Чтение онлайн

Осторн застонал и рухнул в кресло.

— Безумная, — прошептал он. — Сумасшедшая… — Тут же вскочил. — Эй, кто-нибудь! Пошлите погоню! Верните её!

Слуги затоптались, дружно поглядели в окно. Преследовать кого-то в такой ливень, когда ничего не видно на расстоянии вытянутой руки? Идиотов тут не было. Осторн и сам понял, что преследовать бессмысленно.

— Еще и ты, — простонал он. — Я не переживу, если потеряю еще и тебя.

— Ты мог бы послать за князем, и тогда Розалии не пришлось бы мчаться в дождь! — вдруг сорвался Руперт, впервые восстав против отца. Тот ошеломленно посмотрел на сына, потом обмяк. Упрек справедлив, но гордость мешала признаться в этом.

Руперт поднялся и хотел уже кинуться следом за мачехой, но отец перехватил.

— Куда? Сиди! Не хватало еще и за тебя переживать.

Все понимали, что единственное, что сейчас остается — это ждать. Тем не менее Осторн пообещал золотой тому, кто не побоится и разыщет жену. Несколько слуг выскочили со двора в штормовой город.

Врач сочувственно посмотрел на Осторна, потом осторожно тронул его за руку.

— Уважаемый, от разлития желчи умирают очень страшно… очень мучительно… — Осторн медленно обернулся. — От этой болезни нет лекарства, но если вы пожелаете, я мог бы дать настойку… Девочка ничего не почувствует. Просто заснет, и все. Иначе её ждут два дня мучений. Я видел, как люди умирали от этой болезни…

Осторн застонал и покачнулся, Руперт вовремя подставил ему плечо.

— Давайте вашу настойку, — просипел он.

— Отец, — выдохнул Руперт.

Первые два дня после отъезда Аливии Володя был сам не свой. Нанятые слуги считали его немного чокнутым и требовали прибавки к жалованью — Джером пока отбивался. Володя же, нарядившись в свою неизменную накидку, бродил по городу, изучая и запоминая, а изучение местности помогало справиться с депрессией. Если бы в Локхере существовала более-менее адекватная контрразведка, его наверняка зачислили бы в шпионы, поскольку он порой бродил у самых укреплений, причем изучал их, особо и не скрываясь. Возвращался под вечер и без сил падал на кровать. Несколько раз с ним пыталась заговорить графиня, но Володя слушал её настолько рассеянно, что та отступила. На третий день к ним в дом постучался человек в пропыленной одежде. Вышедший недовольный Филипп пожелал ему провалиться, но выслушав, почесал затылок и отправился на доклад.

— Посыльный графини? — удивился Володя. — Ну пусть войдет. Джером, пригласи графиню, тут, похоже, её посыльный объявился.

Вошедший человек долго отряхивал плащ, заставляя морщиться Володю, наблюдавшего как пыль оседает на недавно помытый пол.

— Прошу прощения, милорд, — чуть поклонился он. — Я узнал, что в вашем доме остановилась моя госпожа.

— Вот как? — Володя со своим обычным равнодушием смотрел куда-то в окно, словно слова этого человека его никоим образом не волновали и разговаривает он чисто из вежливости. — Судя по всему, вы только что прибыли в город, не хотите подкрепиться?

— А? Да, милорд, спасибо, милорд. Признаться, с утра в дороге и ничего не ел — торопился обратно, как узнал про мятеж…

— Джером, позаботься, чтобы гостя накормили. А вот и ваша госпожа… прошу прощения, не знаю вашего имени.

Графиня поспешно вошла в комнату и глянула на человека, на миг ее глаза вспыхнули, но тут же потухли.

— Вернулись, тир Раймонд?

— Да, госпожа, — мужчина снова поклонился.

— Так вы благородный? — удивился Володя.

— Совершенно верно, ваша светлость. Вассал отца госпожи Лорниэль, который приказал мне следовать за его дочерью и всячески оберегать её. Я выехал раньше госпожи и прибыл в город за четыре дня до нее. Мне казалось, что этого хватит, и я сильно удивился, когда не нашел никаких следов графа. Я думал, что успею съездить в поместье…

Володя махнул рукой.

— Дальше понятно. В пути вас настигло известие о мятеже, и вы поспешили вернуться, чтобы предупредить госпожу. Похвально, но что ж вы стоите? Садитесь, тир, чувствуйте себя как дома. — Володя поглядел на не слишком радостную графиню. — Госпожа Лорниэль, я рад, что с вами теперь еще один преданный слуга. — Графиня вздрогнула. — Позаботьтесь о нем.

Мальчик поднялся.

— Прошу прощения, но вынужден вас покинуть.

На улице его перехватил Джером.

— Милорд, может вы все-таки возьмете коня?

— Спасибо, но нет. Когда я хожу пешком, мне лучше думается. Конь отвлекает и мешать изучать город. Что с него увидишь?

— А что с этим гостем?

— А что с ним не так? — удивился Володя. — Он же не к нам пришел, а к графине, пусть она с ним и разбирается.

— Но он может быть опасен! Вдруг он от мятежников?

— Опасен? — Володя задумался. — Он не очень умен. Или просто не умеет оценивать людей. В любом случае это нас не касается — от мятежников или еще от кого. Оставь их в покое.

— Может мне понаблюдать за ним пока, милорд?

— Нет, — князь запнулся, словно думая, какой аргумент подобрать. — За гостями неприлично следить. Говорю же, оставь их в покое.

— Милорд, но как он нашел этот дом, если только сегодня приехал в город? Он же не мог знать, где графиня! Разве это не подозрительно?

— Подозрительно? Джером, отстань от меня с этой ерундой, если бы ты пользовался своей головой по назначению, сам бы догадался, как он нас нашел. Мне кажется, он чуть ли не открытым текстом это сказал. Все, я ушел, и не отвлекай меня по пустякам.

Наблюдая за уходящим господином, Джером озадаченно почесал затылок.

— Каким образом я головой не по назначению пользуюсь? Ничего не понимаю.

Вернулся князь как обычно под вечер, поздоровался с гостем и прошел в столовую. Джером моментально накрыл на стол.

— Милорд, — неловко заговорил тир Раймонд, входя в столовую следом. — Вы позволите обратиться к вам с небольшой просьбой? Я понимаю, вы уже и так много сделали для графини, но…

— Говорите, тир, не стесняйтесь. Благородные ведь должны помогать друг другу.

— Конечно… Так вот… собственно просьба, не могли бы вы приютить нас, в смысле меня и графиню с дочерью у вас в доме на несколько дней?

— Хм… Вы собираетесь задерживаться в городе? Мне казалось, что сейчас самым благоразумным будет как можно скорее увезти графиню к родителям. Если её узнают, может приключиться беда.

— Все верно, милорд, только… понимаете, я не могу всего сказать, я давал клятву…

— Надеюсь, не мятежникам?

— Милорд! — Раймонд был само возмущение и, похоже, искренен. — Я не имею ничего общего с этими мятежниками. Я верно служу своему господину!

— Какому? — удивился Володя.

Некоторое время они с одинаковым недоумением смотрели друг на друга.

— Я же уже говорил, милорд!

— А-а-а. Да… совсем из головы вылетело, прошу прощения. Вы ведь уже знаете, что мне пришлось расстаться с близким мне человеком, никак не привыкну…

— Да, графиня мне рассказывала, что вы заботились о дочери купца, которую спасли в лесу от волков.

— Купца? А, ну да, конечно. Когда я её спасал, как-то некогда было спрашивать про социальное положение.