Чтение онлайн

Вера принюхалась и, скорчив личико, возмутилась:

— Безобразное отношение к пострадавшему! Почему не проведены гигиенические процедуры? Даже в тюрьме так не воняет!

Все четверо вопросительно уставилась на Кузю. Тот покраснел и пробормотал:

— Это вот… так вот вышло…

— Свободен! — сердито рявкнул Игорь Андреевич.

Кузя пулей выскочил за дверь, унося с собой запах протухшего дачного туалета.

Дмитрий Николаевич тем временем сложил правую кисть в пуута-мудру: прижал большой палец к боковой фаланге безымянного, остальные расставил в стороны.

По комнате прокатился очищающий ветерок.

— Пахучие у вас слуги, Игорь Андреевич, — ехидно заметил он.

Арзамасский поморщился, но промолчал.

— Михаил, как вы себя чувствуете? — протянула Вера, словно ставя точку в «пахучем» деле.

Я окинул её фигуру внимательным взглядом и сказал:

— Достаточно хорошо, чтобы оценить, что вы сегодня особенно прекрасны.

Щёки Веры заалели, и она довольно хмыкнула:

— Если вас не казнят в ближайшее время, мы вернемся к этому вопросу.

Слово «казнят» мне не понравилось. Я приподнял бровь и уставился на Игоря Андреевича.

Он подошёл к моей кровати и посмотрел на одинокий стул. Щёлкнул пальцами, и, уже успевший сменить одежду Кузя, внёс в комнату ещё три стула.

Ситуация чуть ли ни один-в-один повторила больничную, только вместо Алёны был её отец, а вместо Мазепова — незнакомый «гоблин».

Игорь Андреевич дождался, пока все рассядутся, и сказал:

— Присутствующий здесь глава гильдии иностранных дел, граф Ламсдорф Альберт Альфредович, обвиняет тебя в применении запрещённого ритуала вызова потусторонней сущности, которая уничтожила отряд наёмников, нанятых для ликвидации прорыва в аномалии «Полымя».

Арзамасский скривился, давая понять, как он относиться к этому обвинению.

— Для расследования им вызвана чрезвычайная тройка. К сожалению, отсутствует Мазепов Пётр Кириллович. До него не дозвониться.

Он сделал паузу и бросил на меня выразительный взгляд.

— В связи с этим… прискорбным фактом ты можешь отправить запрос на его поиски.

Эти слова вызвали разную реакцию. Верочка улыбнулась, Дмитрий Николаевич кивнул, а гоблинообразный Альберт скривился, словно съел лимон.

Я же к этому моменту окончательно оклемался. Сел на кровати, обвёл присутствующих тяжёлым взглядом и заявил:

— Думаю, не стоит откладывать серьёзный разговор на потом. Тем более, найти Петра Мазепова будет затруднительно. Разве что через некромантов.

На мне скрестились четыре удивлённых взгляда. Я же, в свою очередь, посмотрел на Арзамасского

— Игорь Андреевич, вы что, не в курсе? Разве Кузя не доложил вам о событиях, последовавших после вашего отравления?

Игорь Андреевич смущенно кашлянул.

— Кузьмич принёс отчёт и даже порывался мне его озвучить, но из-за прибытия чрезвычайной тройки и гвардии императора я не успел с ним ознакомиться.

— Постойте, — вклинился в разговор Альберт. — Михаил, вы утверждаете, что Пётр Кириллович мёртв?

Я согласно кивнул, и в его глазах промелькнуло торжество.

— О! В таком случае нам необходимо выяснить все подробности. Медведев Михаил Вячеславович, вы должны сделать чистосердечное признание в убийстве столь уважаемого человека…

Он говорил и говорил, и говорил, и с каждым словом моё сознание оплетала невидимая паутина. В нём расцвела мысль: « Надо признаться в убийстве. И вызов сущности — тоже моя вина. Чистосердечное признание, наверное, зачтётся».

Альберт, продолжая говорить, положил передо мной лист с записями. Я уже был готов его подписать, когда в разум ворвалось Слово:

На разум носителя применена вербальная магия восьмого ранга.

Ментальный блок не справляется.

Для улучшения блока необходимо

использовать десять процентов энергии.

Приступить? Да/Нет

«Да!», — отмахнулся я от Слова, боясь, что из-за него не успею подписать этот важный документ.

Но в следующий миг моё сознание прояснилось, словно с него сдёрнули пелену. Остро захотелось придушить этого «гоблина», но тело ещё слабо слушалось.

Альберт тем временем упорно подсовывал мне лист с чистосердечным признанием…

Вообще, я — человек мирный, и предпочитаю решать проблемы авторитетом и умом, в крайнем случае, могу морально надавить. Но этот тип своей подлой ментальной атакой взбесил меня.

Поманив его пальцем, как будто хочу что-то сказать, я дождался, когда некрасивое лицо Альберта окажется на расстоянии удара, и с силой впечатал лоб ему в нос.

Не зря говорят — не будите спящего медведя.

Завизжав, словно девчонка, Альберт вскочил, разбрызгивая во все стороны кровь из разбитого носа. Он с грохотом опрокинул Верочку вместе со стулом и вылетел из спальни.

В комнате повисла гробовая тишина: Игорь Андреевич, Дмитрий Николаевич и поднимающаяся с пола Верочка — никто так и не понял, что только что произошло. И только я один знал, что это результат действия ментальной магии Альберта.

Вот только… как это доказать?

Тишину разорвал резкий звук распахнутой двери. В комнату вошли четверо бойцов. Их уверенные движения, безупречная экипировка и бляхи с волком, впившимся в цифру шесть, красноречиво говорили, что перед нами профессионалы.

Вслед за ними, прижимая к лицу окровавленный платок, просочился Альберт.

— Требую немедленного ареста Медведева Михаила Вячеславовича! — прогнусавил он. — Причина: нападение на главу гильдии иностранных дел и нанесение тяжких телесных повреждений. Все присутствующие здесь лица могут засвидетельствовать мои слова!