Чтение онлайн

– По возвращении мы отдадим распоряжение провести здесь поминальную службу, - Шэнли не желал задерживаться здесь более ни на миг. Даже красоты Трехглавого водопада больше не влекли принца, - а также прикажем, чтобы собрали все кости и похоронили достойно, чтобы упокоить несчастных.

***

– И как тебя зовут на самом деле? – Шэнли отпил чаю. Где-то внутри время от времени порой возобновлялся холодный озноб, напоминавшая о пережитом страхе. Однако руки уже не дрожали.

– Чжу Юйсан, Ваше Высочество. Я готов дать Небесную Клятву в том, что это действительно мое имя, и что я – из рода Чжу из Цзянли.

Шэнли качнул головой. Нет, Небесная Клятва – слишком серьезно для такого случая. Но если готовность поклясться высказана искренне, а похоже, именно так и есть, то это говорит в пользу того, что Чжу Юйсан действительно не лжет.

– Если ты солгал – то помни, что ты солгал сыну императора в присутствии двух свидетелей.

В шатре, помимо принца и Чжу Юйсана, находились Хао Вэньянь и Со Ливей. Шэнли рассудил, что эти двое должны знать все обстоятельства. Племянника дамы Со, ближайшей помощницы матери, Шэнли относил к числу тех, кому можно было довериться.

– Я не посмел бы, Ваше Высочество.

Шэнли нахмурился и переглянулся с Хао Вэньянем.

– То, что ты говорил в храме принцессы Линлинь, о желании стать судьей – тоже правда?

– Да, Ваше Высочество. Я надеюсь, что смогу быть справедливым и беспристрастным судьей.

– Но ты заклинаешь духов, - Шэнли не оставлял попыток разъяснить для себя все, что только возможно о способностях Чжу Юйсана.

– Обнаружив у меня дар, почтенные родичи сочли за благо найти наставника, который обучил меня некоторым приемам и практикам. Однако истинным своим призванием я считаю службу судьи, - Чжу Юйсан, до сих пор отвечавший склонившись в земном поклоне, все-таки поднял голову, чтобы взглянуть на принца. Совсем ненадолго. На пару мгновений.

Шэнли в раздумчивости потер висок и переглянулся с Со Ливеем. Тот коротко пожал плечами. Все казалось вполне достоверным. Правда, насколько возможно занятие места судьи способному заклинать? Нет ли каких-то запретов для этого? Об этом он обязательно поинтересуется у наставника Ли.

– Моя госпожа матушка знала о твоих особых способностях?

Чжу Юйсан заметно медлит с ответом, и это замешательство лучше всяких слов говорит Шэнли, что его догадка на поле костей была верна – мать знала обо всем.

– Да, Ваше Высочество. Прошу простить за умолчание об этом, сиятельная государыня не желала привлекать внимание…

Шэнли кратким жестом оборвал оправдания Чжу Юйсана.

– Я ни в чем не обвиняю тебя. Ты всего лишь не смел ослушаться приказа моей матери.

А вот с матерью по возвращении ему предстоит неприятная беседа. Шэнли привык к тому, что у них нет секретов друг от друга. И вдруг обнаружил такой сюрприз. Да, понятное дело, что мать не хотела привлекать внимание к талантам Чжу Юйсана, но Шэнли-то можно было сказать! Однако теперь дар молодого Чжу – сорочья тайна. Слишком много людей видело, как он усмиряет костяное поле. Шэнли задумался. А почему бы и нет? Весьма небесполезно иметь в своей свите заклинателя, особенно когда это не заросший бородой старец, а недурно воспитанный молодой господин. Вероятно, с карьерой судьи Чжу Юйсану придется повременить…

Шэнли переглянулся с Хао Вэньянем, который, хмурясь, рассматривал Чжу Юйсана так, словно впервые его увидел. Возможно, то необъяснимое недоверие, которое молочный брат питал к молодому Чжу, объяснялось тем, что Хао Вэньянь подспудно чувствовал, что тот нечто скрывает? Изменится ли это теперь? Шэнли хотелось бы, чтобы в его свите не было распрей.

