Чтение онлайн

Я уже собиралась согласиться, немного раздраженно, потому что все еще была потрясена тем, что Рик заметил мое счастье, откровением, что Данте, возможно, рискует всей своей жизнью и средствами к существованию ради моей сестры, когда рев мотоцикла прорезал воздух.

Мои глаза метнулись к зеркалу заднего вида, и я увидела, как тот же самый гладкий мотоцикл обогнал старый Бьюик и снова пристроился позади меня.

Я нахмурилась.

— Эй, Данте…

Массивный черный внедорожник GMC появился из полосы справа от меня, его окна были затонированы в черный цвет, так что я не могла разглядеть водителя.

Опасение пробежало по моему позвоночнику.

— Данте, — повторила я, мое дыхание сбилось из-за адреналина, бурлящего в организме.

Я включила мощный двигатель авто и сменила полосу движения, не подавая знака.

Секундой позже мотоцикл выехал на ту же полосу.

Через мгновение после этого внедорожник выехал на полосу передо мной, визжа шинами.

— Что происходит? — потребовал Данте, его голос был жестким и настороженным.

Шум разговоров на заднем плане затих.

— Думаю, за мной следят, — глупо прошептала я, будто люди в других машинах могли меня услышать.

— Сколько их? — потребовал он, щелкнув пальцами на кого-то в комнате с ним, а затем пробормотал что-то по-итальянски, чего я не могла различить за грохотом крови в ушах. — Мне кажется, я знаю этот мотоцикл с того дня, когда мы везли тебя на предъявление обвинений.

Сидящий сзади был крупным и в шлеме, почти полностью обезличенным, но трудно было забыть детали человека, который стрелял в тебя, даже через окно машины.

— Есть еще черный внедорожник GMC.

— Адриано и Чен едут за тобой, — сказал он мне над возобновившейся какофонией на заднем плане. — Где именно ты находишься?

— На бульваре Ветеранов Корейской Войны в Арден-Хайтс. Я почти в Латуретта парке. Что мне делать? — спросила я почти умоляющим тоном, отчаянно нуждаясь в совете.

Я была адвокатом.

Больше всего экшена я испытала в своей работе, когда меня облили красной краской по дороге в суд, когда я защищала низкопробную модную компанию за жестокое обращение с животными.

Автомобильные погони были вне моей компетенции.

— Может, мне попытаться найти полицейский участок? — предположила я, судорожно начиная вводить в систему GPS.

— Нет, — приказал он, его голос был тяжелым, как увесистое одеяло на моих расшатанных нервах. — Я не доверяю копам на Стейтен-Айленде, там слишком много Коза-Ностры. Можешь попробовать от них уйти?

Справа приближался съезд. Внедорожник передо мной замедлил ход почти до ползания, а мотоцикл позади ускорился, чтобы задеть бампер моей машины. Феррари дернулся под моими руками на руле. Они пытались вытеснить меня к выходу.

Я объяснила это Данте, пока боролась за сохранение контроля над машиной, не позволяя им сбить ее.

— Елена. — его голос прозвучал в трубке, вырвав меня из тумана страха. — Ты мой боец, гладиатор. Ты не трусишь перед лицом трудностей. Не бойся. Я собираюсь поговорить с тобой об этом. В машине есть приборная камера. Фрэнки сейчас взламывает ее, и я смогу тебя сориентировать, capisci [108] ? Чен только что уехал, а Адриано уже в Бруклине. Они доберутся до тебя, как только смогут. Постарайся проехать через мост Верразано, и они встретят тебя на Белт Паркуэй.

Я кивнула, хотя он не мог видеть, глубоко вдохнула, чтобы успокоиться. Это так же, как противостоять мафиози в нашем маленьком желтом доме в Неаполе.

Это просто храбрость.

Corragio.

Я буду в порядке, потому что Данте не позволит им причинить мне вред. Даже в часе езды я знала, что он не позволит им добраться до меня.

Эта непоколебимая вера в Бога, что-то вроде того, что я чувствовала, когда была девочкой, глубоко меня успокоила.

— Va bene [109] , — согласилась я, переводя машину на заднюю передачу и запуская двигатель. — Поехали.

Феррари рванул назад так быстро, что мое тело подалось вперед.

Это произвело желаемый эффект.

Мотоцикл позади безумно вильнул, пытаясь уйти с моего пути, и был вынужден свернуть на другую полосу под шквал орущих клаксонов. Я воспользовалась этой возможностью, проскакивая через две полосы в сторону от выезда, к которому меня пытались прижать. Передо мной открылась полоса, когда дорога перешла на Драмгул Вест.

— Езжай из Ричмонда в Форест Хилл и постарайся уйти от них в парке, — инструктировал Данте под рев Феррари, пока я разгоняла спидометр с 55 MPH до 60, а затем до 65. — Не волнуйся о копах, Лена. Если понадобится, мы разберемся с ними позже. Просто веди машину.

Это было легче сказать, чем сделать. В ярком дневном свете буднего утра на Стейтен-Айленде трудно было не заметить, как мы вклиниваемся в поток машин. Гудки и грубые окрики преследовали меня, когда я проносилась мимо других машин. Я задела край Вольво. Скрепя зубах я не остановилась.

Мотоцикл все еще был позади меня, с легкостью пробираясь сквозь поток машин.

Внедорожник с трудом преодолевал отставание в полквартала.

Я не была профессиональным водителем. Единственной машиной, которой я когда-либо владела, был древний семейный Фиат в Неаполе, и хотя я всегда любила машины и вождение, даже иногда драг-рейсинг [110] с Себастьяном, с тех пор, как переехала в Америку, я мало этим увлекалась. Я не была подготовлена к этому, не совсем, но мое тело, казалось, нашло свое собственное спокойствие, наполненное адреналином. Мое зрение было четким, глаза не моргали, когда я смотрела сквозь туннель, на дорогу впереди, мои инстинкты были быстрыми, когда я резко меняла полосы движения без предупреждения.

У меня всегда было очень хорошо отточенное чувство борьбы или бегства, воспитанное годами, когда я сталкивалась с подобными ситуациями снова и снова, но это вышло на другой уровень.

Мне никогда не приходилось спасаться бегством на машине.

Шины визжали об асфальт, когда я выехала из Ричмонда на Форест Хилл, левая сторона дороги уступила место деревьям, а затем впереди показалась зелень ухоженного поля для гольфа.

Раздался резкий треск.

— Что это было? — воскликнула я, прежде чем раздался еще один выстрел.

Пуля с глухим стуком угодила в заднюю часть автомобиля. Я сильнее надавила на газ.

— Боже мой, они стреляют в меня!"

Мотоциклист четко видел меня теперь на дороге, и набирал скорость, подняв одну руку с безошибочно видимым пистолетом в руке.

Горячая металлическая тревога скопилась на кончике моего языка, когда раздался еще один выстрел и пробил заднее стекло, оно задрожало, как зубы, разбиваясь о машину. Я слегка пригнулась, задыхаясь.

— Поезжай на поле для гольфа, Елена, — приказал Данте, его голос был спокойным, ровным, приковывающим к себе мои метавшиеся мысли. — Сейчас же!