Чтение онлайн

— Прекрасно это понимаю, Анатолий Фёдорович, — сказал я, запив бутерброд горячим чаем. — Да и не только в этом дело, мне сам процесс нравится. Я же говорил раньше, что целительство — моё настоящее призвание. Только я хочу немного расширить рамки представлений о том, что такое целительство.

— Ты имеешь в виду обратную трансформацию монстров Аномалии? — полюбопытствовал Герасимов.

— Не только монстров, — покачал я головой. — Я хочу попытаться «вылечить» и саму Аномалию. Не всю, конечно, но хотя бы уменьшить её площадь, укротить, сделать более контролируемой и управляемой.

— Как те маги-менталисты? — нахмурился мой наставник.

— Вовсе нет, — ухмыльнулся я. — Я не собираюсь делать Аномалию своей ударной силой, я хочу лишь значительно уменьшить исходящую от неё угрозу и сохранить её пользу для империи. Я же прекрасно понимаю, что ресурсы из Аномалии слишком сильно встроены в нашу экномику.

— Высокие цели, благородные мечты, — задумчиво произнёс Герасимов, поставив пустую кружку на стол. — Но, я почему-то верю, что у тебя получится, ты сможешь.

За эту безумную ночь, уже начавшую казаться бесконечной, было ещё несколько поступлений бойцов, но уже не в таких больших количествах, как раньше. Мы справлялись с наплывом, хоть все уже изрядно устали.

Особенно бледно на общем фоне смотрелась молодёжь, лица у практикантов были осунувшиеся, но они старательно выполняли свои обязанности, хорошо обращались с ранеными бойцами, не отвечали грубостью на одни и те же глупые вопросы, что радовало. Ведь это тоже важно.

В короткие минуты затишья в приёмном отделении, я периодически наблюдал за камерами турелей, которые показывали поле между городской стеной и Аномалией. Монстров было невероятно много, правда, мне не с чем сравнить, ведь раньше возможности таких наблюдений у меня не было, но, мне кажется, всё же их раньше было меньше. Хотя, один раз монстры как-то прорвали оборону и вошли в город. Был даже бой возле госпиталя, это я прекрасно помню.

В этот раз, несмотря на штурмующие городские стены армии тварей, прорыва не произошло. Турели работали, почти не умолкая. Ещё пару раз за ночь работала система залпового огня. Благо боеприпасы к ним привозили исправно.

Один такой залп я даже смог проследить на экране планшета. Это было впечатляюще. Снаряды ложились в шахматном порядке. От точек взрывов в разные стороны расходились светящиеся голубые круги, словно от камня, брошенного в воду. В радиусе полусотни метров всех монстров мгновенно испепелило, а тех, что находились дальше, разбрасывало в стороны, нередко по частям.

Около трёх часов ночи начался очередной поток раненых. Не чувствуя под собой ног, мы дружно молча пошли в приёмное отделение. На молодёжь было жалко смотреть — они двигались как зомби, разве что не выставив руки перед собой, как это показывают в фильмах. Но, увидев раненых, все сразу приходили в себя и начинали действовать, очень помогала и моральная поддержка заведующего.

— Так, ребятки, взбодрились! — довольно громко напутствовал выползающих из ординаторской практикантов, звонко хлопая при этом в ладоши. — Давай-давай, просыпаемся! Натянули на лицо улыбочку, выпрямили спины, расправили плечи и бодрой походкой от бедра и-и-раз!

Улыбаться уже получалось не у всех, но сама интонация начальника словно придавала сил и поднимала настроение. Наставник будто раздавал всем запасные батарейки своим видом и бодрым голосом. Парни и, правда, обретали гордую осанку, понимали нос и шагали в приёмное отделение, уже готовые к новым трудовым подвигам.

Я старался вылечить как можно больше пациентов, чтобы облегчить участь остальным и дополнительно укрепить свой шестой круг. Хотя и так уже видел — он готов к прорыву и переходу к седьмому, осталось только добраться домой. Пока же я лишь укреплял фундамент того, что у меня и так было.

— Не бережёшь ты себя, Ваня! — сказал, проходя мимо меня, Анатолий Фёдорович, увидев, как я исцелил сразу четверых бойцов. — Или хочешь, чтобы другим тоже досталось?

— И то, и другое, — усмехнулся я. — Светя другим, сгораю сам.

— Ты с этим смотри поосторожнее, — хмыкнул наставник. — Огнетушитель под рукой держи, что ли.

Его не совсем уместная шутка тем не менее немного подняла мне настроение и взбодрила, придала жизненных сил. Я перешёл к следующим пострадавшим и приступил к исцелению.

Женя мне всё это время казалась довольно бодрой, она с деловым и невозмутимым видом переходила от одного пациента к другому, разговаривала, успокаивала, отвечала на вопросы, делала обезболивание, обрабатывала поверхностные раны целительным эликсиром, помогала с очищением от негативной энергии Аномалии. Казалось, что для неё это обычный рабочий день, но так только казалось.

В промежутках между поступлениями раненых девушка присаживалась на диван и мгновенно отключалась, словно кто-то нажимал на соответствующую кнопку. Увидев этот феномен в очередной раз, я тихонько обратился к ней по имени, тронул за руку, но никакой реакции не последовало. Может, это какая-то особая техника? Надо будет потом её об этом расспросить. Все же удобно засыпать в любой подходящей ситуации без ворочания и лишних мыслей.

Слышал однажды про некий быстрый сон, но раньше не придавал этому особого значения. Считал, что это всё про описание фаз сна из физиологии, не более того. Однако налицо результат — во время очередной тревоги Женя снова выглядела бодрой, словно не двадцать минут сидела на диване, а провела ночь дома.

Из госпиталя мы с Евгенией вышли уже под утро, когда небо на востоке начало светлеть и между крышами домов уже показался самый краешек солнца. К этому времени бой за стенами города практически стих. Раздавались лишь отдельные очереди, одиночные выстрелы, совсем редко — взрывы. Но взрывы далекие.

Турели так же срабатывали очень редко, видимо, отслеживая самых крупных монстров и уничтожая их короткой очередью, превращая в решето или разрывая на куски, я видел это за ночь не раз на экране планшета.

Андрей крепко спал, сидя за рулём. На лице застыла едва заметная улыбка, значит, сны приятные, несмотря на то, что здесь творилось. Я постучал в окошко, парень встрепенулся, увидел меня и, ещё даже не окончательно проснувшись, завёл двигатель.

— Я же говорил тебе ехать домой, — сказал я, усаживаясь в машину. — Говорил, что позвоню, когда нужно будет забрать меня. Потом смотрю, машина всё на месте, чего это ты?

— Да я сначала подумал… — сказал он, потягиваясь и сладко зевая. — Потом решил книжку почитать. Смотрел, как раненых привозят. Потом думаю: что уже ехать? Останусь тут. Интересно, давно я заснул?