Чтение онлайн

Честно говоря, я ожидал увидеть обычную камеру, но реальность приятно удивила. Меня ждал уютный двухкомнатный гостиничный номер с совмещённым санузлом.

Карл Романович провёл краткую экскурсию, затем, показав на лежащий на столе переговорник, пояснил:

— С его помощью вы можете заказать питание или получить консультацию по любым вопросам, князь.

Я кивнул, и он выложил на стол бумажный лист.

— Двери не запираются, однако покидать номер без сопровождения строжайше не рекомендую. Защита, установленная ещё при первых Годуновых, действует до сих пор. Последствия — мучительная смерть. Безопасно пройти по коридору можно только в сопровождении персонала, который находится под личным благословением императора.

Комендант пододвинул лист ко мне.

— Прошу расписаться, что вы ознакомлены с правилами.

Я пробежался глазами по инструкции. Не найдя явных подводных камней, поставил подпись.

— Засим позвольте откланяться. Дела-с.

Дверь за Карлом Романовичем с лёгким щелчком закрылась, окончательно очертив границы моей новой свободы.

Оставшись один, я даже несколько растерялся, не понимая, что делать дальше, но громогласный ропот пустого желудка вернул меня из размышлений к реальности.

На переговорнике была всего одна кнопка. Нажав её, я услышал приятный женский голос:

— Я вас внимательно слушаю.

— Здравствуйте, — вежливо поздоровался я. — Что насчёт ужина?

— Есть конкретные пожелания?

— На ваше усмотрение, но побольше. Я готов быка съесть.

— Через двадцать минут заказ будет доставлен. Что-то ещё?

— Не отказался бы от комплекта нижнего белья, приличного костюма, рубашки и ботинок.

— Ваш размер?

— Не имею ни малейшего представления.

— Служащий, который принесёт ужин, снимет мерки и учтёт ваши предпочтения. Будет что-то ещё?

— Нет, спасибо.

В ответ донёсся протяжный гудок.

Пока ждал ужин, успел принять ванну.

Висевший там махровый халат сменил пропотевшую пижаму, ну а когда я вышел в гостиную, там меня уже ждал сорокалетний мужчина с безупречной военной выправкой.

Доставленный им сервировочный столик ломился от одноразовых тарелок с едой. Все приборы тоже были пластиковыми.

— Вы позволите? — спросил мужчина, доставая сантиметровую ленту и блокнот.

Через двадцать минут я наконец смог уделить внимание ужину. А после, перебравшись в спальню, мгновенно уснул.

Увидев уже знакомую аудиторию и того же самого интеллигентно-грустного старичка, что поручил Ларисе моё устранение, я даже не удивился.

Старичок в одиночестве сидел за столом. Перед ним лежала стопка школьных сочинений на тему «За что я люблю Родину».

Красная ручка методично вычеркивала ошибки и ставила пометки. Поставив последнюю, он размашисто вывел:

2/5

Под оценкой появилась запись:

Родину ты любишь на «пять», а русский язык знаешь на «два».

Старичок потянулся к следующей стопке, но в этот момент переговорник на столе разразился соловьиной трелью.

Ответив на звонок, он произнёс приятным баритоном:

— Я вас внимательно слушаю.

Аудитория внезапно подёрнулась дымкой и разделилась на две половинки.

Левая осталась без изменений, а вот правая превратилась в богато убранный кабинет, в котором за дорогим на вид письменном столе сидел молодой человек.

«Надо же, — мелькнула у меня мысль, — я всё забываю, что в этом теле мне всего восемнадцать. Поэтому и кажется, что он молод. Хотя ему явно за тридцать…».

— Меня зовут Роман Мазепов, — сообщил он. — Мне ваш номер оставил Пётр Мазепов

— Да, помню такого, — кивнул старичок. — Я помогал ему… редактировать один роман. Если вы по этому поводу, то, к сожалению, сейчас я занят.

— Какой ещё роман?! — возмутился мужчина.

— Его собственный, — вздохнул старичок. — Я трижды пытался убрать оттуда антагониста. Безуспешно. Больше эта история меня не интересует. Всего хорошего.

Старичок нажал кнопку отбоя и заблокировал номер звонящего. Затем покачал головой и взял следующую тетрадь.

Аудитория исчезла, оставив во сне лишь кабинет. Роман Мазепов ещё несколько раз пытался дозвониться до собеседника, а когда у него это не вышло, в ярости швырнул переговорник в дверь.

На звук в кабинет заглянула молодая симпатичная «секретутка». Почему «секретутка»? Да потому что одета была… соответствующе. Проведя кончиком языка по пухлым губам, она прошептала:

— Звали, Роман Георгиевич?

Мужчина окинул её пустым взглядом и бросил:

— Держинского ко мне! Срочно!

Некоторое время тишину в кабинете нарушал только сдавленный мат хозяина. Наконец в помещение вошёл высокий боец. Пропотевшая спортивная форма говорила о том, что его выдернули с тренировки.

— Дзень добры, пан Мазепов, — едва заметно склонил голову боец.

— Фелициан, хочешь занять место главы безопасности нашего рода? — в лоб спросил хозяин кабинета.

— Так, — не дрогнув лицом, подтвердил Фелициан.

— В императорской тюрьме сейчас отдыхает юный Медведев. Сегодня ночью он должен умереть. Завтра ты займёшь место, которое мой дядя утратил по своей глупости. Прямо сейчас прикинь, что тебе понадобится. Деньги, артефакты… Думай.

Произнеся эту пространную речь, Роман откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза.

Фелициан несколько минут молчал, затем спросил на чистом русском: