Чтение онлайн

– Но, боже праведный, как, по-вашему, злодеи среагируют, когда найдут коляску с младенцем из пластмассы? – воскликнула она и развела руками.

– Решат, что мы продумали все в деталях, и постараются действовать с максимальной осторожностью, – ответил Гений.

– А твоя внучка сможет получить новую куклу, – предложила Марта, и Стина подобрела. А чтобы задобрить ее окончательно, ей позволили на свое усмотрение выбрать подушки и детские одеяла, и в конце концов все остались довольны. Они заказали хорошую двухместную коляску-трость, где хватало пространства для двух картин, памперсов, подушек и одеял, а потом чокнулись и разошлись спать.

Марта прервала свои воспоминания, увидев взбирающуюся на холм машину. Белый автофургон сбросил скорость, добравшись до его вершины недалеко от дома престарелых.

– Вот и он! – сказала Марта довольно.

Тем временем грузовичок приблизился и остановился напротив у тротуара, и водитель опустил боковое стекло.

– Это «Диамант»? – спросил он. И, получив утвердительный ответ от Марты, открыл дверь, выпрыгнул наружу и спросил Майю Странд. Марта кивнула и расписалась на маленьком компьютерном устройстве, которое было у него с собой. Получилось немного коряво, без навыка подписываться вымышленным именем, но в конце концов ей удалось поставить неразборчивую подпись из тех, какими обычно довольствуются боссы и врачи. А потом Анна-Грета осмотрела груз, проверила накладные и заплатила.

Далее все пошло очень быстро. Водитель с помощью специальной тележки за несколько рейсов любезно перевез все в лифт, и, никем не замеченные, они перетащили коробки в свои комнаты. Едва успели закончить с этим, как Марта заметила перед окном еще один грузовичок и поспешила на улицу. Водитель озадачился, когда она заявила, что коляска нужна для ее собственного ребенка, и понадобилось время, прежде чем до нее дошло, что в ее возрасте речь может идти только о внуках. Но и здесь все прошло гладко, и, поднявшись к себе в комнату, Марта достала бокалы и шампанское.

– Итак, мои милые друзья. Давайте выпьем! За картины и искусство, – сказала она.

– За импрессионистов! – добавила Анна-Грета.

Потом она выложила длинные бутерброды, которые тоже заказала по Интернету, а Марта заперла дверь на ключ, и их маленький праздник принял крайне приватный характер. Он продолжался очень недолго, и по его окончании, когда все было съедено, а шампанское выпито, они наполнили несколько памперсов пятисоткроновыми купюрами.

Весь вечер Анна-Грета пребывала в отличном настроении, поскольку система заказов по Сети действовала безукоризненно, и она восторженно объявила, что на следующий день собирается позвонить в свой банк с целью объясниться по поводу недавнего компьютерного сбоя. Но все остальные постарались разубедить ее, уверяя, что не стоит говорить слишком много. Лучше, если она просто попросит сотрудников оставить ее счет в том виде, каким он был до того, как она или вирус все стерли.

– А если они поинтересуются о больших суммах, которые я хотела снять тогда? – спросила Анна-Грета.

– Скажешь просто, что процентные ставки пошли вверх и ты передумала.

В итоге у них получился чудесный день, и когда Гуннар нежданно появился после ужина, Анна-Грета почувствовала себя на седьмом небе от счастья. Она исчезла вместе с ним у себя в комнате, и, пусть время уже было позднее, оттуда скоро послышались первые ноты «Детской веры». Тогда все пожелали друг другу доброй ночи, поблагодарили один другого за прекрасный день и разошлись каждый к себе.

Однако довольно скоро двери открылись снова, и Грабли и Гений столкнулись в общей гостиной.

– Не спится, – сказали они и вернулись в свои комнаты. Но спустя немного времени опять открыли двери и отправились каждый к своей женщине. И занимались они кое-чем другим, а вовсе не планированием преступлений, хотя им стоило, пожалуй, разумнее использовать это время.

