Чтение онлайн

Влад, чего ты хочешь от меня? Каждый из нас бьется на работе, потом еще дома занимаюсь делами, минуты свободной нет. Как и разнообразия.

Ты хочешь разнообразия?

Да!

Как ты хочешь, чтобы я взял тебя?

Дело не в этом. Дело не в сексе!

Неужели? А где, по-твоему, парам еще показать свои чувства?

Господи, да на кухне покажи мне их!

Пойдем, сделаем это на кухне.

Он тянет меня за руку, я сопротивляюсь.

Помоги мне с готовкой, вымой посуду!

И это сделает тебя счастливой?

Да! — Нет. Это уже ничего не изменит, я знаю.

Тогда я буду больше помогать тебе. Сегодня обед приготовлю сам.

Ты даже не знаешь, как это сделать, — устало говорю я. Все-равно ведь мне придется там возиться.

Тебе не угодить.

А ты не старайся.

Да что с тобой такое!?

Ничего.

Что значит не старайся? Ты мне не безразлична!

Хорошо.

И это все, что ты можешь сказать?

Боже мой, да! Я не знаю, как выдавить из себя слова, которые он так хочет услышать, которые успокоят его.

Ира, не играй со мной в молчанку!

Я не знаю, что тебе сказать! — я почти кричу.

Скажи все, что хочешь! Скажи, что любишь! — в его глазах я читаю боль. И мне самой больно от того, что я делаю с ним.

Люблю, — шепчу я. А сердце захлебывается от рыданий. Ему так одиноко. Но рушить сейчас всю нашу жизнь я не могу, у меня нет на это ни сил, ни смелости.

Влад поднимается, смотрит на меня с каким-то диким отчаянием. Идет к окну, резко поднимает руку и ерошит волосы.

Я смотрю на испуганную голубку. Она ничего не понимает и почти готова улететь. Но что-то держит ее на ветке.

Поехали за Женей, — упавшим голосом говорю я.

Влад бросает на меня такой взгляд, что у меня слезы наворачиваются. Он знает, что с помощью дочки я пытаюсь сгладить наши отношения. Я пытаюсь забыть о том, что назрело, словно фурункул.

Он уходит. Что-то тоже не дает ему разобраться во всем этом до конца, копнуть глубже. И я знаю, что. Страх.

Встаю, одеваюсь. Тело начинает покалывать, оно словно немеет. Разминаю пальцы и иду чистить зубы.

Мы едем в машине молча. Где-то на середине пути я понимаю, что направляемся мы не к моим родителям.

Он паркует машину в центре. Выходит и ждет меня. Улицы многолюдны. Но все вокруг бесцветное — серый асфальт, серые пальто и брюки, серое небо.

Куда мы идем?

Завтракать.

Мы так и не смогли дома поесть. Находиться за одним столом после того, что мы наговорили, не было никакого желания. Сидеть напротив другу друга, смотреть в глаза, искать в них ответы…

Макдоналдс? Сюда мы не заходили … с тех пор, как начали встречаться?

Делаем заказ и садимся за маленький столик для двоих.

Я пью сок, он кофе. От двух чизбургеров поднимается ароматный пар. Неловкая пауза, затянувшаяся на несколько лет, опять висит между нами.

Когда мы в последний раз ели здесь гамбургеры, наши отношения были иными. Я смеялась над его анекдотами, а он … Он смотрел на меня почти так же, как сейчас. Если убрать настороженность, напряженность в его взгляде, я видела все ту же любовь.

Рядом с нами сидела парочка. Совсем юные, не больше двадцати. Они кормили друг друга картошкой-фри. Девушка, хихикая, окунала хрустящие палочки в соус и давала их парню. Он же откусывал их так, чтобы коснуться губами ее соленых пальцев.

Влад проследил за моим взглядом.

Ты помнишь, когда мы были здесь в последний раз?

Нет, — я действительно не помню подробностей.

Мы были здесь после свадьбы. Ты ела огромный гамбургер и переживала, что станешь толстой.

Я и сейчас переживаю.

А я сказал тебе, что можешь быть какой угодно, я все-равно не перестану тебя любить.

Молчу и смотрю на него, пытаясь проглотить еду.

А ты тогда сказала, что раз у ж на то пошло, и ты все-равно будешь толстой, стоит завести под шумок ребенка.

Я так сказала? — комок в горле становится острым, протыкает, словно шипами.

Да. Ты так сказала. Решила, что если у тебя будет пузо и о фигуре не стоит беспокоиться, то и есть здесь ты будешь с большим удовольствием.

Но я не ела.

Нет, — он улыбнулся. — Ты заботилась о здоровье Жени уже тогда. Мы перестали ходить сюда, но мне кажется, что сейчас стоит начать. Просто иногда появляться, чтобы вспомнить, каким было на вкус наше счастье. Тогда ты часто смеялась. Ты любила меня …

И сейчас люблю, — говорю, а из глаз катятся слезы.

Я надеюсь.

Мы едем к моим родителям за Женей. Она встречает нас у двери. Я целую ее в пухлую сладкую щечку. Влад подхватывает на руки и кружит в воздухе.

Проходите. Мы как раз собирались есть шарлотку.

Пройдем? — спрашиваю у Влада.

Конечно.

Квартира у моих родителей небольшая. Они переехали сюда из Крыма, когда я была еще маленькая. Это жилье было единственным, что они могли себе тогда позволить. Но как-то мы здесь обжились, что никто и не думал об обмене на более просторную квартиру.

Мы проходим в зал. Папа сидит перед большим телевизором. Они недавно его купили. Теперь он наслаждается пенсией на диване перед огромным плазменным экраном.

Привет, пап, — я целую его колючую щеку.

Как дела?

Все хорошо. Пойду пока маме помогу на кухне.

Влад с Женей уселись рядом с отцом, что-то живо обсуждая. Мой муж сразу влился в нашу семью, пришелся родителям по душе. Они любили его, как собственного сына.

Мама за маленьким кухонным столом разрезает яблочный пирог, испускающий соблазнительные ароматы.

Вкусно пахнет, — я улыбаюсь в предвкушении запретного удовольствия. — Знала бы, что будет пирог, приехала бы попозже.

Это еще почему?

Я на диете. Не ем сладкого.

И поэтому такая изможденная?

Я что, плохо выгляжу?

Будто тебя пытали.

Что ж, она не далека от действительности. И эти пытки я устроила себе сама.

Просто устала за последнее время.

На работе загружают?

Да, — солгала я.

Возьми отпуск.

Летом хочу. Чтоб поехать с Женей на море.