Чтение онлайн

Я попытался высвободить руку, чтобы хотя бы почесать нос.

— Девочки, море… солнце… отдых… — попробовал я вставить разумное слово. — Может, без войн? Хотя бы в первый день?

— Отдых?! — хором воскликнули Ирис и Лира, тут же снова переведя взгляды друг на друга.

— Отдых — это когда я растираю князя кокосовым маслом, — заявила Ирис, рисуя в воздухе манящие круги пальцем. — Каждый сантиметр. Особенно… труднодоступные.

— Отдых — это когда мы с мужем купаемся голышем при лунном свете! — парировала Лира, ее хвост хлестнул по сиденью. — И мурлыкаем дуэтом! А вы, Ирис, в это время можете… перебирать ракушки Элианы! Или считать песчинки! Подальше!

— А я думала… нудистский пляж… — робко вставила Элиана. — Говорят… очень… освобождающе… для души…

— Твоей душе, Элиана фон Разбитое Корыто, давно пора освободиться отсюда! — рявкнула Лира. — На метле! Вместе с твоей ракушкой!

В соседней, чуть менее роскошной карете, ситуация была разительно иной. Мурка, в ярко-оранжевом бикини с бантиками, весело болтала ногами, глядя в окно. Годфрик сидел рядом, сияя как медный таз, и держал ее за лапку. На коленях у него лежала корзина с пирожками.

— Смотри, Мурренька, пальмы! — восторженно тыкал он пальцем в стекло. — Скоро море! Будешь купаться? Я тебе домик из песка построю! Самый большой! С башенками!

— Мур-мяу! — радостно отозвалась Мурка, облизнув ему щеку. — И рыбку ловить? С Годфиком? И загорать? И целоваться в водичке?

— Конечно, солнышко! Все будет! — Годфрик обнял ее. — Главное, подальше от… — он кивнул в сторону нашей кареты, откуда доносились приглушенные, но явно гневные возгласы Лиры и язвительные реплики Ирис, — … от этого цирка. Наш отдых будет тихим. Романтичным. Как в сказке.

В этот момент над обозом, с характерным шуршанием веника по воздуху, пронеслась тень. На старенькой, местами облезлой метле восседал знакомый силуэт в засаленной мантии и остроконечной шляпе. Великий Мудрец, волшебник из моей башни, вечный свидетель драконхеймского безумия.

— Ооо, Лазурный Берег! — раздался его крик, полный цинизма и легкого похмелья. — Песок! Волны! И… — он привстал на метле, заглядывая в окно нашей кареты, — … о, святые макароны! Они уже начали! И не выехав даже на пляж! — Он покачал головой, его шляпа съехала набок. — Лира душит князя, как удав кролика… Ирис щеголяет в тряпочке, которую порядочная салфетка сочла бы неприличной… Элиана пытается спрятаться, но ее купальник кричит «Посмотрите на меня!»… — Мудрец вздохнул, доставая из складок мантии потертую фляжку. — Пейзажи, говорите? Пейзажи тут шикарные! Особенно внутренний пейзаж княжеской кареты — шедевр абсурда и гормонального хаоса! Наливаюсь, товарищи! За ваше… «здоровье»! И чтобы вы друг друга не съели до прибытия! Хотя… — он грохнул пробкой, — … судя по накалу, шансы пятьдесят на пятьдесят! Летеееем! — И метла рванула вперед, оставляя за собой струйку дешевого коньячного аромата.

Я закрыл глаза, чувствуя, как Лира впивается в меня еще сильнее, Ирис посылает ей воздушный поцелуй, а Элиана тихо плачет в углу, роняя слезинку на свою «редкую ракушку». Море. Отдых. Идиллия. Всего три дня пути. Если мы доедем живыми.

* * *

Пляж встретил нас ослепительным солнцем, лазурью волн и… полным хаосом. Пока я растянулся на теплом песке, пытаясь восстановить силы после каретного ада, Великий Мудрец скакал по кромке прибоя в полосатых панталонах до колен и сандалиях на босу ногу. Его мантия была заброшена на ближайший куст, остроконечная шляпа съехала на затылок.

