Чтение онлайн

Дождавшись тишины я открыл церемонию награждения:

— Здравствуйте дорогие мои, — голос предательски дрогнул, — я рад видеть вас здесь в Кремле, я горд тем, что мне выпала честь вручить заслуженные вами награды! Награды за мужество и отвагу, подвиг и героизм на поле боя.

Я скорблю вместе с родителями потерявших своих сыновей, с женами и детьми потерявшими мужей и отцов. Родина не забудет своих героев. На Воробьевых горах уже заложен монумент славы, на первой плите которого высечены имена павших в бою Героев России.

Отдадим дань памяти погибшим минутой молчания.

Все присутствующие дружно поднялись и замерли в торжественном молчании под звук метронома.

Выждав положенную паузу я продолжил:

— Говорят, что подвиг и героизм это всегда чья-то ошибка или предательство. Может быть в какой-то мере это и так, но это не умаляет величие подвига. Вы, здесь собравшиеся, соль и кровь Российской земли. Низкий вам поклон. Вчера я подписал принятый Государственной Думой новый Закон о статусе орденов и медалей России.

Я взял в руки золотую медаль Героя России и держа перед собой проникновенно произнес: — Эта медаль символ народного признания и почета. Героям России живым и мертвым честь и слава! Родители и семьи героев получат квартиры по выбору в любом городе страны и достойные государственные пенсии по потере кормильца, дети будут иметь право на бесплатное образование в любом высшем учебном заведении страны. Это лишь малая толика, того чем Родина может вас отблагодарить.

Приступим.

Напротив трибуны, в дальнем конце зала распахнулись ворота и в помещение торжественным, строевым шагом, в колонну по два зашли солдаты президентского полка. В правой полусогнутой руке у каждого находилась обтянутая красным бархатом шкатулка с звездой Героя России и удостоверением.

Промаршировав до трибуны солдаты повернули направо и построились в две шеренги слева от меня.

Я нашел взглядом Светлану смотрящую на меня во все глаза.

"Здравствуй моя родная, вот и свиделись".

— За проявленное мужество при штурме президентского дворца в Грозном, беспримерный героизм проявленный в бою, прикрывая отход товарищей, посмертно, званием Героя России награждается подполковник Пожинаев Владимир Михайлович.

Я ободряюще кивнул.

Женщина торопливо вытерла платком заплаканное лицо, встала и пошла к трибуне.

Не отрывая от нее взгляда я вышел навстречу. Одновременно из строя промаршировал солдат с наградой и остановился по левую руку. Не глядя, я взял шкатулку с наградой, бережно пожал руку женщины и сглотнув застрявший в горле тугой комок произнес:

— Благодарю, простите, что не уберег. Чем могу, — не отпуская руки я проводил Светлану, дождался пока она усядется на место и вернулся к трибуне.

"Вот и еще одна порушенная жизнь, как-бы своя собственная, хоть и чужая здесь".

— За подвиг….

***

Прошел год, после неудачного штурма президентского дворца в Грозном.

Зажатая частоколом застав и блокпостов республика выживала как могла под контролем делящих остатки ресурсов бандитов.

Всеми правдами и неправдами жители отдельных сел, в первую очередь равнинной Чечни создавали отряды самообороны и вытесняли непримиримых боевиков из населенных пунктов, слали делегации в штаб антитеррористической операции с петициями о вхождении в состав России.

Офицеры и прапорщики, контрактники рядового и сержантского состава ротационным методом сменяли друг друга, накапливая бесценный боевой опыт.

Мирная жизнь в приграничных областях понемногу налаживалась. Владикавказ уже считался тылом и группа офицеров выбралась на природу развеяться от трудов тяжких и отдохнуть душой.

Подполковник Соколов вышел из проходной КПП штаба армиии уселся в уазик.

— Далеко едем? — поинтересовался комбат у водителя.

— Три пальца по карте, километров с полста отсюда. Сейчас выедем на военно-грузинскую дорогу, свернем на Джейрах и на бережок Терека.

Суровые, горы тесно обступили военно-грузинскую дорогу, острые вершины насквозь протыкали нависшие тучи. В просвет облаков проскальзывали лучи солнца, и как прожектором освещали землю. Вся суровость природы как бы растворялась и таяла в этих лучах.

Компанию командирскому уазику составила госпитальная буханка. Бригада отдыхающих ехала в две машины, куцей колонной. Повернув на перекрестке с трассой на Джейрах, колонна тут же свернула налево на проселок и протрясясь еще километра три выехала на берег к истоку Терека. Сотни ручьев сливались здесь воедино, образуя знаменитую на весь Кавказ горную реку. Он здесь не широк, метров пятьдесят-сто, в пойме реки десятки островов, прозрачная горная вода, быстрое течение, буйная растительность. Изумительная природа Северного Кавказа. Вот где рай для рыбы, дикой птицы и браконьеров, ну и для любителей отдохнуть тоже.

Машины остановились рядом с небольшой полянкой. Народ споро выгрузился и каждый озаботился делом по вкусу. Одни начали выгружать продукты, кто-то пошел за валежником, кто потащил водку в сетке топить в Тереке, другие стали помогать накрывать поляну.

Оставшийся не у дел Соколов, подтянув поближе автомат на всякий случай, присел на бревнышко возле костра и огляделся. Пока собирались да выдвигались уже и день к вечеру.

Первый, по настоящему весенний день, радовал теплом. Вода парит, в тени кустов еще лежит снег. Легкий ветерок шелестит в ветвях ивняка, рябит гладь воды, подталкивая к берегу плывущий мусор. Чуть слышным всплеском отдает в заводях играющая рыба. Потрескивает разожженный костер, искры облаком взметываются вверх.

Нетерпеливый Серега Князев — комбат два, ворошит его палкой, горя желанием приступить к приготовлению шашлыка. Ротные Витька Кудинов с Саней Кропотиным насаживают мясо на шампуры. Рядом постукивает топором командир первого взвода старший лейтенант Володя Шмелев, — пытается обстругать какой то чурбачок.

Все молчат, проникнувшись моментом. Умиротворение тихо опускается на душу. Все вместе, но как будто каждый на своем острове. В своем выдуманном мире, думают о чем то личном.

Водка дошла до кондиции, на плащ-палатке порезаны домашний хлеб и помидоры, соленые огурчики выложены на расстеленную газету. На импровизированном столе скромные дары земли Российской. Каждый припер что мог. Кто лечо, кто горлодер с хреном. Зеленый лук с головками импровизированно выложен пучками по кругу, рядом в банке соль крупного помола. Вскрытые банки с сайрой и сельдью, оцинкованная трехлитровая банка маринованных помидоров из офицерского пайка.

Наконец дрова прогорели, угли пылают ярким, ровным цветом. Лицо Князева красное как кирпич от закатного солнца и жара костра. Взяв нанизанные шампуры, Серега аккуратно выкладывает их на кирпичи стоящие ребром над углями, и неторопливо вращает. Капли специй и рассола с шипением капают на угли, откуда поднимается обалденный запах. Мясо сперва закипев по краям, начинает темнеть, румяниться. В то же время водочка уже разлита по стаканам и народ для гулянки собран. Солдатские кружки стоят в один ряд, Шмелев ловко плеснул в каждую по три булька.