Чтение онлайн

Миллер снизала плечами:

— Трудно сделать определенный вывод. Неглуп, приятный мужчина, но оценить его как контрразведчика я не могу.

— Между прочим, Густав говорил, что он вполне может быть английским резидентом.

— У Густава были подозрения?

— Нет. Просто он не верит французам.

— А вы верите?

— Таким, как Ганидек, — да, — решительно произнес Ваден. — Если нам придется оставить Францию, он уйдет вместе с нами. Его здесь повесят, как работавшего на немцев.

— А скажите, Курт, кузен не допускал, что агентура, которую они взяли, — дубль?

— Он предполагал и такой вариант. Но когда взяли радиста, передатчик в Париже замолчал. Если бы эта группа была дублирующей, должен был быть еще один радист.

— Но не обязательно в Париже, — размышляла Эльза. — В других городах Франции передатчики работают?

— Да. И, к нашему стыду, не один, а десятки.

— Так почему среди них не могут быть один или несколько передатчиков резидента?

— Эльза, — улыбнулся Ваден, — вы неплохо разбираетесь в этом деле. Возьмитесь за поиск резидента, а я помогу вам.

— Нет, нет, — замахала руками Эльза. — Курт, мне только такого трудного задания не хватает здесь, вы, наверное, имеете довольно слабое представление о моей службе. Дай Бог мне справиться со своими делами.

— Нейталь особенно не утруждал себя службой, — с иронией произнес Ваден. — У него хватало свободного времени на все: женщины, кутежи с капитаном Ганидеком и прочее… Но беда еще и в том, что вся его служба занималась тем же, чем и командир.

— Ничего, я наведу порядок. Мой заместитель Гардекопф душу из них вытрясет. Ну, а с майором придется расстаться.

— И немедленно. Из-за него вы можете попасть в неприятную историю… — казалось, Ваден что-то недоговаривает. Помолчав, он добавил: — Для того чтобы вести такой образ жизни, какой Нейталь вел до вашего приезда, нужна куча денег. Возникает вопрос: где брал деньги Нейталь?

— Вы подозреваете, что он отправлял в рейх не все ценности, изъятые у солдат и офицеров? — тут же сообразила Миллер.

— Не могу утверждать этого, но…

— Вы не знаете постоянных собутыльников Нейталя?

— Кроме капитана Ганидека, постоянных у него нет.

— У меня складывается мнение, что здесь не ведется борьба с пьянством среди офицеров.

— Борьба ведется, — возразил Ваден, — но у Нейталя не было во Франции начальства, а сами понимаете, связываться с ним ни у кого особого желания не было. Все-таки майор абвера, служба у него такая, что может навести тень на любого.

— А он делал это? — осторожно поинтересовалась Миллер.

— По моим данным, да.

— Спасибо, Курт, за то, что ввели меня в курс дел.

— Всегда к вашим услугам, дорогая Эльза. Мне очень приятно, что здесь, в Париже, я встретил такую очаровательную родственницу.

— Я тоже рада, Курт. На новом месте необходим хороший друг.

— Мы отметим ваш приезд, Эльза?

— Обязательно, но немного позже.

— Согласен. Если я больше не нужен, то пойду. Вчера убили немецкого офицера в пригороде Парижа, будем брать заложников.

— Сколько за одного убитого офицера?

— Пятьдесят человек.

— Все они будут расстреляны?

— Да, если в течение суток убийца не отдаст себя в руки гестапо или полевой жандармерии.

— И часто убийцы приходят к вам?

— Был один случай, да и тот… — Ваден недовольно скривился и продолжил: — Пришел отец одного из заложников и сказал, что это он убил солдата. Но объяснить, как все произошло, не смог. Заложников отпустили, а отца с сыном расстреляли.

— Курт, вам не было жаль их? — неожиданно спросила Миллер.

— Эльза, игра не по правилам! — Ваден ошеломленно смотрел на нее.

— Почему, Курт?

— Я ведь ваш родственник и проверять меня не надо.

— Вы решили, что я вас проверяю? Не верите, что мне жаль этих французов?

— Я очень хорошо знаю, как вы расправились со штрафниками. Поэтому ваша жалость к французским заложникам настораживает.

— Но разве не должны у нас вызывать героические поступки других народов восхищение? — не сдавалась Эльза.

— Я не верю ни в жалость, ни в восхищение со стороны оберст-лейтенанта абвера.

— Наверное, вы, Курт, правы, — согласилась Миллер. — Заходи ко мне почаще, Курт, — перешла на «ты» Эльза. — Я буду рада видеть тебя.

Они тепло попрощались, довольные друг другом.

Эльза выглянула в окно. Слева виднелась площадь Де-ла-Маделен с высоким собором в центре. Туда на большой скорости подъехали два грузовика с эсэсовцами. Как только машины остановились, солдаты спрыгнули на землю и стали полукольцом у входа в собор. Два гестаповских офицера и отделение автоматчиков вошли в помещение. Богослужение было прервано.

Спустя несколько минут начали выходить люди. Четыре эсэсовца, стоявшие у входа, проверяли документы. Не обнаружив ничего подозрительного, возвращали владельцам аусвайсы.

Но вот документ протянул молодой высокий француз, одетый в вельветовую куртку и черные брюки. Солдат развернул документ и что-то резко сказал парню, тот отрицательно замотал головой. К ним приблизился офицер гестапо, взял документ из рук солдата, просмотрел его и подал команду двум эсэсовцам, находившимся рядом. Те направили на парня автоматы и отвели его в сторону.

Было очевидно, что гестаповцы кого-то ищут. Минут пятнадцать длилась проверка документов, за это время еще два француза разделили участь парня.

Вдруг на крыльце появился капитан Ганидек, он тоже предъявил офицеру документ. Тот мельком взглянул и приложил руку к козырьку фуражки, давая понять капитану, что его не задерживают. Но Ганидек не спешил отходить от гестаповца, он стал что-то доказывать немцу, указывая рукой на парня в вельветовой куртке. Офицер гестапо подозвал его к себе и снова проверил аусвайс. Что-то заметил себе в записной книжке и отпустил француза. Тот быстро пересек площадь и скрылся за поворотом.

Ганидек отдал немцу честь и не спеша отошел.