— Ура-а-а! Море-е-е! — орал он, высоко подпрыгивая и шлепая босыми ступнями по мокрому песку. — Ништя-я-к! Песок! Водичка! И ни одной говорящей жабы на горизонте! Идеально! Наливаюсь за географию! — Он достал вездесущую фляжку и торжественно плеснул коньяк в волну.

Я закрыл глаза, впитывая тепло. Блаженство длилось ровно три секунды.

— Князь, тебе спинку намазать? — как один прозвучали три голоса над моим ухом.

Открываю глаза. Надо мной стоят три фурии в микро-бикини, каждая с пузырьком масла в руке, и смотрят друг на друга так, будто вот-вот пойдут в рукопашную. Лира (в огненно-рыжем) топорщит ушки, Ирис (в убийственно-черном) закладывает руки за голову, демонстрируя все прелести, Элиана (в невинно-голубом) робко мнет пузырек в руках.

— Я его жена! Я мажу! — заявила Лира, пытаясь оттеснить Ирис локтем.

— Жена — не сиделка, — парировала Ирис, ловко уворачиваясь. — А у меня масло с охлаждающим эффектом… идеально для перегревшегося князя. Особенно в некоторых местах.

— А я… я масло с лавандой… успокаивающее… — прошептала Элиана, но ее тут же заглушили.

Их спор о праве на мою спину прервал страстный вопль, донесшийся из-за песчаного холма:

— Да-а-а! Годфрик, да! Глубже! А-а-ах! Вот так! Мур-мяяяу!

За ним последовало довольное, немного запыхавшееся рычание капитана.

Три пары глаз мгновенно расширились. На щеках Лиры выступил румянец, Ирис прикусила нижнюю губу, Элиана сглотнула. Атмосфера накалилась еще больше. Звуки страсти Мурки и Годфрика явно добавили масла в огонь их собственного соперничества.

— Знаешь что, князь? — Ирис резко опустила пузырек и протянула мне руку. Глаза ее горели азартом. — Пошли купаться. Сейчас же. Освежишься. А масло… оно потом.

Соблазн сбежать от предстоящей «битвы масел» был слишком велик.

— Да! — Я схватил ее руку, как утопающий соломинку. — Отличная идея! В воду!

— Эй! — возмутилась Лира, но было поздно. Я уже рванул к воде, таща за собой Ирис. Лира и Элиана, не желая упускать добычу, вцепились в мои свободные руки с двух сторон.

— Так не честно! — фыркнула Ирис, отступая на шаг и капризно топнув босой ногой по песку. — Я его позвала! Дуры! — Она скрестила руки на груди, демонстративно дуясь.

Я плюхнулся в прохладные, ласковые волны по пояс. Блаженство. Хотя бы на секунду. Потому что Лира тут же прижалась ко мне всем телом, ее рыжие волосы смешались с солеными брызгами.

— Ой-ой-ой, — сладко пропищала она, делая вид, что пытается что-то поправить у себя за спиной. — Артурчик, солнышко, кажется, у меня лифчик расстегнулся от волны… Совсем не держится! Помоги? — И прежде чем я успел моргнуть, рыжий лиф ее бикини благополучно сполз, обнажив небольшие, упругие груди с розовыми сосками. Она прижалась ими к моей груди, мурлыча, как довольный котенок. — Вот так лучше… море же все равно скроет…

Элиана, увидев маневр, засуетилась.

— Ой! И у меня! — залепетала она, с отчаянной решимостью дергая за узелки своего синего бандо. — Тоже расстегнулось! Какая досада! — Ее пышная грудь вырвалась на свободу, и она тут же прижалась ко мне с другого бока, пытаясь конкурировать с Лирой в площади соприкосновения. — Вот… вот так… прохладно…

Ирис, все еще стоявшая по щиколотку в воде у берега и наблюдавшая за этим цирком, закипела. Проигрывать она не любила. Она медленно повернулась к нам спиной, ее черные бикини-трусики были микроскопическими. Потом, с преувеличенной грацией, она глубоко наклонилась вперед, выставляя в нашу сторону свою идеальную, упругую попку.

— Ой, господин! — крикнула она через плечо, голосом, полным фальшивого удивления. — А тут, кажется, целая колония ракушек! И какая-то редкая… очень интересная! Не хотите посмотреть? Лично?