Чтение онлайн

— О, правда? В таком случае… — Анубис хитро улыбнулся: — Моя сестра готовит для тебя «особое» нападени…

— ЗАТКНИСЬ!!! — воскликнула волчица и прикрыла брату рот: — Опять несёшь несусветную чушь! Сколько можно?!

Заинтересованный новой «игрой» Страж Весов и лживая Защитница Рима.

Ах, какие же они милые…

+++

Когда ехали в деревню, я был всецело поглощён планом Анубиса. Но зато теперь у меня появилась возможность, как следует разглядеть Ростов-на-Дону.

Красивый город!

Яркий, солнечный и тёплый. Здесь было очень много прекрасных строений, но всё же большую часть занимали пятиэтажные коробки для простолюдинов. А ещё в довольно жиденьком трафике очень часто встречались потёртые старые моколи…

Да, братков здесь было очень много! И причём, они не скрывались, как в Перми. Стояли практически на каждом шагу, словно город принадлежал им.

А дед рассказывал про свою молодость в Ростове.

— Как с Университета вернулся — гулял пару месяцев. Вообще ничем не занимался! Жил в своё удовольствие на деньги родителей. А потом ушёл в армию. Отпуск закончился! — хохотнул Митяй: — Сперва в Казани служил. Проходил курс молодого бойца! А потом на границу послали. Когда третья война с Пруссией началась, я как раз уже закончил обучение. Дошёл до самого Берлина и перед победой схлопотал осколок гранаты в голову. Ну… думаю, как раз инсульт через много лет из-за осколка и догнал. В общем, попал в военный госпиталь в Белгороде. А там с Танюшкой и познакомился. Она помощницей целителя была. Ох, зацвела тогда любовь!

— Мило. — ответил я: — Выходит, ты её перевёз в Ростов?

— Ага. Но сперва познакомился с её родителями. Отец — небольшой помещик. Как узнал, что я из Галыгиных, так сразу же благословение и дал. А потом приехали и свадьбу сыграли. На медовый месяц слетали в Италию, потом немного погуляли в Париже, и в завершении — как следует прогрелись в Крыму! Весело было. О… А, вон в той булочной мы с другом, как-то раз случайно ввязались в драку!

Митяй рассказал ещё несколько забавных историй, пока мы не приехали в высокое угловое здание, которое больше напоминало старинный замок.

Перед встречей с нотариусом, к нам подошла серенькая шотландская кошка.

— Добрый день! — поздоровалась она, и встав на задние лапки, опёрлась о мою ногу: — Не могли бы вы поднять меня?

— Добрый. А, вы, кто? — уточнил я, взяв кошку на руки.

— Меня зовут — Ханна. И я местный дух-эксперт. Хр-р… — кошка зачем-то обтёрлась головой о пуговицу на моём мундире: — Небольшая медицинская проверка. Обязательная процедура перед посещением нотариуса. Особенно, когда речь идёт про людей… — Ханна взглянула на Митяя: —…преклонного возраста. Мы должны быть уверены, что сделка чиста. Ну, в том плане, что ваш родственник трезв и в здравом уме.

— Вот, как? Интересно. Ну… тогда — проверяйте.

— С вами всё хорошо. Теперь передайте меня своему родственнику. — кошка потянулась лапками к Митяю.

— Иди-иди, матушка. — старик радостно взял Ханну.

— Мр-р-р… Проверка пройдена! Вы можете зайти. — сообщила кошка, а затем спрыгнула на пол и вальяжно удалилась.

— Спасибо… — тихо ответил я, глядя вслед очень странной сотруднице.

Нет, ну в целом — всё правильно. Вдруг, кто-то опоит своего «любимого» родственничка, или же воспользуется слабоумием совсем старого человека. А после подписи обеих сторон — оспаривать что-то будет очень сложно. Даже Митяй об этом упомянул.

В итоге, мы с дедом зашли в очень мрачный кабинет, где за широким столом восседала не менее мрачная дама. Она была немногословна и отвечать предпочитала кивком.

После внимательного изучения огромной стопки документов, я поставил неимоверное количество подписей дорогущей перьевой ручкой.

— Поздравляю. — заключила нотариус: — Теперь вы официально являетесь частью семьи Галыгиных. После совершеннолетия — подпишите документы в Приёмной Романовых, а потом дождитесь Выслугу. И тогда сможете образовать своё ответвление, или даже собственный Дом.

— Благодарю. — произнёс я, разглядывая здоровенный ключ, который мне выдали в знак принадлежности к титулу.

— Хе-хе! Совсем скоро станешь Князем! — обрадованно произнёс Митяй, когда мы сели обратно в лимузин и покатили в сторону банка.

— Слушай. Меня всё гложет один вопрос… — я взглянул на деда.

— Спрашивай всё, что хочешь! Сегодня я снял с души огромный груз. Так что готов ответить на любые вопросы.

— Здорово, конечно. Но тебе не обидно, что я, возможно, возьму себе другую подписную фамилию?

— Ну… Буду честен — если бы данный разговор состоялся лет тридцать назад, то я бы дал тебе смачного ростовского леща. А сейчас, когда от нашего Дома практически ничего не осталось… смысл ругаться и обижаться? Володь — ты волен сам выбирать, что делать с этим ключом. И уж тем более, я не имею права отговаривать тебя делать собственный Дом. Но ты, главное, учитывай, что Князь — очень высокий титул. Считай, что дальний родственник Его Императорского Величества. А это — крайне большая ответственность. За тобой будут наблюдать все!

— Да про наблюдение-то — ладно. Мне не привыкать. Я больше за тебя переживал.

— А, чего за меня переживать-то? Ты на меня не смотри! Мой век подходит к концу. И я буду только счастлив, хоть чем-то помочь моему единственному внучатом племяннику!

— Золотой ты человек.

— Ой, да ладно! — отмахнулся он и продолжил рассказывать про свою молодость в Ростове.

Удивительная особенность большинства людей старшего поколения. Они готовы отдать своим внукам абсолютно всё.

Но, почему?

Незакрытый гештальт по отношению к собственным детям? Проявление любви и заботы по отношению к младшему поколению? Осознание, что всё нажитое собиралось, как раз для младшего поколения? А может быть… всё сразу?

Тёмная сторона выказывала недовольство, и я прекрасно ощущал это.

Сочувствие…

Раньше у меня не было подобных эмоций к незнакомцам. А Митяя я знал всего пару с половиной часов. Он и был для меня самым настоящим незнакомцем.

Но, почему я так за него переживал? Почему проникся его историей и не хотел лишний раз расстраивать?

Да, потому что передо мной оказался совершенно одинокий старик, которого судьба пережевала, а затем выплюнула на обочину жизни. У него не осталось никого, кроме двух богинь-прислужниц… Даже самых дальних родственников или друзей.

И вот он встречает чудом воскресшего внучатого племянника. Единственного живого родственника… Единственного близкого, кто остался в этом огромном мире!

Ничего не напоминает?

Со мной дважды происходила абсолютно такая же ситуация. Только вот, ко мне «внучатые племянники» не приходили. И это… страшно. Страшно от того, что ты остаешься совершенно один. Просто некому позвонить, написать или банально — поговорить по душам.