Когда боги проснутся - 1
Шрифт:
"Ты должен! Должен!
– ответно загудело в голове.- Мы слишком долго ждали!"
Язык не может произнести ни слова, а рука с арбалетом кажется неподъемной ношей. "Ты последняя надежда Рейгроннов!"
Трудно проглотить ком, застрявший в горле... Пересохшие губы пытаются пошевелиться, чтобы вытолкнуть:
– Я должен!
Это не слова, это предсмертный хрип убитой дружбы, сраженной предательством. Но перед глазами встает искаженное отчаянием и болью лицо Вэгронна... И тогда выпрямляется сгорбившаяся от непосильной ноши спина, расправляются плечи и рождается жесткое:
– Ты должен уйти, Рен!
– О чем ты?
Медленно, очень медленно поднимается арбалет, нацеливаясь в такую большую мишень - широкую грудь наследного Властителя.
– Ты должен уйти, Ренвольд из рода Вольдов!
Широко распахнувшиеся глаза девушки, короткий вскрик...Она все поняла и шагнула вперед, несмотря на предостерегающий возглас Данвольда.
Высокий мужчина, стоя за спиной Ригонта, внимательно наблюдал за происходящим. Два огромных шага вперед и через минуту онемевшая от страха Кирэна была прижата к его жесткому телу, а острое лезвие ножа коснулось ее шеи.
– Не тронь ее!
– Стой, где стоишь, - слова подают в разделяющее их пространство, как увесистые булыжники, придавив к полу.
– Одно движение и она мертва.
– Риг, - все еще не веря своим глазам, потрясенный Ренвольд смотрел на друга и видел перед собой не бледное лицо предателя, а круглое улыбающееся лицо веселого и проказливого подростка, товарища детских игр, юношеских проделок.
– Нет! Риг, как ты можешь?!
Мгновенная гримаса боли исказила лицо Ригонта, как будто перед его мысленным взором тоже промелькнуло то далекое время, когда родовая честь и последние надежды Рейгроннов не перекрыли чувство товарищества.
– О, боги! Значит, это ты? А Келтон?
– Ренвольд шагнул к попятившемуся Ригонту.
– Ты убил его, да?
– Нет!
– непроизвольно вырвалось у Ригонта.
– Нет! Я не убивал его!
– Значит, карта...
– Да.
Ренвольд сжал кулаки и сделал еще один шаг к Ригонту. Его спутник напрягся и надавил на ручку ножа. Кира ойкнула. Тонкая алая струйка медленно поползла по шее девушки.
Ренвольд побелел.
– Остановись!
Ригонт, не спуская с него глаз, кивнул родичу и опустил арбалет, давай отдохнуть руке.
– Где Келтон, Риг?
– Он там, - Ригонт кивнул куда-то в сторону, - в лесу.
– В лесу? Ты бросил его умирать в лесу?!
– Нет, - мрачно процедил сквозь зубы Ригонт.
– Там была ловушка. Не наша, - пояснил он, увидев невольное удивление в глазах наследного Властителя.
– И где он теперь?
– Не знаю, - криво улыбнулся Ригонт.
– Может, у лесных ведьм. Может у чужаков. Вместе с кучей дерьма из местных разбойников.
На минуту в комнате воцарилась гнетущая тишина. И только чуть колыхнулись гобелены у ниши.
Ренвольд стоял, до боли стиснув зубы и сжав кулаки. А глаза его под грозно сведенными бровями, казалось, пронзали предателя насквозь.
– Торопись, - проскрипело за спиной у Ригонта.
Его родич сильнее стиснул Кирэну и метнул настороженный взгляд на прикрытую тканью стену.
– Значит, вот как, - с трудом произнес наследный Властитель Агорраса.
– Да, - бледный, с безумным взглядом Ригонт поднял арбалет.
– Вот так.
Он навел стрелу на Ренвольда. Лицо Ригонта исказилось, и Рен понял, что он сейчас выстрелит.
– Прости, Рен, - выдавил Ригонт.
Увидев мрачную усмешку на лице друга, он неожиданно почувствовал спокойствие и продолжал бесстрастно и жестко:
– Я должен, понимаешь? Я - последний из рода Гроннов, а ты - последний из рода Вольдов. И вдвоем нам будет тесно.
Он нажал на спуск. Ренвольд не успел даже шевельнуть пальцем, но наперерез болту метнулось высокое тело Данвольда. Одновременно с треском разлетелись закрывавшие нишу гобелены, и нож, пущенный умелой рукой, вонзился в грудь Ригонта.
– А это - тебе! За моих ребят!
Кирэна, воспользовавшись секундным замешательством своего похитителя, с воплем рванулась из рук родича Ригонта. И во время! Потому что второй кинжал Дирка со свистом прорезал воздух, острым жалом впиваясь в горло Мэйгронна и тот осел на пол, хватая ртом воздух. С рычанием вырвав из собственной плоти кинжал, он попытался взмахнуть рукой, чтобы вернуть удар, но сил уже не хватило. Кинжал выпал из ослабевших пальцев. Мейгронн ткнулся головой в лужу собственной крови и замер.
Уже потом Ренвольда поразила мысль, что Ригонт, заметив смертельный блеск кинжала, не пошевелился, не попытался уклониться. Последний из рода Гроннов стоял, опустив арбалет и прежде, чем он медленно опустился на колени, лицо его озарила удовлетворенная улыбка. Покачиваясь, Ригонт с минуту стоял на коленях, а потом рухнул лицом вниз к ногам наследного Властителя Агорраса, тяжестью своего тела вогнав кинжал в грудь по самую рукоятку.
Ренвольд перешагнул через тело Ригонта и опустился на колени перед распростертым на полу телом Данвольда. Тот был еще жив. Залитая кровью грудь судорожно вздымалась, и воздух со свистом вырывался из страшной раны.
– Вот видишь, о Великая, - прерывающимся голосом прошептал Данвольд, глядя куда-то поверх головы племянника, - оказывается, можно...переписать...страницу...
– Дядя!
Но Данвольд уже не слышал отчаянного крика Рена. Остановившиеся глаза как будто все еще видели нечто, невидимое Ренвольду. И то, что они видели в последний миг, очевидно, было прекрасным, потому что бледные губы Данвольда раздвинулись в нежной улыбке.
Стиснув зубы, Рен закрыл безжизненные глаза своего воспитателя и друга и склонил голову в прощальном поклоне.
Всхлипывающая Кирэна оказалась рядом, коснулась плеча и заглянула заплаканными глазами в печальное лицо Ренвольда.
– Рен...
Он провел рукой по полоске крови на нежной коже.
– Прости,что не уберег, малышка.
Она ткнулась лицом ему в плечо и шмыгнула носом:
– Ох, Рен!
Ренвольд тяжело вздохнул и прижал Киру к себе.
– Все будет хорошо, девочка. Теперь все будет хорошо.