Чтение онлайн

Мы прошли через арку и оказались в прямоугольном сводчатом помещении с внушительными, вытесанными из монолитной скалы колоннами и каменным алтарем. Свет в храм проникал через небольшой проем в стене напротив алтаря. Мы стояли как завороженные, разглядывая покрытые великолепной резьбой стены. Сколько поколений неизвестных мастеров трудились над ними?

– Самая красота здесь ровно в полдень, – пояснил Вася. – В двенадцать часов солнечные лучи падают прямо на алтарь. А само окно совершенно неразличимо снаружи. В крайнем случае, им можно воспользоваться как запасным выходом. Для этого имеется длинная веревка и альпинистское снаряжение для спуска. И еще – это единственное место во всей пещере, где работает телефон. Так что если понадобится выйти на связь, то сделать это можно только отсюда. Но лучше я сам буду звонить вам. Давайте договоримся: вы каждый день три раза – в восемь утра, ровно в полдень и в двадцать ноль-ноль – будете подходить сюда и ждать моего звонка.

Согласно кивнув, я подошел к «окну» и выглянул наружу. Далеко внизу волны, пенясь, разбивались об отвесный берег. Панорама была настолько красивой, что оставалось только пожалеть – почему я не художник?

– Мы будем жить в храме? – почему-то насупился Павел.

– Ну что ты! – рассмеялся Вася. – Конечно нет! Это святое место. Пошли дальше.

Он провел нас к проходу, что скрывался за одной из боковых колонн, и мы пошли по хорошо освещенному коридору. Свет проникал сюда через множество мелких отверстий и трещин в стене. Вскоре мы дошли до места, где коридор расширялся, образовывая небольшой зал. Вдоль стены стоял внушительный штабель деревянных ящиков, окрашенных в темно-зеленый цвет. Насколько я знал, в таких ящиках хранится оружие. И не ошибся.

– Здесь есть все! – гордо сказал Вася. – Пистолеты, автоматы, пулеметы, гранаты, мины. Вот тут патроны. Если возникнет необходимость, используйте хоть все, мы потом пополним закладку. Дай бог, конечно, чтобы до этого не дошло, но чем черт не шутит…

Я подошел к штабелю и прочитал маркировку. Да, это вам не вооружение времен Второй мировой. Сложенное в ящиках оружие было самых современных образцов.

– Вася, – тихо спросил я. – Зачем вам все это?

– Дядя Володя, – ответил он так же тихо, – неужели ты думаешь, что мы попрячемся по углам и будем трусливо смотреть, как недобитые бандеровцы отдают натовцам наш Крым?

– Похоже, ты не слишком дружишь с законом? – спросил я, вытащив из верхнего ящика автомат с непривычно толстым стволом. Это был бесшумный «Вал», состоящий на вооружении у подразделений спецназа. – Я не говорю, что это плохо. Не говорю, что это хорошо. Я просто констатирую факт.

– Можно ведь поставить вопрос и по-другому, – улыбнулся Вася. – Почему закон не дружит со мной? Законы принимает государство, и делает это без моего участия. Я никогда не ставил государство выше себя и считаю, что оно должно уважать меня как личность. Так же, как любого жителя страны. А раз оно этого не делает, то я считаю себя вправе не уважать его законы. Вообще, на эту тему можно спорить до бесконечности, а у нас, ты уж извини, дядя Володя, нет для этого времени.

В его голосе звучала такая уверенность в своей правоте, что я не стал больше задавать вопросов. Тем более что сам далеко не всегда действовал строго по закону. Зато вопросы возникли у Мишки.

– Вася, – спросил он, – и вы все это сюда затащили втроем?

– Да, – ответил мой крестник так спокойно, будто проделать такую работу было легко и просто.

– А как же вы протаскивали ящики через проход? – не унимался Мишка. – Там хотя бы самому успеть проскочить!

– Ломиком мы пользуемся, когда быстро надо пройти, – ответил Вася, посмотрев на Мишку с некоторым даже сожалением. – А ведь можно и домкратом подпереть…

Мишке стало стыдно, и он надолго замолчал.

