Чтение онлайн

— Что думаете делать Егоров?

— Генерал Ерин, поднял по тревоге батальон спецназа Внутренних Войск в Ставрополе и отдал приказ прибыть на место происшествия.

Грачев подобрался и рубанул шашкой:

— А что тут думать, надо перебросить десантников и брать штурмом пока они в эйфории от успеха!

— У тебя десантники обучены штурмовать больницы полные больными, врачами и заложниками? — удивленно спросил Примаков.

— Террористов, около двухсот человек, вооружённых автоматами, пулеметами и ручными гранатометами, заложников полторы тысячи, командует, вероятно Басаев Шамиль, прошлогодний угонщик самолета в Турцию, но не факт, — уточнил я.

Запишите, Евгений Максимович, еще несколько фамилий, надо этих фигурантов ликвидировать пока бед не натворили: Салман Радуев, Зелимхан Яндарбиев, Аслан Масхадов, — мочите их хоть в сортире, хоть в спальне.

— Откуда? — вскинулся Примаков.

— Оттуда!

— А да, ну да…. А почему тогда….

— Патамушта! — прервал я Примакова, — потом, все потом.

Грачев и Егоров непонимающе переводили взгляд с Примакова на меня.

— Вы так не смотрите, это у нас с Евгением Максимовичем такая пикировка, неудачная, — предупредил я возможные вопросы, — лучше думайте, что дальше делать будем.

— Надо пригласить террористов на переговоры, понять их цель, какие они выдвинут требования, отсюда и плясать, — первым отозвался Егоров.

— Я не думаю, что нужно вести какие-либо переговоры, надо штурмовать как можно быстрее, — продолжал настаивать Грачев.

Примаков молча слушал, внимательно поглядывая на меня, ожидая окончательного вердикта.

Я задумчиво побарабанил пальцами по столешнице, время утекает стремительно, если бандиты будут действовать по такому же сценарию, то как только вступим в переговоры будем на позиции догоняющего и соглашающегося, шажок за шагом уступая позиции.

— Штурмовать будем, но не так как предлагает Павел Сергеевич, атаки десантных батальонов на укрепленные пункты давно в прошлом. Слушайте сюда, — принял я решение. — Через командира авиаполка полка доведите до всех мой приказ, с террористами любые переговоры запрещаю. Руководить операцией буду лично.

— Суханов, — раненным бизоном взревел я.

Ерин вздрогнул от неожиданности.

— Слушаю, Борис Николаевич, — отозвался проявившийся как "трое из ларца" помощник.

— Срочно, через час, борт ноль один на вылет в Буденновск, освободить полосу, обеспечить посадку борта.

— Грачев, на вас оцепление, подумайте кого привлечь, но через шесть часов Больница должна быть окружена по всему периметру и чтобы ни одна тварь не смогла выбраться, головой отвечаешь!

— Есть, подтянулся Грачев.

— Ты смотри, не вздумай патрулями на перекрестках обойтись, — я придавил взглядом Грачева, — только укрепленные блок посты, с окопанной бронетехникой, на всех возможных маршрутах прорыва. Все снайперские группы с курсов "Выстрел" со всей техникой и вооружением туда, на сдачу выпускного экзамена. Всю бронетехнику обложить мешками с песком. Назначьте начальника штаба операции, всех силовиков подчинить ему. Командование должно быть единым. Телефоны во всей больнице отключить. Развернуть батальон радиоэлектронной борьбы, заглушить все частоты.

— Простите, — перебил меня Грачев, — а как руководить операцией без связи?

— Паша, ты меня не зли! Мне сейчас главное бандитов без связи оставить, а ты и проводами обойдешься. Успеешь — разверни релейную станцию или космическую. Решение на операцию предоставить мне на утверждение к восемнадцати часам сегодня. Штурм в час ночи, без всяких там ура и в атаку, ползком. И на крышу тоже выбросить десант с вертолетов, только будьте готовы причесать ее из пулеметов, вдруг какой умник найдется с гранатометом. В воздухе постоянно держать два вертолета, пусть крутятся в пределах прямой видимости, отвлекают внимание. Электричество во всем Буденновске отключить. Все приборы ночного видения, которые найдете — доставьте на место.

