Чтение онлайн

– Да чтоб вас всех черт подрал, – чертыхаясь, дед ушел в другую комнату, и вскоре вернулся со стеклянной бутылкой, практически на дне которой болталась прозрачная жидкость. Полина принесла бинты, ножницы и ведерко с ледяной водой.

– Сорвалась ваша телефонная линия, – рассказывал Никита, пока Ольга перевязывала рану. – Через три дома мы не успели добежать, вломились в третий отсюда. Там тоже телефон был. Но до него мы добрались не сразу. – Парень усмехнулся как-то не по-доброму. Кувалда, устроившийся рядом с ним, молча закивал.

– Там тоже были люди? —спросила Полина. Я уже знал ответ на этот вопрос.

– Был один. Угадайте кто?

– Говорите уже, чего тут гадать? – не выдержал я.

– А я знаю, я знаю, это был водитель автобуса! – Я обернулся, мальчик смотрел на нас вопросительным взглядом, по-прежнему не выпуская кошку из рук. Похоже, что они сдружились, пушистое создание и не думало вырываться.

– Точно, Вадик, будешь всегда таким догадливым, школу сразу с золотой медалью окончишь, – заулыбался мальчику Кувалда.

– Он спятил, – произнес Никита в полголоса, глядя на тех, кто его окружил, и кивком попросив Лену увести сына подальше.

– Пошли, сынок, покормим твою кошку, она наверное голодная. —Лена бросила на нас тревожный взгляд и скрылась на кухне с мальчиком и кошкой.

– Он всех там зарубил. До одного. Двоих стариков и женщину с мужчиной. Хотя я шибко не разглядывал, кто там был, может ещё кто-то.

– Ага, – сказал Кувалда, – и на нас набросился.

– И что вы сделали? – Я услышал тихий голос Ольги и увидел страх в её глазах. Я уже предполагал, что страх это только начало. Марина умерла, поддавшись безумию, которое ей подарила нашедшая на нас тьма, я был почти уверен в том, что она покончила с собой. Водитель не успел скрыться в доме от тьмы, и она так же свела его с ума, произведя обратный эффект. Это беспокоило меня больше, чем гора трупов, оставленных после кровавой бойни, которую он совершил.

– Если прошло столько времени, а мы до сих пор живы, то как ты думаешь? – ответил ей Никита. Она кивнула.

– А что с телефоном?

– Молчит ваш телефон. Линию сорвало. А по сорванной линии ничего не передать.

.....

Мы разделились на тех, кто слушал душераздирающий рассказ Кувалды во всех подробностях, и на тех, кто хотел выяснить, почему все это случилось.

– Откуда взялась эта кошка? – спросила Полина, присоединившись к нам. Вадик не мог нарадоваться пушистому гостю, он где-то нашел веревочку и бегал по комнате, таща ее за собой, а кошка, получив заряд энергии, неустанно бегала за веревочкой. Эта беготня нисколько не раздражала ни одного из нас, скорее, наоборот, в склепе, где большую часть времени стояла гробовая тишина, появилась жизнь.

– Да кто ее знает, появилась из ниоткуда, нам стало ее жаль, вот и забрали с собой, – ответил Никита.

– Она пришла с улицы?

– Ну, наверное. Мы не видели ее раньше, весь дом обошли, может под полом сидела, кто ж разберет это животное. Хотя, скорее всего, да. Он ведь и ее мог убить, кошке бы хватило одного удара топором. А то и меньше.

– Тебе, я смотрю, не хватило, – усмехнулся я.

Моему другу повезло, что именно рука оказалась на пути топора в руках у обезумевшего водителя автобуса. Если бы это было ребро, спиртом и бинтами дело бы не обошлось.

– Значит, на животных это не действует, – сделала вывод Полина. – И на людей действует по-разному. В чем причина? Одни убивают себя, другие остальных. Лена, можно мне задать тебе вопрос? Твой муж случайно не был в депрессии и…

– Нет, у него не было склонности к суициду, – не дожидаясь еще одного вопроса, сказала Лена.

– У Марины тоже, – пробормотал я. – В любом случае, неважно, какие наклонности мы имеем, там нам не выжить.

– А как тогда нам выжить? – Лена посмотрела на своего сына и ее глаза стали влажными. – Что теперь?

– У нас теперь только один выход, – ответил ей Никита. – Дождемся следующего раза, сядем в автобус и поедем на ГЭС или обратно в Светлогорск.

– Лучше на ГЭС. Там еще есть транспорт и средства связи. Подадим сигнал и назовем координаты. Если кто-то нас услышит, у нас будет шанс, может и не большой, но все же, – сказал я Никите. – Поеду я, возьму кого-нибудь из парней. Я видел в автобусе две рации, одна пусть останется у вас, вторую мы возьмем, чтобы при случае мы могли убедиться, что все нормально.

