилась. Апрель, лед тает, никто не рискнет по такому льду ехать. Теперь только дождаться, пока лед сойдет окончательно, и отправлять струг. Которого у меня еще и нет. Зато по стругам, слава богу, мастер есть, сделает.

Может, позвонить в Москву, пусть пока поищут мастера? Не в колокол позвонить, а через зеркальце мое волшебное. Если Костька, конечно, соизволит до него добраться. Оставил я на Москве одного своего стрельца, как раз на случай, чтобы с ним связываться через зеркало и узнавать последние новости. А то нападут какие-нибудь французы, а до нас новость об этом дойдет только вместе с самими французами. И, вроде бы, Костька — парень серьезный, ответственный, но вот уже пару недель не отвечает на зеркальные звонки. Я уж переживаю, не случилось ли с ним чего. Даже отцу своему во Псков звонил — приемному, конечно, но Викентий его всю жизнь как родного воспринимал, и я иначе тоже не могу относиться — спросить, мол, что там, на Руси, происходит. Но отец ничего не слышал, ни война, ни чума, ни зомби-апокалипсис Руси-матушке не грозили. Ну а что там с Костькой, он, естественно, не знал. А теперь и до отца не дозвонишься — он при последнем созвоне-созеркаливании сказал, что отправляется куда-то под Себеж ловить разбойников, так что будет вне зоны доступа.

Я постоял еще немного на надвратной башне — отсюда самый красивый вид на город открывался — но тут у меня под ногами начали чем-то стучать. Я выглянул из бойницы вниз — а, точно, плотники вгоняли молотками деревянные гвозди, укрепляя над воротами табличку с названием города. На Руси так, правда, не делают — все и так знают, как город называется — но, блин, я ляпнул, а всем идея понравилась.

3

Да, у моего города — нет, все же как звучит, а! — есть надвратная башня, вместе с воротами, а к ней, соответственно, прилагаются бревенчатые стены, и еще башни, и все это вокруг города. Как бы места здесь глухие, отовсюду напасть могут: с юга — джунгары придут, поинтересоваться насчет дани, с востока — телеуты, выяснить, какого лешего на их старинных землях поселились невесть кто, опять же дань, с запада — внезапно, русские, тоже насчет дани поинтересоваться… не в смысле — официально, а какой-нибудь последователь разбойничьего атамана Степашки… а то и он сам, в силу живости характера и общей шилозадости.

И с любого направления — оборотни.

Блин, как бы не хотелось мне оказаться неправым — но я оказался прав. «Дети Эрлика» — именно оборотни и есть. Местные. Помните, я собирался проверить всех моих переселенцев на оборотничество? Мы проверили. Всех. Вот то есть — буквально всех. И одного оборотня таки нашли.

Вернее — ее.

Один из переселенцев, молодой парнишка из-под Новгорода, рыбак, кажись, по дороге во время одной из стоянок познакомился с местной девушкой. Молодая, бойкая, глаза сияют, губы горят, в общем, слово за слово — познакомились, дальше — дело молодое, тело молодое — решили пожениться, она ради этого даже покреститься согласилась. И вот, приходим мы к ним в дом, свежеотстроенный, еще смолой пахнет, достаю я нож, подношу к глазу…

Да не к ее глазу! Мол, признавайся, ты оборотень или нет?! Тут, я думаю, мы «оборотней» много нашли бы, когда тебе ножом в глаз тычут. Нет, есть надежный способ определить оборотня: берешь особый нож — мне Настенька его заговорила — подносишь лезвием к своему глазу, поперек — и через лезвие смотришь на подозрительного человека.

К этому времени мы уже полгорода обошли, никого не обнаружили, так что я взгляд на девчонку бросил так, рутинно. А там… Вот только что у печи стояла девушка-телеутка, уже носившая русский сарафан да кокошник, а стоило только на нее через нож взглянуть — волчица! Стоит у печи волчица, на задних лапах, а в передних ухват держит. Зрелище не для слабонервных, скажу я вам.

