Чтение онлайн

Лира и Жан обменялись кивками и вышли, чтобы готовиться к смертельно опасному путешествию.

Элинор подошла к ложу Каэлана, взяла его горящую руку в свои.

— Держись, — прошептала она. — Держись, мой любовь. Они принесут тебе спасение. А я… я буду держать наш дом. Обещаю.

Она знала, что посылает их на верную смерть. Но другого выбора не было. Это был отчаянный шаг отчаявшейся женщины. Игра ва-банк, где ставкой была жизнь самого дорогого ей человека.

— Он умрёт, — устало констатировал Эдгар на пятый день болезни Каэлана. — Ядерный яд не поддаётся обычным средствам. Нужно что-то… особенное.

Элинор, с тёмными кругами под глазами, смотрела на горящего в лихорадке мужа. Она чувствовала, как его жизненная сила, обычно такая мощная и несгибаемая, постепенно угасает.

— Что? — спросила она, и её голос звучал глухо. — Скажите, что мне делать.

Алрик, сидевший в углу комнаты, поднял голову.

— «Слёзы Феникса», — прошептал он. — Мифический цветок. Растёт на самых высоких и недоступных вершинах Северных хребтов. Его сок — единственное противоядие от магических ядов такой силы.

— Это легенда, — мрачно сказал Эдгар.

— Нет, — возразил Алрик. — Это редкость. Но он существует. Я видел его… давным-давно.

Элинор выпрямилась. В её глазах загорелась решимость.

— Где точно?

— Пик Сломанного Копья, — ответил старый маг. — Но путь туда смертельно опасен. И не только из-за круч и лавин. Говорят, те места охраняют древние духи.

В этот момент из-за портьеры появилась Лира, начальница охраны. Её лицо было суровым.

— Я пойду, — заявила она просто. — Он мой герцог. Мой долг.

Следом, пошатываясь, вошёл Жан. На его лице ещё были синяки от пыток Малькольма, но глаза горели.

— И я. Я знаю все тропы в тех горах. И все обходные пути. Без меня вы там замёрзнете или сорвётесь в первую же ночь.

Элинор посмотрела на них — на верную воительницу и на бывшего контрабандиста. Они были так непохожи, но объединённые одной целью.

— Хорошо, — кивнула она, и в её голосе снова зазвучала сила. — Собирайтесь. Берите лучших лошадей, лучшее снаряжение. Всё, что нужно. У вас есть три дня. Не больше.

Лира и Жан обменялись кивками и вышли, чтобы готовиться к смертельно опасному путешествию.

Элинор подошла к ложу Каэлана, взяла его горящую руку в свои.

— Держись, — прошептала она. — Держись, мой любовь. Они принесут тебе спасение. А я… я буду держать наш дом. Обещаю.

Она знала, что посылает их на верную смерть. Но другого выбора не было. Это был отчаянный шаг отчаявшейся женщины. Игра ва-банк, где ставкой была жизнь самого дорогого ей человека.

— Он умрёт, — устало констатировал Эдгар на пятый день болезни Каэлана. — Ядерный яд не поддаётся обычным средствам. Нужно что-то… особенное.

Элинор, с тёмными кругами под глазами, смотрела на горящего в лихорадке мужа. Она чувствовала, как его жизненная сила, обычно такая мощная и несгибаемая, постепенно угасает.

— Что? — спросила она, и её голос звучал глухо. — Скажите, что мне делать.

Алрик, сидевший в углу комнаты, поднял голову.

— «Слёзы Феникса», — прошептал он. — Мифический цветок. Растёт на самых высоких и недоступных вершинах Северных хребтов. Его сок — единственное противоядие от магических ядов такой силы.

— Это легенда, — мрачно сказал Эдгар.

— Нет, — возразил Алрик. — Это редкость. Но он существует. Я видел его… давным-давно.

Элинор выпрямилась. В её глазах загорелась решимость.

— Где точно?

— Пик Сломанного Копья, — ответил старый маг. — Но путь туда смертельно опасен. И не только из-за круч и лавин. Говорят, те места охраняют древние духи.

В этот момент из-за портьеры появилась Лира, начальница охраны. Её лицо было суровым.

— Я пойду, — заявила она просто. — Он мой герцог. Мой долг.

Следом, пошатываясь, вошёл Жан. На его лице ещё были синяки от пыток Малькольма, но глаза горели.

— И я. Я знаю все тропы в тех горах. И все обходные пути. Без меня вы там замёрзнете или сорвётесь в первую же ночь.

Элинор посмотрела на них — на верную воительницу и на бывшего контрабандиста. Они были так непохожи, но объединённые одной целью.

— Хорошо, — кивнула она, и в её голосе снова зазвучала сила. — Собирайтесь. Берите лучших лошадей, лучшее снаряжение. Всё, что нужно. У вас есть три дня. Не больше.

Лира и Жан обменялись кивками и вышли, чтобы готовиться к смертельно опасному путешествию.

Элинор подошла к ложу Каэлана, взяла его горящую руку в свои.

— Держись, — прошептала она. — Держись, мой любовь. Они принесут тебе спасение. А я… я буду держать наш дом. Обещаю.

Она знала, что посылает их на верную смерть. Но другого выбора не было. Это был отчаянный шаг отчаявшейся женщины. Игра ва-банк, где ставкой была жизнь самого дорогого ей человека.

Пока Лира и Жан пробирались через вражеские патрули на пути к Северным хребтам, в Солиндейле продолжалась осада. Бомбардировки стали реже, но это было плохим знаком — это означало, что валерийцы готовятся к решающему штурму.

Элинор, работая на износ, находила силы не только для управления, но и для того, чтобы навещать раненых, говорить с горожанами, укрывающимися в подвалах. Её присутствие стало символом надежды. «Сердце держится», — говорили люди, и это придавало им сил.

Однажды к ней в командную палатку пришла старая женщина, няня, которая когда-то служила ещё при матери Каэлана. Она принесла свёрток — старую, потрёпанную книгу.

— Это дневник моей госпожи, — прошептала женщина. — Беллатрис. Она вела его тайно. Я хранила его все эти годы… Думала, отдать вашему сыну, когда вырастет. Но сейчас, кажется, нужнее вам.

Элинор с благодарностью приняла дар. Ночью, в редкие минуты затишья, она стала читать пожелтевшие страницы. И то, что она узнала, потрясло её до глубины души.