Чтение онлайн

– Нет-нет, со мной все нормально, - торопливо заверил её юноша.
– Я просто представил себе, что скажут их друзья, когда узнают об этом. Семеро мордоворотов потерпели поражение от деревенского увальня и женщины.

Джин, нахмурившись, взглянула на него... и только тогда поняла, что дрожит Дауло не от гнева или стыда. Он едва сдерживал смех.

Джин надолго умолкла, и по пути к их временному пристанищу Дауло попытался уяснить для себя, почему весь этот весьма неприятный инцидент показался ему столь забавным.

Ведь, в конечном счете, его защитила женщина, а от такого позора следовало залиться краской стыда, устыдиться, а не бороться с приступами хохота. Даже если Джин - воин-демон, она все равно останется всего лишь женщиной, и он, Дауло, должен был скорее позволить тем ублюдкам избить себя, нежели принимать помощь от женщины.

"Нет", - сказал он себе твердо. В данном случае такой ход рассуждений не отражает сложившейся ситуации. А что, если посмотреть на произошедшее под другим углом: парочка сельских жителей преподаст урок кучке зарвавшихся городских гаалов? Вернее, сельский житель и чужеземка, как бы "удочеренная" деревней.

Дауло внезапно испугался пришедшему на ум определению. "Удочеренная деревней". Неужели он начинает считать Жасмин Моро другом, почти родственницей? "Нет, невозможно", - уверял он себя. Жасмин всего лишь временный союзник, находяшийся под его защитой. И не более того. Через несколько дней прибудут её спасатели, и она уйдет, а он больше никогда не увидится с нею.

Последняя мысль почему-то напрочь отбила у него охоту смеяться.

– Надеюсь, с дневными формальностями покончено?
– спросила Джин, когда они добрались до дома.
– Мне бы хотелось переодеться.

– Да, одежду можно сменить. Теперь ты вправе надевать все, что тебе заблагорассудится. До захода солнца, по крайней мере, - сказал Дауло, набирая на замке цифровую комбинацию и открывая дверь.
– Впрочем, вечернюю службу можно и не посещать.

– Прекрасно, - Джин шагнула через порог.
– Я часто задаюсь вопросом: почему нельзя сделать так, чтобы одежда для официальных мероприятий была такой же удобной, как и повседневная... Скажи, что означает этот световой сигнал?

– Телефонограмма, - объяснил Дауло, нахмурившись.

Кто может знать о том, что они сейчас находятся здесь? Подойдя к аппарату, он нажал кнопку приема.

Телефон издал долгое би-и-ип, и из щели в нижней его части выползла узкая полоска бумаги.

– Ну, что там?
– поинтересовалась Джин.

– Послание от мэра Каппариса, - ответил Дауло, быстро пробежав глазами телефонограмму.
– Он говорит, что Мангус начнет комплектовать рабочую бригаду в воскресенье утром.

– Каким образом они отбирают рабочих? Дауло снова бегло просмотрел послание.

– Похоже, прежде всего на основе списка безработных, который предоставляет им муниципалитет, затем...

– Постой-постой, - перебила его девушка.
– Они что, даже не пытаются войти в контакт с теми людьми, которые уже работали у них? Которых они уже готовили?

– Я не знаю, - признался Дауло.

– Ладно. Что там еще?

– Так... мэр Каппарис рекомендует нам подобрать одежду городского покроя в лавках подержанных вещей.

Джин кивнула.

– Логично. Новая одежда у безработных - слишком подозрительно. А этот муниципальный список? Как мы добьемся того, чтобы нас в него включили?

Дауло пожал плечами.

– Думаю, об этом позаботится мэр Каппарис.

– Хорошо... Могу я взглянуть на это сообщение? Он подал ей бумагу. Джин долго изучала её.

Слишком долго, как показалось Дауло.

– Тебе трудно читать тексты на нашем языке?

– Не-е-ет, - задумчиво протянула девушка.
– Я просто размышляла... Послание адресовано тебе. С упоминанием твоего имени.

– Само собой. И что из того?

– Неужели тебе не показалось странным, что те... как ты их назвал... гаалы околачивались непосредственно между сахадой и "нашим" домом?

Он нахмурился.

– Не вижу причин для беспокойства. Ты ведь сама подчеркнула, что мы одеты как деревенские жители. Гаалы решили поразвлечься, вот и все.

– Возможно, - Джин в задумчивости покусала нижнюю губу - неотвязная привычка, которая её всегда раздражала.
– Но допусти на секунду, что дело обстояло несколько иначе. Предположим, что некто, не заинтересованный в проникновении селян на территорию Мангуса, прознал о том, что мы добиваемся включения в состав одной из бригад...

– Чепуха, - фыркнул Дауло.
– Откуда они могли...
– он опустил глаза на бумагу, которую Джин по-прежнему держала в руке.
– Ручаюсь, что мэр Каппарис не стал бы сообщать им, - уверенно заявил юноша.

– Я и не говорила, что он сообщил, - покачала головой Джин.
– Но ведь сообщение отправлено скорее всего из его офиса. Кто-то мог узнать о нем после того, как его отправили.

Дауло заиграл желваками. Если кто-то из врагов мэра пронюхал об их плане...

– Полагаю, такое возможно, - признал он.
– Но если ты предлагаешь собрать вещички и пуститься в бегство, то забудь об этом.

– Ну, зачем бежать, - невозмутимо сказала девушка.
– Просто уйдем и подыщем себе какое-нибудь укромное местечко, о котором никто, включая мэра Каппариса, не будет знать.

– Нам все равно придется объявиться для регистрации при наборе рабочей бригады.

– Верно. Но тут уж ничего не поделаешь.

– Тогда какой смысл скрываться сейчас?
– возразил Дауло.
– Выиграем каких-то пару дней.

– Пара дней - это уйма времени. Кроме всего прочего, мы получаем возможность получше подготовиться к нашей миссии.

Здравый смысл подсказывал Дауло, что девушка права, но честь семьи Сэммонов не позволяла ему бежать куда-то без оглядки, трусливо поджав хвост.

– Нет, - покачал он головой.
– Я не желаю прятаться. Во всяком случае, до тех пор, пока мы не получим более веских доказательств того, что кому-то стало известно о нашем плане.

Джин сделала глубокий вдох, готовясь к долгому спору.

– Тогда я расторгаю нашу сделку, - заявила она.

Он оторопело уставился на нее.
– Что?