– Или убедиться, что все как нельзя плохо, – добавила Ольга. – Если вы погибнете, у нас ничего не останется.

.....

Некоторое время еще было относительно светло. Мороз разрисовал окна, входная дверь промерзла почти полностью и чтобы не околеть, нужно было что-то делать. Парни помогли Полине натаскать дров и растопить печку, остальные взяли на себя ответственность по очереди подкладывать дрова. Дом остывал очень быстро, по полу тянуло холодом, и все, кто сидел на полу, перебрались в комнату Полины. Девушка не возражала, только попросила ей помочь перетащить в прихожую еще одно кресло, чтобы занять место рядом со мной.

Я долго думал о том, что собирался сделать и так глубоко ушел в свои мысли, что не заметил, как провалился в сон. Во сне ко мне пришла Марина. В первый раз. Уже в первый день после ее смерти я знал, она не заставит себя долго ждать. Я сидел в кресле и смотрел в окно, пока не почувствовал легкое и холодное прикосновение. Я чувствовал сердцем, что это она, леденящий ужас сковывал моё тело, пока она не произнесла моё имя вслух. Такой голос я слышал давно, несколько лет назад, когда мы только поженились, она сладкоречиво приманивала меня к себе, и я никогда не мог ей отказать. Между нами разгорался настоящий огонь, такой, что дым шел до неба, мы думали, он никогда не погаснет, но не заметили, как и когда это случилось.

– Артем… Подумай о том, что ты делаешь. Что ты будешь делать, когда это случится? Поддашься панике, как тогда? Или теперь ты все осознал?

Я попытался закрыть уши, чтобы не слышать ее голос, но мои руки словно парализовало. Она обвиняла меня в своей смерти, ну конечно, почему я сразу не догадался, что она придет именно за этим. Я хотел выговориться, но не смог. Получилось только повернуть голову, чтобы посмотреть на нее. Она ждала этого, ее глаза, красные из-за лопнувших капилляров засветились, бледные губы с засохшей на них кровью растянулись в кривой улыбке.

– Правда, я теперь гораздо лучше? – спросила она и обнажила зубы. Из ее рта на белую блузку, в которой она была в день нашего отъезда, вытекла густая темно-красная, почти черная жидкость. Я вздрогнул и проснулся.

На нас надвигалась лавина, правда тогда у меня вряд ли бы повернулся язык назвать это именно лавиной. С горы сходит снег, много снега – все, что я представлял, услышав это далекое от моего понимания слово в сводке новостей по радио или телевизору. На самом же деле это катастрофа. Надвигающаяся смерть, шансы спастись от которой ничтожно малы, особенно если ты ничего не знаешь о том, как это сделать – мне было очень тяжело это осознавать. Грохот стоял такой, что закладывало уши, добавлял рев трансивера и крики нашей команды. Единственное, что я помнил из инструкции – спастись от лавины можно привязав себя к дереву, а если тебя накрыло – соорудить воздушную камеру из снега. Вся проблема была в том, что лавина надвигалась слишком быстро, времени на то, чтобы найти уступ, или хотя бы подумать об этом у нас не оставалось. Я запаниковал, как это обычно бывает в подобной ситуации, и даже убедительная речь руководителя и согласие всей команды следовать его инструкциям не произвели на меня никакого эффекта. Было решено дать лавине нас захлестнуть, и тем, у кого есть передатчики – подать сигнал бедствия. Я был категорически против, мой мозг кричал мне, что это не иначе, как самоубийство и, проигнорировав попытки жены убедить меня в обратном, я отцепился от группы. Склон был слишком крутым, чтобы стоять на нем без всякой помощи, меня понесло вниз. Мне удалось перевернуться на живот и зацепиться ледорубом за уступ, но это было все равно, что держаться за соломинку, я соскальзывал, бороздя ногами и крича от страха. Жалкие секунды решили мою проблему, я сорвался и пока летел два метра вниз, думал не о том, что падаю, а об инфаркте, который я скорее всего себе заработал. Я ушел в снег почти по пояс, зато лавина, которой я так боялся, обошла меня стороной. Она оказалась не такой масштабной и разрушительной, как я сперва подумал. Выбирался я из снега, вытягивая самого себя с помощью веревки, привязав ее к рядом стоящему дереву. Нашу группу завалило не сильно, и уже через полчаса они все выбрались и от души посмеялись надо мной, торчащим в снегу и ломающим дерево, пытаясь выбраться из снежного плена.