– Уф, как я нервничаю, – говорила Стина сама себе, когда они с Мартой по очереди, поскольку это оказалось труднее, чем им представлялось вначале, везли к условленному месту новенькую двойную коляску-трость. Тепло одетая дочка Эммы Малин мирно спала в одной ее половине, тогда как другую занимала кукла-младенец в натуральную величину с шапочкой на голове.

Дело происходило 30 октября, часы показывали без пяти час, и с пролива Нюбрувикен дул холодный ветер – явный признак того, что осень уже готовилась передать эстафету зиме. Немногим ранее они положили в коляску игрушечного ребенка, одеяло и набитые деньгами памперсы, а также бутылочку с соской, несколько пар детских носков и запасную кофточку. Затем с этим скарбом и маленькой девочкой в придачу на такси доехали до Бласиехольмской площади. Там водитель помог им все выгрузить, и, посадив Малин в коляску, они направились в сторону Гранд-отеля.

Пока они шли, Марта рассуждала о том, кем могли быть похитители. Она взвешивала все возможности, начиная от югославской мафии и персонала отеля и кончая каким-нибудь богатым бизнесменом, который стащил картины, посетив апартаменты. Но это, собственно, не играло никакой роли. Главное – шедевры нашлись. Добравшись до Ховслагаргатан, они внимательно огляделись и, согласно договоренности, оставили коляску на тротуаре на углу Бласиехольмсгатан и Театергатан. Но, обойдя ее, когда пришло время забрать внучку, Стина внезапно остановилась.

– Марта, мы ошиблись в наших расчетах. Люди примут куклу за настоящего ребенка, решат, что мы бросили его, и постараются нас догнать.

– Не беспокойся, мы натянем дождевик, и никто ничего не заметит, – сказала Марта и надела на коляску пластиковый чехол. – У меня нет никакого желания таскать ее с собой, – продолжила она и показала на игрушку.

– Это называется ребенком, – сказала Стина довольно резко. – Но послушай, если под дождевиком ничего не видно, какой смысл в кукле?

– Хм, ты думаешь… – пробормотала Марта и не смогла найти разумного объяснения для покупки. И почему Стина всегда умна задним умом, когда уже слишком поздно, подумала она. – Ну, мы…

– Какие мы? Не приписывай мне ваше решение, – сказала Стина. – Я предлагала взять коляску Эммы. Мошенники, забравшие картины, теперь наверняка посчитают нас сумасшедшими. Игрушечный младенец! Если бы мне пришлось заниматься этим…

– Пошли лучше, – перебила ее Марта. – Согласно записке, мы должны уйти на два часа, потом сможем забрать картины.

– Моне, Ренуар и пластиковая кукла в одной коляске, – пробормотала Стина.

– Да, речь идет о возвращении государству шведского культурного достояния, – сказала Марта.

Стина пожала плечами и заблокировала колеса коляски. За исключением нескольких пешеходов улица была пустынной, народ прогуливался в основном на стороне набережной. Она взяла на руки Малин, поплотнее закутала ее в одеяло и надела ей шапочку.

– Она просто чудо, – сказала Марта как можно нежнее в попытке снять напряжение.

– Да, она же настоящая, понимаешь, – ответила Стина. – Ребенок то есть.

Поблизости не нашлось никакого кафе, поэтому они направились в Гранд-отель и расположились на «Веранде». И пусть Марта немного сомневалась на сей счет, поскольку помнила, как ее узнали в предыдущий раз и сколь неприятно все получилось, холодная погода не оставила им выбора. Они заказали салат, едва притронулись к еде и, когда поднялись два часа спустя, почувствовали слабость в ногах. Им пришлось решать нежданную проблему с помощью сладкого напитка, и, только выпив его, они поняли, что получили не свой обычный ликер, а водку со вкусом клубники, но она все-таки сделала свое дело. Их вера в собственные силы резко возросла, и, если говорить о Стине, которая вдобавок получила к кофе бельгийский шоколад, пожалуй, даже немного зашкалила. Она просто светилась от удовольствия и так громко забавлялась с Малин, что Марта вынуждена была незаметно одергивать ее время от времени.