Чтение онлайн

Был штаб… Нет штаба.

Бывает.

Благодаря наблюдениям и воздуху, который позволял подслушивать чужие разговоры, я вычислила как минимум пятерых уборщиц, которые работали на разных этажах, но точно знала, что в таком огромном НИИ штат хозяйственного персонала намного больше.

А потом я начала… Пакостить.

Так Марина Павловна подвернула ногу. Несильно, но и не очень аккуратно — медотвод на три недели. Ольге Васильевне прищемило в автобусе руку. Несмертельно, но неприятно. Медотвод на две недели. Анечка, прикуривая сигарету, неаккуратно взмахнула зажигалкой и опалила себе брови, задев и щеку. Ерунда, но больно и некрасиво, девушка предпочла взять больничный. А Клавдию Леопольдовну вообще защемило турникетом на проходной НИИ и старушка, проклянув «иродов бездушных», вовсе написала заявление на увольнение по собственному. Видимо, долго копилось, и чаша терпения уборщицы переполнилась.

Руководство НИИ наверняка заподозрило в данных диверсиях врагов, но враги врагами, а мыть территории кому-то надо!

И так как уборщицы — это всё-таки не научные сотрудники и очередь за воротами не толпится, то отдел кадров спустил заявку в том числе в центр занятости и я успела ответить на неё в числе первых. О, да!

Ну а дальше дело техники, ловкость рук и никакого мошенничества. Дойти до отдела кадров, очаровать подозрительных дам милым голоском и влажными оленьими глазами, поклясться, что хочу работать, работать и только работать (и никаких декретов!), получить направление на медосмотр и квиток на встречу с безопасником…

Очаровать безопасника, заплатить в регистратуре ближайшей поликлиники за нужные штампики, наврав с три короба о том, что на работу надо выйти «ещё вчера», а кадровичка злющая стерва, и уже в понедельник снова быть на проходной с полным набором документов.

Само собой, сначала меня отправили мыть полы в холле и столовой. Я не роптала.

Главный этап пройден, я уже в НИИ, а получить доступ к сети можно даже из столовой, была бы точка доступа. Ну или с проходной, где стоят камеры наблюдения и пульт. Не центральный, всё же это всего лишь проходная, но главное не это. Главное, то, что он подключен к общей сети.

И взломать его… Будет непросто.

Но реально.

Сеть-то внутренняя! И защищена не таким уж и зверскими методами, какими обычно защищают секретные сведения от внешней угрозы. Ведь внутрь кто попало не попадет. Внутри врагов нет.

Ага!

Тем не менее я не спешила лезть на рожон, предпочтя трудиться как можно старательнее. При этом самым чудесным образом в НИИ продолжили происходить ничем не объяснимые происшествия.

Для начала в столовой один из младших научных сотрудников умудрился сесть на край стула, а тот отъехал и сотрудник так смачно приложился лбом о стол, что пришлось вызывать скорую и сотрудника увезли с подозрением на сотрясение.

На следующий день заклинило электронную систему пропусков и она не срабатывала при контакте с картами допуска, мигая алыми кнопочками и натужно пища, пока её не перезагрузили три раза подряд.

На третий день, когда люди уже начали шептаться, что НИИ проклято (а всё из-за того, что зарплату задержали!), въезжающий через КПП сотрудник на личном авто не справился с управлением, его занесло на гололеде и он протаранил будку охраны.

К счастью, никто кроме авто не пострадал: будка была бетонной, а сотрудник пристегнут.

Но шепотки поползли активнее…

На четвертый день я всё так же старательно трудилась и мне даже дали напарницу из новеньких, немолодую и заранее уставшую от жизни женщину Раису. Раиса была немногословна, каждый час ходила курить, а к концу дня от неё пахло перегаром. Несильно, но ощутимо.

На обеденном перерыве случилось короткое замыкание на кухне и током ударило одну из поварих. Несильно, но ору было столько, словно кого-то убили. Причем орали все остальные работницы кухни, проклиная всех, кого вспомнили: криворуких электриков, рукожопых мастеров-наладчиков, и для верности руководство, которое поскупилось на нормальное оборудование и качественную проводку.

Я старательно переживала вместе со всеми, ужасаясь череде подозрительных происшествий и даже предположила:

— Это, наверное, османы, да?

На меня сначала посмотрели, как на дурочку, а потом задумались… И уже к вечеру версия обросла подробностями, где орда османов атаковала проходную, избила охрану, зверски изнасиловала завхоза Ираиду Яхонтовну, корпулентную и громкоголосую даму пятидесяти лет, и похитила последнюю разработку НИИ.

Какую — никто не знал. Ибо секретная!

В пятницу народ заранее ждал подвоха и все ходили, нервно переглядываясь и перешептываясь. Не стала разочаровывать людей и, помыв подвал, где нашла центральный кабель-канал, ведущий как наверх, так и вниз, на закрытые для свободного посещения этажи, за полчаса до обеда просто обесточила здание.

Напрочь.

Ох, какая тут поднялась паника! Ладно, те, кто работал на поверхности! Двери автоматически разблокировались, свет поступал через окна и люди смогли покинуть кабинеты и спуститься со своих этажей по лестницам…

А те, кто работал внизу? Они оказались пленниками своего этажа!

А всё потому, что лестниц вниз не было, только лифты.

К счастью, в НИИ работали действительно толковые профессионалы, в том числе электрики, так что всего лишь в течение часа были подключены резервные генераторы, электричество поступило на ключевые объекты по закрытому дублирующему каналу, но подвох был в том, что этот канал был обнаружен мною загодя и я только этого и ждала, чтобы пробежаться по нему троянским конем и сунуть свой цифровой нос всюду, куда получилось.

Из-за скачка напряжения запустился протокол экстренного доступа, который я активировала универсальным кодом допуска старшего администратора, после чего просто скачала всю информацию со всех компьютеров, которые нашла в сети… и продолжила мыть свой участок.

В субботу и воскресенье был выходной. Их я потратила на то, чтобы проанализировать всё, что удалось скачать. Несмотря на огромные объемы информации, в основном финансового и отчетного характера, как такового компромата был мизер.

Но какой!

Судя по всему, мне повезло подключиться в том числе к личному компьютеру Левашова, потому что всего в трех папочках, запрятанных среди сотен прочих, содержащих исключительно предоставляемые в военное ведомство данные, я нашла серию экспериментов над людьми.

Самыми обычными живыми людьми. Одаренными.

Вот только эксперименты эти… Были совсем не обычными!

Самое близкое определение тому, что происходило в самой закрытой из лабораторий — бесчеловечные пытки. А всё ради того, чтобы извлечь из человека магию, магическое ядро и… тадам-м, душу!

Для того, чтобы подсадить её гомункулу, ага.

Эксперименту было полтора года, но за этот срок ученые особо не продвинулись в реализации своих амбиций, однако увидев, что сейчас в лаборатории изучается объект под номером семьдесят девять, особь женского пола девятнадцати лет, я поняла, что за эти полтора года они убили семьдесят восемь подростков. И папочки-вкладыши с результатами исследований с нужной нумерацией нашлись рядом.

В среднем они убивали по четыре человека в месяц. Одного в неделю.