Чтение онлайн

– Но наверняка… наверняка вы поймете вашу ошибку и освободите его, – сбивчиво произнесла Джорджина.

– Все указывает на него.

Кейт провела руками по волосам и снова ощутила запах дыма.

Андерсон скрестил руки на груди:

– Вы были там в тот вечер, миссис Хэтеуэй?

– Говорю же вам, не была.

Голос Джорджины дрогнул.

И тут взгляды всех, кто находился в гостиной, обратились к входу. В комнату вошел высокий худощавый мужчина и кашлянул.

– Вынужден вмешаться, – сказал Рэндольф. – Я не ошибаюсь и не лгу. – Он посмотрел на Джорджину. – Я готов свидетельствовать в суде, что отвез вас в дом миссис Майклс в тот вечер, когда она была убита.

Джорджина вскочила, ее глаза засверкали.

– Да как ты смеешь! Ты забыл свое место.

– Нет. Мое место здесь. В этой комнате. Чтобы сказать правду.

Кейт не спускала глаз с Джорджины. А та побелела, краешки ее ноздрей запылали.

– Я этого не потерплю, Рэндольф. Ты уволен. Немедленно убирайся.

Рэндольф покачал головой:

– Увольняйте меня. Мне все равно. Вам известно, что я не лгу. Я отвез вас туда в тот вечер. В доме вы пробыли около часа. Я вас ждал. – Рэндольф обвел взглядом всех присутствующих. – Что бы то ни было, я буду защищать Саймона Инглиша. Он хороший человек, и он никогда не сделал мне ничего дурного.

Андерсон негромко проговорил:

– Будет лучше, если вы признаетесь здесь и сейчас, миссис Хэтеуэй. Правда, так или иначе, будет доказана. У меня с собой ордер. – Он вытащил из кармана бумагу. – Ордер на обыск вашего дома и вашей машины. Скажите, мы обнаружим следы крови миссис Майклс на коже сидений или на ковриках?

Лицо Джорджины покрылось багровыми пятнами. Она подошла к камину, положила руку на каминную полку и опустила голову. Она простояла минуту, не говоря ни слова. Наконец она испустила вздох и повернулась к камину спиной:

– Я была там…

Кейт не могла осознать, о чем говорит Джорджина. Она раскрыла рот, но Джорджина продолжала:

– Но все это – ужасное недоразумение…

– Это была ты!

Кейт прижала ладонь к губам, в ужасе глядя на Джорджину.

– Джорджина, что ты говоришь? – вымолвил потрясенный Харрисон.

Андерсон поднял руку, чтобы призвать всех к молчанию.

Джорджина прищурилась:

– Лили позвонила мне в тот вечер. Сказала, что ей нужно срочно со мной увидеться. У нее был такой расстроенный голос, что я сразу поехала к ней. – Она провела по волосам дрожащей рукой. – Лили рассказала мне о вашей ссоре, – добавила она, посмотрев на Харрисона. – Сказала, что призналась тебе в том, что забеременела в ту пору, когда вы были помолвлены. Но вот только она не сказала тебе, что отцом этого ребенка был мой Бишоп.

Кейт стало дурно. Бишоп? Отец Селби и ее мать переспали?

– О чем ты? – прогремел голос Харрисона. – У них с Бишопом был роман?

– Она сказала, что это случилось один раз. Когда ты еще был в Стэнфорде. Палмер тогда был совсем маленький. Они вместе ходили на вечеринку. – Голос Джорджины стал злобным. – Мы должны были пойти туда все вместе, но Палмер вдруг заболел. И я сказала Бишопу, чтобы он шел без меня. Какая же я была дура. И он переспал с Лили. Я-то думала, что она моя подруга. Моя лучшая подруга. Ха!

Харрисон мертвенно побледнел:

– А Бишоп о ребенке знал?

Джорджина покачала головой:

– Нет. Видимо, Лили ему ничего не говорила об этом. Они обманули нас обоих, Харрисон.

– Что произошло в тот вечер? – нетерпеливо спросила Кейт. – Что ты сделала с моей мамой?

