Чтение онлайн

"Не забывай, зачем ты здесь и кто ты есть. Ты - Кобра. И, будучи Коброй, ты обладаешь сверхмощным оружием. Так что нет никакой нужды использовать в качестве оружия ещё и собственное тело".

Дауло должен понять её. Джин надеялась.

* * *

Дауло разбудил её сразу же после восхода солнца, и, умывшись по очереди в необычайно тесной ванной комнате, они вышли из дома.

При дневном свете Азрас представлял из себя совершенно иное зрелище, нежели ночью. Как и во всех городах Квазамы, о которых рассказывал дядюшка Джошуа, нижние этажи зданий были выкрашены в невообразимые, неистовые цвета, пульсировавшие, казалось, какой-то внутренней энергией. Над этим буйством красок верхние этажи зданий сияли ослепительной белизной, демонстрируя ухоженность, которая предполагала или "здоровый" городской бюджет, или высокую гражданскую гордость горожан. А может, и то, и другое.

Но Джин больше всего интересовали люди.

Несмотря на ранний час, их было на улице довольно много - по меньшей мере сотни три в пределах ближайшей видимости - и все они шли, будто влекомые неведомой силой, в одном направлении. В том же, в каком двигались Джин и Дауло. "Неужели все спешат на молебен"?

– Куда конкретно мы идем?
– тихо спросила Джин.

– В одну из городских сахад, - ответил Дауло.
– Всем - даже приезжим следует посещать пятничный молебен.

"Сахада". Слово показалось знакомым. Ну да, правильно - Дауло показывал ей миликовскую сахаду во время первой прогулки по деревне, но тогда Джин все ещё выдавала себя за квазаманку и побоялась задавать вопросы. Но почему Дауло не удосужился сводить её в деревенскую сахаду? А, ну конечно. Видимо, подобного рода богослужения осуществляются еженедельно, а первую свою пятницу на Квазаме Джин провела, лежа пластом, выздоравливая от полученных при крушении шаттла ран. И Нот теперь Джин столкнулась ещё с одной непредвиденной проблемой: она не имела ни малейшего представления о том, что являет собой эта са-хада и как там надлежит вести себя.

– Дауло, я ничего не знаю о здешних молебнах, - пробормотала она.

Он бросил на неё недоуменный взгляд.

– Что значит "не знаю"? Молебен есть молебен.

– Верно, но в разных местах их совершают по-разному.

– Я думал, твой отец рассказал тебе о нас все. Джин почувствовала, что лоб её покрылся испариной.

– Хозяева, у которых он останавливался, не все ему показали, - напряженно пробормотала она.
– Не мог бы ты говорить немного потише. Мы можем привлечь внимание.

Дауло раздраженно повел плечами, но ничего не ответил. "Вот оно что, догадалась девушка, - он ещё не простил мне ночного разговора". Оставалось только надеяться, что оскорбленное самолюбие Дауло не заставит его совершить какую-нибудь опасную глупость.

Спустя несколько минут они оказались возле сахады - внушительного золотисто-белого здания, которое выглядело увеличенной копией храма в Милике. И теперь, когда Джин задумалась об этом, она вспомнила, что видела похожие, почти идентичные этим, строения во время просмотра видеокассет с отчетом о предыдущей миссии Кобр на Квазаме.

Сходство, которое - принимая во внимание замечание Дауло о том, что "молебен есть молебен" - предполагает религиозное единообразие на территории всей Квазамы. Значит, религия, контролируется здесь государством? "Впрочем, не стоит гадать, - подумала Джин.
– Задам этот вопрос, когда Дауло немного успокоится".

Влившись в людской поток, они поднялись по ступенькам и вошли в храм.

* * *

– Ну?
– спросил Дауло, когда они час спустя покинули сахаду.
– Твои впечатления?

– Никогда прежде мне не доводилось испытывать чего-либо подобного, честно призналась Джин.
– Это было очень трогательно.

– Другими словами, примитивно?

В голосе Дауло слышался неприкрытый вызов.

– Вовсе нет, - заверила его Джин.
– Возможно, излишне эмоционально до сравнению с тем, к чему я привыкла... но, в конце концов, не затрагивающее эмоций богослужение - пустая трата времени.

Дауло, казалось, немного оттаял.

– Согласен, - кивнул он.

Джин заметила, что толпа устремившихся по домам людей была не такой плотной, как час тому назад.

– Многие остались в сахаде со своими хейатами, - сказал Дауло.

– Хейаты?

– Друзья и соседи, которые встретились для дальнейшего богослужения, объяснил он, бросая на девушку странный взгляд.
– Разве у вас не такой же порядок... у вас дома?
– добавил юноша, понижая голос и оглядываясь на прохожих.

– Ну... у нас они не называются хейатами, - медленно произнесла Джин, усиленно думая над тем, каким образом ей следует развивать дальше тему разговора.

Она уже поняла, что квазаманцы чрезвычайно серьезно относятся к отправлению своего религиозного культа. Для того, чтобы вернуть прежнее расположение Дауло, нужно найти ответ, который подчеркнул бы сходство между квазаманской и авентинской религиями и свел бы к минимуму различие.

– Как ты сказал, молебен есть молебен, - продолжала девушка, - Хотя у нас несколько иной стиль. "Но цель такая же.

– Это я понимаю. Однако меня интересует именно стиль.

– Собственно говоря, дело вовсе и не в сти...
– Джин оборвала фразу на полуслове.
– Дауло... насколько очевидно для окружающих то, что мы - не горожане?

Они прошли ещё метра два, прежде чем он ответил.

– Вас беспокоит вид вон тех гаалов, не так ли?

– Я не знаю этого слова, - - пробормотала Джин, - но если ты имеешь ввиду тех подростков, что стоят у стены, то да, их вид вызывает у меня опасения. Могут они догадаться по нашей одежде, что мы - деревенские жители?

– Вероятно, - спокойно сказал Дауло.
– Но пусть это тебя не волнует. Они не станут приставать к нам, - он сделал паузу, - А если все же решатся, то предоставь мне самому разобраться с ними. Хорошо?

– Конечно.

Джин почувствовала, что сердце её застучало сильнее. Неопрятного вида юнцы - она насчитала семь человек - определенно обратили внимание на неё и Дауло.

Семеро гаалов отлепились от стены и неторопливо двинулись наперерез деревенской парочке.

ГЛАВА 29.

Между лопаток Джин скользнула вниз струйка пота. "Перейти на другую сторону улицы", - подумала девушка... но она прекрасно понимала, какова будет реакция Дауло на это - все равно, как если бы она предложила ему броситься назад к сахаде в поисках там убежища.

Компания юнцов уже заблокировала дорогу. "По крайней мере, ни один, похоже, не вооружен, - отметила про себя Джин.

– Если тебе все-таки придется драться, - пробормотала она, - держись от них как можно дальше. Договорились?

Дауло бросил на неё непонимающий взгляд - мол, как это - драться и в то же время держаться подальше? Но прежде чем Джин успела объяснить, один из подростков вразвалку двинулся им навстречу.

– Привет, деревенщина, - произнес он развязным тоном, когда Дауло и Джин остановились.
– Чего ты сюда приперся? Твоя деревенская сахада сгорела ночью или что?

– Нет, она цела, - ответил Дауло с ледяными нотками в голосе.
– И если уж мы собираемся говорить о сахаде, то вы одеты не совсем подобающим образом для её посещения.