Княжна
Шрифт:
– Вон те рудокопы очень хотят в дружину попасть.
– Подойдите! – приказал тут же Игорь, – Мне сказали, вы на службу хотите поступить? Ратному делу учиться долго.
– Да, хотим, – как обычно за себя и за товарищей подал голос Первуша.
Княжич отвернулся от девушек и стал обстоятельно расспрашивать рудокопов. Затем кому-то из отряда махнул рукой, к нему подбежали и увели парней. Все это время девушки стояли рядом. Правда Ольга попыталась сделать маленький шажок назад, чтобы незаметно уйти, но Лесна ловко ухватила край ее рубашки и тормознула. Ольга разозлилась.
«Стою как дура! Ну княжич, ну решает вопросы. Я-то тут при каких делах?! Чего меня не отпускают?! Лесна – старшая, пусть гостя и обхаживает!»
Вторую попытку Ольги улизнуть, Лесна пресекла так же незаметно и ловко, наградив девушку грозным сердитым взглядом.
«Может не положено у них один на один с молодым человеком стоять? Как же смыться?» – вздохнула сокрушенно Ольга, оставив попытки.
Делать было нечего, и она, немного исподтишка, начала рассматривать княжича – когда еще такое счастье лицезреть историческую личность подвернется. Ольга отметила, повторно, крепкую и ладную фигуру, дорогую броню. Ухоженные темно-русые волосы, немного длинноватые на ее вкус – она привыкла к коротким стрижкам бывших сослуживцев. Крупные черты лица – княжич стоял к ней в пол оборота. Словом, постричь, переодеть в джинсу, даже короткую бородку оставить – будет вполне себе симпатичный молодой человек, ничем особым не примечательный, не выдающийся и на память в веках не претендующий.
Закончив дела с определением рудокопов, княжич обратил свое внимание на Ольгу:
– Вижу, лекари нашей Макоши поставили тебя на ноги.
– Да, – просто ответила Ольга, отметив, что Лесна сделала тоже самое, что несколько минут назад пыталась сделать она сама – два шага назад и… ушла! Значит, нет никаких запретов – оставаться наедине! Хотя, какое наедине, если вокруг толпа народа. И о чем вести светскую беседу с «наследным принцем»?
– Когда в Киев собираешься?
– Э… – вопрос застал Ольгу врасплох, но отвечать надо. Вон как смотрит – глаза в глаза и не смущается, – Никогда.
– Почему? – удивился Игорь.
«И что ему ответить?!»
– Мне и здесь хорошо!
– Ну да, что в граде: сядешь в тереме и ни леса тебе, ни поля.
– А я очень-очень люблю природу! – заспешила она уверить собеседника.
– Но и в Киеве хорошо. Я привез тебе приглашение от князя Ольха. Можем, прям сейчас, и отправиться, – огорошил Ольгу внезапным предложением Игорь.
– Спасибо князю Ольху. Спасибо тебе, княжич. Только я на службе, вот, рудокопов охраняем. Занята. Как-нибудь ближе к зиме, а, может, и весне соберусь.
Ольга едва сдерживала панику.
– Зачем так долго ждать? Ты – вольна. Собралась и отправилась в Киев. И охрана у тебя будет, – зачем-то настаивал Игорь.
– Дела у меня здесь, – уклончиво отвечала Ольга.
Княжич сделал шаг и встал почти рядом, она прямо ощутила его дыхание, что шевельнули выбившиеся волосы из ее косы.
– Все равно ведь приедешь. Зачем тянуть?
– Прости, но почему я должна ехать в Киев? – Ольга гордо вздернула подбородок, убеждая себя, что ей нечего бояться.
– Дира ничего тебе не говорила? – нахмурился Игорь.
– Как не говорила? Говорила, что князь Ольх деда моего убил.
– То дела давние. Они нас не касаются.
– Ха! Как это не касаются? Очень даже касаются. Дедушку любимого убили, – «Ольга, что ты несешь?! Ты дедушку и в глаза не видела!» – Теперь меня хотите в тюрьму?! – Ольга отошла от княжича и хотела развернуться и сбежать, но тот ее крепко ухватил за руку.
– Шшш! Не шуми, никто тебя обижать не собирается.
– Зачем тогда приехал и странные разговоры ведешь? Сказала: не поеду, значит – не поеду!
– Не поедешь? Ну, так я тебя умыкну! И никто слова не скажет!
– Сам-то веришь в то, что сказал? А я вот бабушке Дире расскажу все! – Ольге вдруг пришла спасительная мысль. Разумеется, на самом деле она не стала бы идти рассказывать и жаловаться. Но очень обрадовалась, что слова ее возымели действие.
«Что, за нафик, тут иерархия у них такая?!»
Ведь после угрозы девушки, на удивление, княжич тут же отпустил ее руку, на лице выразилось мимолетное смятение, он слегка замешкался, очевидно, взвешивая шансы. Или оценивая, чем ему грозит гнев берегини Диры? Но Ольгу уже «понесло», махнув рукой на элементарную вежливость, она храбро зашагала прочь, оставив княжича решать вопросы с самим собой.