– Я желаю, чтобы ты и далее оставался в моей свите, - голос принца звучал легко и благожелательно, - но не смей никогда лгать мне.

Он уже был готов к тому, что Чжу Юйсан начнет заверять, что никогда не осмелится произнести ни слова лжи, но заклинатель лишь поклонился еще ниже:

– Выражаю благодарность Вашему Высочеству. Располагайте мною.

– И все же, что это было? – нарушил молчание Хао Вэньянь, - там, в поле. Действительно когда-то была битва?

– Да. Очень давно.

– Больше тысячи лет назад, судя по оружию, которое показалось из земли, - Со Ливей покачал головой, - я видел похожий меч в храме принятия обетов в старой столице. Настоятель утверждал, что он едва ли не времен Яшмовой Ганьдэ.

– Но почему все пришло в беспокойство именно сейчас? – Хао Вэньяня, кажется, ничуть не волновало происхождение и древность выброшенного землей оружия.

– Не знаю, - Чжу Юйсан покачал головой, - я лишь старался успокоить духов и не обращал внимания на прочее.

Хао Вэньянь метнул на него взгляд, в котором явственно читалось «а не ты ли в этом виновен», но от прямых обвинений воздержался. Похоже, он не спешил отбрасывать недоверие к Чжу Юйсану.

Принц решил, что пока не станет в это вмешиваться. В конце концов, кто-то должен сохранять осторожность и не спешить открывать двери. И Хао Вэньяня легко оправдать тем, что он просто выполняет свой долг.

Сейчас, когда пережитый страх отступал, Шэнли чувствовал интерес. В самом деле, что там случилось?

– Если бы у тебя было больше времени – ты смог бы понять, что,.. – принц задумался, подбирая подходящее на его взгляд слово, - что пробудило поле?

Чжу Юйсан, помедлив, словно прислушивался к чему-то, кивнул. Шэнли взял из рук Со Ливея чашу со свежим чаем.

– Значит, когда будем возвращаться из Яньци, снова посетим его.

Будь на то только воля принца, они бы не стали ожидать так долго. Но близилась встреча с генералом Линем, и наставник Ли просто изведет нравоучениями вперемешку с сетованиями на свою неспособность справиться с наставлением Его Высочества, если они хоть немного опоздают. В отроческие годы Шэнли не отказывал себе в удовольствии поизводить наставника. Но сейчас это уже казалось недостойным. Слишком ребяческим.

Этот человек напоминал полубезумного бродягу. Худой, в истрепанных пропыленных одеждах, с блуждающим диким взглядом и, кажется, не слишком понимающий обращенную к нему речь. Несомненно, не потерять окончательно человеческий облик и куда-то идти он мог только благодаря своей спутнице – такой же покрытой пылью с ног до головы, в таком же поношенном платье, изначальный цвет которого едва можно было угадать.

Платок, которым женщина оборачивала голову и лицо, чтобы уберечь их от солнца, сейчас был размотан, и Линь Яолян мог как следует ее рассмотреть. Совсем еще молодая. Не похожая на простую крестьянку ни лицом, ни манерами – как и его спутник, в котором даже в этом жалком состоянии можно было угадать того, кто не гнул спину с мотыгой в полях. И миловидная. Слишком молодая и миловидная для того, чтобы скитаться по дорогам с полупомешанным.

– Из Данцзе… - задумчиво повторил Линь Яолян, выгадывая время на раздумья.

– Да, благородный господин. Из Лацзы, - женщина и в самом деле говорила плавно, чуть растягивая слоги, как все уроженцы западных провинций.

– И как же вышло так, что вы оказались в Милине, а оттуда забрели в Цзиньянь?

Женщина оглянулась на тревожно озирающегося слепым взглядом спутника. Опустила голову ниже. Скромно, но без излишнего подобострастия. Что-то было в ее манерах, подтверждавшее подозрения о том, что она не простая крестьянка.