Чтение онлайн

— Работа тут ни при чем. — Она закрыла глаза. — Я хотела уехать не из-за работы… Из-за тебя. Потому что ты гораздо важнее.

Повисшее между ними молчание казалось бесконечным и разрывало сердце. Наконец Берт заговорил, и голос его звучал глухо:

— Посмотри на меня, Касси.

Молодая женщина медленно открыла глаза и встретилась с ним взглядом. Лошадь в соседнем деннике переступила ногами, тяжело, совсем по-человечески вздохнула.

— Ты действительно имела в виду то, что сказала?

— Да.

Он судорожно перевел дыхание. Кажется, голова у него кружилась не менее, чем у Касси.

— Но ведь ты всегда ценила карьеру больше всего. Диссертация, публикации, лекции — только об этом я и слышал от тебя все четыре года.

— Предпочтения меняются. — Касси нашла в себе силы слабо улыбнуться. Я, честное слово, думала, что работа для меня важнее всего… Но в воскресенье поняла, что это не так.

— В воскресенье?

— Да, после того как ты ушел. Мне было так больно тогда… По сравнению с этим любая неудача с диссертацией казалась мелочью. Тогда-то я и поняла, что есть вещи важнее работы.

Берт покачал головой.

— Солнышко, ты не понимаешь, что говоришь.

— Прекрасно понимаю.

Внезапно Касси почувствовала прилив сил. Головокружение прекратилось, будущее представилось ясным, кристально-прозрачным. Она владела ситуацией, и ключ был у нее в руках. Молодая женщина улыбнулась сквозь слезы и шагнула к Берту.

— Я не маленькая девочка, Берт. И не ледышка. Я женщина и прекрасно понимаю, что со мной происходит. Я влюбилась в тебя, и, хотя мне больно, любовь стоит этой боли.

Берт ошеломленно поднял руку, словно желая прикоснуться к ней, — но тут же опустил обратно.

— Проклятье, Касси! Я даже не могу дотронуться до тебя! Ты такая чистая, а я только что возился с Парадом и весь насквозь пропитался его запахом. Как ты можешь любить парня, пропахшего конским потом?

Касси смотрела на него долгим взглядом. Она хотела запомнить возлюбленного таким, каким он был сейчас: растерянным, пропахшим лошадьми, с опилками во взъерошенных волосах… Самым красивым и желанным мужчиной на свете.

Потом она взяла его безвольно повисшую руку и прижала ее ладонью к своей груди. Берт дернулся всем телом, словно через него пропустили электрический разряд.

— О, Касси…

— Я люблю запах лошадей, — прошептала она, подходя к нему ближе. — Он напоминает мне о нашей первой ночи. Он напоминает мне о самом прекрасном, что было в моей жизни. О тебе.

Берт, часто дыша, смотрел ей в глаза. Потом губы его дрогнули в улыбке, и он обнял Касси.

— Не могу поверить. Леди-Профессор в моих объятиях?

— Нет, Берт, не Леди-Профессор. Это просто я, Касси.

— Тогда пойдем. — Не выпуская ее из объятий, Берт потянул молодую женщину за собой. — Ты пойдешь сама или мне взять тебя на руки?

— Куда ты меня тащишь?

— В подсобку. Ведь тебе так нравится запах лошадей! А я больше не могу терпеть. Мне нужна… брачная ночь.

— Но сейчас день! — запротестовала Касси, упираясь. И только тут до нее дошел смысл сказанного Бертом. Она изумленно распахнула глаза, замирая. — Как ты сказал? Какая… ночь?

— Брачная, — повторил он, запуская руку в ее густые волосы. — Ах да, я забыл последовать ритуалу ухаживания. Сейчас, кажется, нужно сделать предложение. Касси, я тебя люблю. Выходи за меня замуж!

Она была так ошеломлена, что молчала. Берт тревожно поднял брови.

— Ведь ты не собираешься мне отказать? Я тогда, наверное, умру. Мне обязательно нужно увидеть тебя в белом платье.

Слезы, так долго собиравшиеся пролиться, наконец заструились у нее по щекам. Она сама не понимала, почему плачет, но не могла остановиться.

Берт прижал ее лицо к своей груди, покрывая поцелуями маленькие кисти ее рук. Касси что-то пробормотала.

— Что, солнышко?

— Ты же решил следовать ритуалам, — всхлипнула она, уже улыбаясь. — Вот я и принимаю твое предложение как положено. Наверное, выйти замуж за своего старого друга — это очень интересно.

— Только твой отец меня убьет.

— Думаю, ты с ним справишься.

— Но он старше, — возразил Берт, прижимая ее к себе. — Я должен буду из уважения к старшему позволить ему меня убить!

— Вряд ли он захочет сделать свою дочь вдовой, — утешила его молодая женщина.

— Кстати, о родственниках, — поспешно продолжил Берт. — Ведь ты помнишь, что у меня есть Хейзл? Мы с сестрой продаемся в упаковке. Два Уорринга по цене одного.

— Я всегда хотела иметь сестренку, — призналась Касси, блаженно закрывая глаза.

— Бедный я человек! Мне придется жить под одной крышей с двумя гениями, — вздохнул Берт. — А если у нас еще к тому же родятся дети-вундеркинды… то я останусь самым глупым в семействе. Буду общаться на равных только с Парадом.

— Зато ты останешься самым сильным, — поддразнила его Касси, кладя ладонь ему на бедро. — Ну что, сильный мужчина, ты в самом деле сможешь донести меня на руках отсюда до подсобки и не уронить?

И уже по пути, обхватив Берта за шею, добавила игриво:

— Тебе же нужно тренироваться. Ведь еще придется переносить меня через порог!

— Стоп! Нельзя! Мама работает!

Берт подхватил дочку у самых дверей кабинета Касси. Малышка Рози, такая же рыжая, как мать, но с яркими голубыми глазами, приготовилась было недовольно захныкать. Несмотря на возраст, в этой двухлетней крохе уже проявлялись признаки упрямого характера. От которого из родителей она его унаследовала? Должно быть, от обоих…

Но в этот критический миг дверь кабинета распахнулась. И на пороге предстала Касси в тапочках и в халате.

— Уже можно, Берт. Я закончила мою норму на сегодня.

Рози, поняв, о чем идет речь, радостно потянулась к матери, и Касси взяла ее из рук мужа. Девочка сразу завладела материнскими очками и попыталась примерить их на себя.

— Берт, ты посмотришь, что я написала? — спросила Касси, сражаясь с дочерью за право носить очки. — Я никогда не уверена в моем стиле, мне кажется, он суховат. А это все же открытая лекция, а не доклад на кафедре.