Чтение онлайн

Знаешь, солнышко, иногда детки не появляются просто так.

Но папа сказал, что он постарается, чтобы у тебя в животике рос мой братик.

Я уверена, что папа тоже не знает наверняка, получиться ли у него.

Теперь, действительно, не знаю.

Голос мужа был холоднее льда. Что-то похожее на презрение мелькнуло в нем.

Я не виню его. Мужчина горд тем, что делает своей женщине ребенка, видит, как он растет в ней. Это закрепляет его права на свою избранницу, ставит на ней определенное клеймо. Его семя растет в чреве его половины, делает ее недоступной для других. К этому испокон веков толкала их эволюция. Зов природы не стал звучать тише в современном мужчине.

Я же не хотела этого. Мне претила мысль, что секс, который и так не доставляет мне никакого удовольствия, даже наоборот, вызывает тяжелые душевные муки, будет иметь такие последствия. Если бы я забеременела случайно, то родила бы. Но делать это намеренно было выше моих сил.

Ты наелась? — спросил он у Жени.

Да, — дочка довольно улыбалась, не ощущая напряжения между нами.

Тогда можешь посмотреть мультики.

Мои руки дрожат, когда я собираю посуду. Отношу на кухню, поворачиваю кран. Влад не идет за мной. Слышу, как скрипит его кресло. Значит, уселся за компьютер.

Женя уснула около девяти. Я знаю, что от разговора не уйти. Но упорно продолжаю сидеть на кухне. Кофе, словно горсть песка, застревает в горле.

Слышу его шаги и внутренне напрягаюсь.

Значит, не хочешь ребенка.

Ты должен был обсудить это со мной, а не подстрекать Женю к таким заявлениям.

Она тоже этого хочет.

Только меня забыли спросить.

Это так плохо — родить от меня? — его рот искривился.

Я не хочу этого сейчас. — И не захочу никогда.

А что измениться через полгода, год? Потом ты скажешь, что уже слишком стара для этого.

Я не ощущаю в себе этой потребности.

Чего ты еще не ощущаешь? Может быть любви?

Я не могу дышать. Вот он, момент истины. Солгать ему еще раз? Внимательно смотрю на него. Он поймет ложь, распознает ее сердцем.

Может быть. — Я знаю, как жестоко звучат мои слова. Но я больше не могу, не могу… Будь, что будет. Он на мгновение теряет над собой контроль, лицо перекошено от боли. Я — дрянь!

И давно ты это поняла?

Я молчу. Не могу признаться, что никогда не любила. Это разобьет ему сердце окончательно. Если там еще есть что разбивать.

Он отворачивается. Я вижу, как он сникает, словно понимание несказанного невыносимой тяжестью ложится ему на плечи. Он все знает.

Влад…

И как ты думаешь, я буду теперь жить? Как нам жить?

Я не знаю. Но ты должен был почувствовать…

Что? — он взрывается. — Что, бл*ть, я должен был почувствовать? Что ты не хочешь меня? Да, я это почувствовал! Что больше не выносишь моих прикосновений? Это тоже заметил. Только не понял, что произошло? Я обидел тебя?

Нет.

Тогда в чем дело? Ты уставала на работе, как и я. Но это жизнь. Мы не можем уделять друг другу столько времени, сколько хотели бы. Нам нужны деньги, чтобы добиться того, о чем мы мечтали. Дом, дача, поездки за границу. Ты больше не мечтаешь?

Нет. Я больше не мечтаю, — тихо шепчу я. И это правда. Я утратила и эту способность, когда замерзло мое сердце.

Ты не видишь нашего будущего, не так ли? — горечь в его голосе обжигает, как кислота.

Я пытаюсь.

Хреново пытаешься.

Чего ты хочешь? — теперь уже взрываюсь я. — Я сделала все, что смогла. Я хотела что-то изменить, сделать крутой разворот, чтобы найти дорогу, с которой мы сошли. Но в одиночку мне было не повернуть этот чертов руль.

Ты просила у меня помощи? Хотя бы раз?

Я намекала тебе на это. Просила уехать.

Я не мог..

Я все понимаю. Просто ты не знал, что все так серьезно, не так ли? Если жена не может заниматься с тобой любовью, это еще не повод для беспокойства. Если мы без Жени не находим тему для разговора — это вовсе не тревожный сигнал! Ты был слепым. И не говори мне, что только я виновата во всем. Мы были счастливы когда-то.

Ты не любишь меня. Никогда не любила. Зачем… — его голос срывается. И я угадываю, что он едва удерживается, чтобы не заплакать.

Не могу смотреть, мне не вынести его мучений.

Я хватаю плащ с вешалки и выбегаю из квартиры. Непролитые слезы комом стоят в горле, жгут глаза.

Порыв сырого воздуха ударяет мне в лицо. Туман такой густой, что я не вижу дороги. Бегу наугад, сжав голову руками.

Я — последняя с*ка, я недостойна ничего хорошего, если могу так жестоко обходится с теми, кто меня любит.

Невыносимое желание умереть прямо сейчас разрывает легкие и я кричу во всю силу. До хрипоты. Кто-то рядом вскрикивает и убегает. Мне все-равно.

Мне так невыносимо плохо потому, что чужая боль отдается в душе. Она преумножается внутри, растет, как раковая опухоль.

Я смогла бы все вынести, если бы не знала, что ему сейчас еще больнее. Клубы тумана заползают мне под кожу. Застилают глаза.

Я падаю на колени прямо на грязный асфальт. И сгибаюсь пополам. У меня всегда был маячок в жизни. Сначала мои родители, потом муж. В какой бы сложной и запутанной ситуации я не была, я всегда видела ориентир и шла на него, точно зная, что выберусь.

Сейчас я боюсь, что в этом тумане я теряю все, что мне дорого. Любовь Влада, счастье Жени и себя. Я уже не могу найти себя в этой непроглядной черно-серой мгле.

Не любит меня… Эта мысль режет тупым ножом, выворачивает внутренности, вызывает тошноту.

Но разве я никогда не догадывался об этом? Еще тогда, когда мы только встречались, я не видел ответного огня в ее глазах. Но мне было достаточно тех отношений, которые установились между нами. Она шутливо называла это дружеским сексом.

Разве не думал перед тем, как сделать ей предложение, что нам будет и так хорошо вместе? Самонадеянно полагал, что со временем она полюбит.

Я привык к тому, как мы устроили свою жизнь. Она была верной женой, заботливой матерью, хорошим, надежным партнером. И я, чертов глупец, думал, что все идет лучше некуда.

Не любит …

Что случилось? Почему именно сейчас наш корабль дал течь? Как я забыл о том, что мне следовало бы помнить постоянно?

Ее глаза были холодными, но что-то промелькнуло в них, что-то пугающее, когда она молчаливо подтвердила мои самые страшные догадки.