Чтение онлайн

Приход зимы мы праздновали вместе. Вдвоем в его доме на окраине города. Там было тихо, хотя немного мрачно. Олег всегда стремился сократить отвлекающие его факторы до минимума. Поэтому мебель вся была простая, хоть и очень дорогая, а цвета сдержанные, чаще серые.

С его матерью я старалась не пересекаться. Даже на работе обходила ее фигуру в бархате и брильянтах стороной. Эта женщина меня ненавидела. С ее точки зрения я была сиротой, что водит за нос богатенького мальчика, хотя за нос водили меня. В конечном итоге бедный мотылёк всё-таки подлетел слишком близко к огню.

Когда пришла зима сперва мне показалось, что тьма отступила. В сердце мне, растекаясь по жилам устремился огонь. Я была влюблена и быстро забывала обо всех разногласиях. Впервые за всю мою жизнь мне казалось, что судьба преподнесла мне подарок. Настоящий. С розовым бантом.

– Слышали вчера на спектакле у акробатки порвался страховочный трос, и она сломала обе ноги? – говорил Глеб, поедая чипсы сидя за столом в кухне. – Она попала в больницу. Диана сказала, что та больше не сможет ходить. Все. Конец карьере.

Я распахнула глаза и посмотрела на парня. Он приобнял Риту, сидящую радом, и немного встряхнул.

– А ты говоришь, что у нас работа сложная, – сказал он. – Девушка вон, считай жизни нормальной лишилась.

Рита покачала головой и вздохнула.

– А это точно? – спросила я, беря печенье из вазочки рядом. – Что девушка ходить не сможет?

Глеб усмехнулся и выпрямился.

– Конечно, Дианка же медсестра у нее, точно знает, – сказал он с видом гордого брата.

Я взглянула на Риту. Та побледнела. В детстве, когда мы жили в приюте, она часто лазала на его острую крышу и танцевала там. Мечтала стать балериной, пока однажды не съехала вниз по черепице и не сломала ногу. Очнулась в больнице со спицей в колене и запретом врача на любые нагрузки на целую жизнь вперед.

– В городе вообще в последнее время сплошные трагедии, – поспешила сказать я. – Читала, что на комбинате свиньи загрызли мужчину. Ужас.

– Да, да, – оживился Глеб. – Он вроде был еще жив, когда его нашли. А слышали, что было вчера в автобусе? – Мы с Ритой отрицательно покачали головой. – Там какая-то женщина бросилась прям под колеса и водителю пришлось резко затормозить. В автобус въехало три машины. Смертей нет, но пострадало пятнадцать человек. – Глеб повел бровью и взял еще чипсов. – Вообще Дианка говорит, что больница переполнена. Проклятая зима. Вечно какие-то форсмажоры.

Чайник закипел, и я разлила кипяток по чашкам. Белые нам с Ритой. Красная Глеба. Он сам ее купил. Яркая. Специально чтобы мы точно знали – она его.

– А давайте в выходные сходим в кино? – предложила Рита.

– Я не могу, – ответила я, подув на свой чай. – У меня работа.

– Олег тебя загонял, – фыркнула девушка.
– Такое чувство, что ты только и делаешь, что работаешь.

– Знаешь же, что у нас в отделе завал.

– Знаю, – вздохнула она.

– Тогда сходим вдвоем, – улыбнулся Глеб и чмокнул ее в щеку.

Рита кивнула.

– Вот, соглашаешься, – улыбнулся он. – Может и выйти за меня замуж согласишься?

Рита засмеялась, отрицательно мотая головой. Глеб обиженно нахмурился.

– А вот Аня бы могла взять фамилию Олега, – задумчиво протянула Рита. – Или не согласишься?

Я пожала плечами.

– Не знаю. В целом я бы хотела. К тому же его фамилия открывает все двери.

– Это правильно, – кивнула мне подруга и взглянула на парня. – А вот я бы не стала брать фамилию мужа.

– Почему это? – удивился Глеб.

– Потому что, как и сказала Аня фамилию нужно брать если она открывает все двери, а не если гарантирует то, что меня отпирают за гаражами.

Глеб с улыбкой покачал головой.

На улице стоял гул. Даже сквозь закрытое окно до меня доносились звонкие голоса певиц, расхаживающих с гитарами у магазинчиков и кафешек. Всем было будто плевать, что сейчас четверг и мороз. Люди веселились, пили и не думали о кошмарах завтрашнего дня.

Я отпила чая и откусила печенья. Сразу стало как-то не по себе. Вкус сладкого кунжута показался мне отвратительным, но было терпимо и я проглотила. Быстро поняла, что это ошибка. В горло мне устремился огонь. Привкус меди и ржавчины оставался на языке, когда я поставила чашку на стол и зажмурилась, пытаясь совладать с тошнотой.

Тошнота.

Наверное, так плохо мне не было никогда в жизни.

Распахнув глаза, я поняла, что так просто не отделаюсь. Мне стошнит прямо сейчас от этого мерзкого привкуса на языке. Живот скрутило в ту же секунду. Я как в бреду бросилась в туалет под удивленные взгляды друзей.

Сидя на коврике между ванной и унитазом, я прикоснулась головой к прохладной керамике раковины. Во рту все еще стоял омерзительный вкус кунжута. Горло, казалось, рассекли ножом, так оно горело. Я вытерла губы рукавом домашней кофты и подняла взгляд. Надомной стояли взволнованные Глеб с Ритой.

– Ты как? – спросили они в унисон с таким видом, будто сейчас умрут от разрыва сердца.

– Печенье не пошло, – сказала я, поднимаясь и тут же замерла.

Меня снова замутило.

– Я же его ела утром, нормальное было, – сказала Рита. – Ты же его всегда любила.

Я кое как выпрямилась, поборов тошноту и взглянула на подругу. По ее лицу скользнула странная эмоция и я тут же прочитала ответ в ее глазах. В них отразилась моя догадка.

– Нет Рита, – отмахнулась я, выходя из ванной. – Даже не произноси это вслух.

– Раз мы с тобой подумали об одном и том же, значит что-то есть, – сказала она, остановив меня возле двери в мою комнату. – Хочешь я в аптеку схожу? Ты такая бледная. Нужно все исключить.

– Я просто отравилась, – сказала я.

– А если нет?

– Рита…

– Так о чем вы? – не выдержал Глеб стоящий все это время рядом.

Я взглянула на его растерянное лицо.

– Рита думает, что я беременна.

Парень с ужасом отшатнулся, будто я ему сказала, что больна чумой.

– От Олега? – выдохнул он. – Тебя же изживут из города если так. – Я непонимающе мотнула головой. – Ты что, Аня, мало того, что это скандал, так еще и его мать… Все в «Альбатросе» знают, что она тебя ненавидит, а если узнает, что ты беременна… Того и гляди мы с Ритой у тебя на похоронах окажемся раньше времени.

– Не так уж она меня и ненавидит раз Олегу плевать на ее мысли, – сказала я. – И я не беременна. Все.

Я закрыла дверь прямо перед их носом.

В глубине души я терзалась одними догадками с Ритой, но все равно продолжала надеяться, что мне полегчает и все закончится благополучно. Однако, когда наступила суббота я поняла, что с моим организмом что-то не так. Выяснилось, что еда, которая раньше была моей любимой теперь вызывала во мне отвращение. Меня тошнило минимум пару раз за день, а если я случайно съедала что-то непроверенное, то и того чаще. Это был кошмар. В конечном итоге я сдалась и сделала тест. Результат был неутешительным.