– Стой, торопыга! – рассмеялся княжич и быстро ее догнал, – Хорошо, не знаю, чего ты боишься. Давай сделаем так. Сначала к Дире заедем, чтобы ты успокоилась, а потом в Киев. Решено?
– Нет.
ЧАСТЬ IV
Глава 16
Ольга надеялась отсидеться в шалаше, пока дозор с княжичем не уедет, а потом выбраться и продолжать нести службу. Настойчивость Игоря была ей яснее ясного: Дира – берегиня, правда, пока не удалось подробнее узнать, что за титул, или звание, или пост занимает ее якобы бабушка, но, судя по религиозности населения – высокий. А может настолько почитаемый, что никакой князь не может отдать приказание ее убить. Почему убить? А почему ее муж Аскольд был убит, по той же причине – борьба за власть. Убили какие-то пришлые. И никто не пикнул. А Диру не тронули, сидит себе при храме у Макоши, носа не кажет. Ведь только у кого реальная сила – дружина и высокое рождение имеют право властвовать. Век такой, жизнь такая – у кого дубинка или меч в руке, да еще происхождение позволяет – имеет одну цель – править. Что имеется, в таком случае? Дира – знатного рода. Ольх правит Киевом. Князь? Да Бог его знает, зовут князем, за ним сила и власть, но бабушку не трогает. Защиту она имеет, причем «мифическую» и сильную. Кем же она является, что ее защищает?! Вера и служба Макоши? Ни меча тебе, ни власти, но не трогают. Даже Игорь вон, отстал, едва Диру упомянула. Княжич. Вроде по роду – знатен, но не сын Ольха. Взрослый, но не правит. Почему до сих пор княжич, а не князь? Почему не правит?! Значит Ольх князь. Игорь его наследник, так нет же… Запуталась окончательно. И встал вопрос еще интереснее – а она Ольга – кто во всей этой цепочке непонятностей? Простая поляница – баба при штанах и луке. Правда, зовут иногда княжна, но это больше плохо, чем хорошо. Вон, в болотах и то нашли! Как Игорь сказал: привез приглашение от князя Ольха. Знают убивцы, где она, что защиты никакой не имеет. Или имеет? Через Диру… И что тогда, всю жизнь торчать либо в болоте, либо при храме? Убьют наследницу не пойми чего, как пить дать.
«Не-е-ет, остается только прятаться!»
С дозорным отрядом ей не справиться! И тут ее посетила, после очередной ревизии своего опыта и знаний, весьма трусливая мысль – какие-то войны и Игорь крупные, здоровые. Ей и одного княжича-то в спарринге один на один не одолеть – и так стало грустно и жалко себя, совсем как в прошлый раз, когда познакомилась с дурацкими «реконструкторами».
– Вот ты где, Ольха, а я тебя обыскалась! – у входа появились ноги, и послышался голос Лесны.
Ольга утерла рукавом набежавшие слезы, те, что еще не высохли, шмыгнула носом, но вылезать приказа не было, она и продолжала сидеть. Княжна она, или кто?
Лесна сама нырнула к ней и протянула кусок бересты с выдавленными на нем знаками.
– Что это? – Ольга даже в руки не взяла – разбирать значки и буковки – не в том состоянии, да и не сильна она пока еще в местной грамоте.
– Дира хочет тебя видеть. Княжич привез, только отдал мне.
«Княжич! Не отдал сразу!»
– Откуда знаешь, что от Диры, а не он сам написал? – Ольга сощурила глаза и внимательно посмотрела на Лесну. Внутри все похолодело.
– Зачем княжичу писать? С тобой поговорил, а потом мне отдал, когда ты убежала, – в словах старшей Ольга не уловила ни тени сомнения. Может быть, девушку используют втемную? Или она настолько проста, что не видит очевидностей? Слепая значит, из самых-то зорких!
– Это я с ним идти должна? Сказала же, что не пойду!.. Я боюсь, – выпалила Ольга. Услышав такое, Лесна округлила глаза и с удивлением отчитала подопечную:
– Тебе не княжич приказывает, тебя Дира зовет. Тут по-нашему написано, княжич этих знаков не знает. А бояться нечего. Даже, если вдруг пожелает тебя – ты поляница. Никто не приневолит. И никто в отряде не тронет. Силком не посмеют.
– А если он меня в Киев, а не к Дире увезет?!
– Совсем разума лишилась! В Киев – это если ты сама захочешь, захочешь перестать служить Макоши, захочешь семью и детей, – тихим шепотом стала вразумлять Лесна, – А зная, кто ты, даже княжич, будь в беспамятстве, не нарушит законы. Случись такое, знаешь, какой вой по городам и селам пойдет? Нет, не знаешь. А еще мы часто с отрядами ходим – лечим раненых, заболевших. Так что в скорости, если останешься, зимой продолжать учиться будешь, а потом, если поход какой, станешь сопровождать воинов.