Девчонка по моему лицу поняла, что спалилась, ударилась о пол, перекатилась — и серым волком брызнула к оконцу.

Не добежала.

Стрельцы у меня люди опытные, не стали стоять, разинув рот, мол, глянь, что деется — девка в волка превратилась! Шарахнули в нее из двух мушкетов, как только дым рассеялся — лежит, на полу, в луже крови. Волчица лежит, кто ж еще.

Парнишке мы так и не сказали, кто у него в невесты набился. Жалко ж… Сказали, мол, волк на его невесту напал и прям живьем проглотил. Ну а волка, соответственно, уже мы прикончили.

В общем, теперь однозначно понятно, что оборотни вокруг нас все же крутятся и что-то непонятное затевают. И надо быть настороже.

Не знаю, конечно, как именно оборотни собираются на нас нападать, но есть у меня пара приколов, их порадовать.

Первый — это, конечно, сама крепость, которую просто так наскоком не возьмешь, плюс, по совету знающих людей — Насти, короче — под самой стеной мы посеяли «волчий корень». Не знаю, что за корень такой, но для оборотней он — как чеснок для вампиров.

Второе — это уже мое личное ноу-хау, не только против оборотней, а против любого, кто мой город в осаду взять попытается.

Есть у меня чародейный холоп, Земляным Словом владеющий. От Морозовых мне достался. Вот только не знаю — то ли он по жизни такой шизанутый, то ли Морозовы, делая его холопом, что-то там у него в голове повредили, но этот холоп без дела сидеть не может. То есть, он или копает землю, дороги там делает, или ходы подземные — или бухает. А так как спиться такому ценному приобретению я не могу позволить, значит, надо ему какое-то применение найти. И тут я вспомнил…

Смотрели, может, аниме «Стальной алхимик»? Их два, что ближе к манге снят мне вспомнился. Так вот — в нем есть гомункул Лень, огромный здоровяк, который, в несоответствии со своим именем, половину аниме занимается тем, что роет подземный туннель. Под ВСЕЙ страной. По сюжету этот туннель — гигантский алхимический символ, нужный хозяину гомункула, чтобы превратить все население страны в философский камень.

Я — не алхимик, и философские камни мне и даром не нужны, но идея насчет подземного туннеля мне понравилась. И сейчас мой личный чародейный гомункул роет сеть подземных коридоров, охватывающую все пространство вокруг города. Зачем? Так, чтобы можно было, если Осетровск попадет в осаду, пройти точно под то место, где встанут лагерем осаждающие. И нет: заложить мину — мысль, конечно, прикольная, но нет у меня мин.

А вот Голос — есть.

4

Я еще раз взглянул на флаг — нет, все же красив! — и спустился по крутой лестнице с башни на предвратную площадку, ту, что сразу после захаба. Мимо пробежали, играя, две девчонки. Ав-Ав, мой живой индикатор золота и серебра и Марфушка-Соломинка, дочка плотника, та, что Сухим Словом владеет.

Обе увидели меня, восторженно пискнули, и полезли обниматься. Ав-Ав вообще воспринимает меня, как старшего братика — слава богу, вовсе не в анимешном смысле, она еще маленькая — а Соломинка просто рада сбежать от своего отца, на мой взгляд слишком сурово к ней относящегося. Вон, стоит в стороне, смотрит сычом…

А вон ко мне идет тезка Соломинки, боярыня Марфа. После того случая, как Аглашка нас с Морозовой «поймала» на горячем, Марфа вроде бы как утихомирилась, и попыток соблазнения больше не делала. Хорошо, хоть, не обиделась — девчонки так и не признались, что за наказание они ей придумали, но, похоже, шутливое и необидное — при встречах была вполне дружелюбна…

А вот сейчас она какая-то не совсем дружелюбная… Я бы даже сказал — злая…

— Что случилось, Марфа?

— Беда, Викентий, беда… Посольство от телеутского князя прибыло.