– Когда она мне сказала, что переспала с моим мужем, я вспылила. И не имеет значения, что произошло много лет назад. Она была моей лучшей подругой. Как она могла так поступить со мной? Как могла лгать мне столько лет, предать меня и делать вид, что все нормально? Я просто с ума сошла от гнева. Я толкнула ее. Она упала на спину и ударилась головой о журнальный столик. Она перестала дышать. И было столько крови… Я поняла, что она мертва. О Боже… простите меня. – Она начала плакать, молитвенно сложила руки, все ее тело сотрясалось от рыданий. – Мне стало страшно… И я подумала… Если это будет похоже на ограбление… Не знаю… Вот тогда я забрала браслет. Разбила стекло в окне. А потом взяла разделитель с книжной полки и ударила ее по голове. О господи, мне так жаль. Мне так жаль. Я не хотела убивать ее. Это вышло случайно. Я не хотела!

У Джорджины началась истерика.

Кейт согнулась в поясе, пытаясь отдышаться. Джорджина убила ее мать? Образ Джорджины, бьющей Лили по голове, вспыхнул в ее сознании.

– Как ты могла?

Она вскочила с дивана, схватила Джорджину за плечи и начала трясти. Но чьи-то руки оттащили ее назад. Кейт закрыла лицо руками, заливаясь слезами.

Детектив Андерсон взял свое пальто со спинки стула:

– Прошу вас пройти со мной, миссис Хэтеуэй.

Блер готовилась к возвращению в Нью-Йорк. Несмотря на все старания Андерсона и заявления Кейт, детективу не удалось собрать достаточно доказательств для ее ареста. Блер все отрицала и говорила, что Кейт все это выдумала. Саймон все еще находился в тюрьме в день отъезда Блер, но наутро она узнала из выпуска новостей, что его отпустили. Он и вправду оказался невиновен. Ну, по крайней мере, не виновен в убийстве Лили. Между тем о содеянном Блер не сожалела. В конце концов, Саймон изменял Кейт. И самое главное – именно Саймон стал причиной того, что пятнадцать лет назад Блер разлучилась с Лили. Саймон был в ответе за то, что Блер лишилась единственной настоящей матери, какая у нее была. И за это не существовало достаточно жестокого наказания.

Кейт на звонки Блер не отвечала, но, к изумлению Блер, в гостинице ее ждала записка от Харрисона. Он просил ее встретиться с ним в Балтиморе, в кафе «Кофе и чай», следующим утром. Когда Блер приехала, он уже был там. Блер попросила порцию латте и села за угловой столик напротив отца Кейт.

– Привет, – произнесла Блер осторожно, не зная, чего ожидать.

Харрисон кивнул.

– Блер, – сказал он. – Я пригласил тебя из уважения к Лили. Если бы дело касалось только меня, я бы ни за что не увиделся с тобой после того, что ты натворила…

Блер медленно мешала кофе в чашке и ждала продолжения.

– Не буду ходить вокруг да около. Я узнал, кто твой отец.

Сердце у Блер забилось чуть быстрее. Неужели у нее все же остался шанс обрести кровного родственника? Она наклонилась к столику и тихо спросила:

– Кто?

Пристально глядя на нее, Харрисон ответил:

– Бишоп Хэтеуэй.

Блер часто заморгала. Ответ Харрисона она не сразу осознала.

– Что? Отец Селби? – Сердце у нее екнуло, когда она поняла, что это значит. – То есть… мы с Селби – сестры?

– Боюсь, что так.

Блер, совершенно ошеломленная, прижалась к спинке стула. Мысли у нее бешено метались. Она пыталась представить себе Бишопа. Видела она его за все время всего несколько раз, но запомнила высокого обаятельного брюнета спортивного телосложения.

– Вы уверены? – спросила Блер.

И тогда Харрисон рассказал ей все, что знал. Рассказал, как Джорджина убила Лили в припадке ревности – так квалифицировала ее поведение полиция. Сама Джорджина утверждала, что это был несчастный случай, что она внезапно узнала о тайне, которую ее лучшая подруга и муж скрывали от нее почти сорок лет. Ну нет… Какой же это несчастный случай? Блер очень надеялась, что Джорджина получит пожизненный срок. Ирония судьбы. Селби – женщина, которую Блер ненавидела больше всех на свете, – оказалась связана с ней кровными узами. Но голос крови не всегда надо было слушать. Они никогда и ни за что не станут сестрами.