— Евгений Максимович, вместе с Егоровым изыскать все резервы, но каждый боец группы альфа и спецназа МВД должен быть упакован в бронежилеты высшего класса защиты, обеспечить их титановыми ростовыми щитами, не пробиваемыми в упор из автомата, позвоните Пулину, вам их в Питере наштампуют сотню штук за пару часов.

— Так не утащить такой щит, он килограмм семьдесят выйдет, еще ведь оружие, бронежилет килограмм пятнадцать, — заулыбался Грачев, снисходительно смотря на меня, как на недоумка.

— Улыбчивый ты мой, — рассвирепел я, — может тебя по больничному коридору, прошиваемому насквозь огнем прогнать, возглавить атаку, понимашь, прикрываясь автоматом! Мне пох, не смогут поднять, пусть на колесиках катят. Жить захотят, не так еще раскорячатся! Парами пусть работают — один щит переставляет, подпорки ему сделайте что ли, второй террористов отстреливает через бойницу.

Грачев непонимающе смотрел на меня, что мол, взъелся, вроде ничего такого крамольного не сказал. Но я, вооруженный запоздавшим после знанием о неудавшихся штурмах, не успокаивался:

— Я повторяю, там полторы тысячи человек заложников, если идти в атаку как положено, с огневым подавлением, там одни трупы будут. Так, что стрелять только прицельно, одиночными, укрываясь за щитами. Залейте больницу "Черемухой", "Хлорпикрином", да хоть нашатырем я не думаю, что бандиты противогазами озаботились!

Заложников потравим, Борис Николаевич, — впечатлился моими задумками Егоров, — может переговоры организовать, узнать их требования….

— Ты с кем переговариваться собрался Егоров? С террористами? Шаг за шагом, сдавая позиции, выполняя их требования за освобождение одного-двух человек? Так и Родину продашь — не заметишь! Заложники для них живой щит. Террористы будут прикрываться ими до последнего, угрожая убийством. Надо разработать подробный план операции и создать такую плотность и масштабность противодействия любым их возможным телодвижениям, чтобы у бандитов не осталось времени на оценку обстановки и принятие решения. Довести до всех, во время штурма, если будет хоть малейшая опасность для заложников и бойцов спецподразделений, противника в плен не брать, жизнью людей не рисковать! А снайперы курсов "Выстрел", пусть каждое окно персонально выцеливают, каждому нарезать зону ответственности!

Я запнулся, обдумывая мысль пришедшую в голову.

"Ох не будет тебе спокойной жизни Борис", — сам себе попенял я и решился:

— Евгений Максимович, — я посмотрел на Примакова, — обеспечьте мне главного ветеринара Москвы, как можно быстрее.

По виду Примакова было видно, что его так и подмывает спросить — для чего мне ветеринар, но я прекратил прения, не дав задать вопрос, — все, встретимся в Буденновске!

Не успели силовики выйти из комнаты отдыха, как заглянул Суханов:

— Борис Николаевич, с коммутатора докладывают, на телефоне Дудаев ждет, очень настоятельно желает с Вами переговорить. Говорит, вы знаете о чем.

"Значит не твоя это инициатива Басаев, видно, чьи уши торчат".

— Хорошо, давайте соединяйте настоятельного, — согласно кивнул я Суханову.

Резко зазвонил прямой телефон Кремлевского коммутатора.

— Да, слушаю Ельцин, — брезгливо бросил я в трубку.

— Наконец-то вы снизошли с Олимпа, господин Президент, соизволили хоть по телефону поговорить! — ерничая начал разговор Дудаев.