Продемонстрировав арсенал, Вася показал нам жилые кельи. Это были темные помещения без окон, но в каждой стояла заправленная керосиновая лампа «летучая мышь». На каменных помостах лежали матрасы, подушки и одеяла. Воздух был свежим – в пещере чувствовалась хорошая естественная вентиляция.

– В помещениях, где есть окна, лампы по ночам не зажигайте, – предупредил Вася. – Свет далеко виден с моря. А здесь – сколько угодно.

Потом он провел нас по камерам, где хранился запас продовольствия, корейские керосиновые печки, к ним запас керосина в канистрах и много других полезных вещей, необходимых для длительной жизни в подземелье. В одном из коридоров журчала вода – вытекая тонкой струйкой из желоба в стене, она убегала в небольшую трещину в полу. Воды было немного, но вполне достаточно для удовлетворения всех наших жизненных потребностей.

Из рукотворных коридоров расходилось множество узких лазов и щелей. В некоторые из них с трудом пролезла бы и кошка, но были и такие, в которые свободно прошел бы человек.

– В эти ходы лучше не соваться, – заметив мой взгляд, сказал Вася. – Ни один из них не выходит на поверхность, проверено. Зато все они запутаны в такой лабиринт, что, если заплутаешь, долго искать придется.

Опасность заблудиться нам никогда не грозила. Во всяком случае, я, один раз пройдя любой лабиринт, навсегда запомнил бы все повороты и легко нашел выход. Каким бы запутанным этот лабиринт ни был. Но все-таки я прислушался к Васиным словам.

Еще он показал нам простую, но надежную систему тревожной сигнализации. От входного камня-маятника к жилым кельям была протянута тонкая, но прочная стальная проволока, на конце которой висели несколько пустых консервных банок. Как только камень начинал раскачиваться, в нашем жилище раздавался такой грохот, что проснулся бы и мертвый.

Проведя с нами больше трех часов, Вася стал собираться.

– Что делать с вашим «Фольксвагеном»? – спросил он, когда мы проводили его до входа.

– Лучше всего разобрать и продать по запчастям, – ответил я. – Чтобы концов не нашли.

– Жалко! – покачал головой Вася. – У меня есть другой вариант. Имеются специально обученные люди, которые за одну ночь перебьют все номера и сделают новые документы. Машина-то хорошая, может еще послужить.

– Хорошо, – согласился я. – Делай, как тебе удобнее.

– Потом еще спасибо скажете! – улыбнулся он и взялся за лом.

Но Мишка не позволил ему самому открывать «дверь». Забрав лом, он несколькими мощными движениями раскачал камень, и Василий выпрыгнул наружу. Мы остались одни.

Шли вторые сутки нашего добровольного заточения, и за все это время абсолютно ничего не случилось. Но мы не сидели сложа руки. Разобрали ящики с оружием, набили патронами калибра десять миллиметров магазины к «Валу», вставили запалы в гранаты и сложили все это в пещере за старинным храмом. Там каждый из нас, натаскав камней, оборудовал себе стрелковую позицию по всем правилам усвоенной еще в Школе воинской науки. Если дело дойдет до стрельбы, решили мы, то творение древних мастеров не должно пострадать. Я никогда раньше не обращался с таким оружием, поэтому предпочел бы «Валу» старый надежный «АКМ». Но Боря резонно заметил, что в бою в условиях подземелья бесшумное оружие будет иметь свои преимущества, и я вынужден был с ним согласиться. Мы предусмотрели, кажется, все, вплоть до противогазов. На тот случай, если гипотетический агрессор вздумает вытравливать нас газом.

Почему мы занялись этими приготовлениями? Сразу после того, как мы перешагнули порог пещеры, меня стали преследовать какие-то смутные видения. Стоило закрыть глаза, как пространство вокруг наполнялось мельтешением теней, вспышками выстрелов и беззвучными разрывами. Все происходило в полной тишине, и почему-то именно от этого на душе становилось особенно тревожно. Кроме меня, больше никто не чувствовал опасности, но, учитывая мою особую чувствительность, мы решили приготовиться к обороне.