Чтение онлайн

– Как вы узнали?

– Глаза. Моя стихия проявляется в цвете грозового неба, - Айлин коснулась венца, - у тебя глаза цвета тумана. Твой отец не каорри, ведь так?

– Он человек.

– Поэтому радужка не сияет, из-за примеси чужой крови, - прищурилась фаворитка, - удивительно, как тебя отыскали в зазеркалье. Внешне ты мало похожа на кого-либо из нас, да и магического потенциала нет.

Для последней Васперити откровение прозвучало сродни комплименту. Как и мама, она не обладала пышными формами, на фоне королевских цетр казалась бледной и костлявой. Зато природа наградила ростом: сними собеседница туфли на высоком каблуке, оказалась бы на полголовы ниже.

«Ступеньки» остановились около парадных врат.

Браслет на ноге Саши нагрелся и завибрировал, словно предупредил хозяйку о нарушении границы. Видимо, перед полётом в Архару механизм отключили. Сейчас он работал и посылал сигнал во дворец.

– «Начало главной аллеи»!
– скомандовала Айлин. Крутанувшись, устройство покатило обратно.

– Что значит «жизнь»?
– Глебова ощутила, как жжение прекратилось.

– Только Васперити отмечены этой стихией. Белые лекари, по слухам, способные излечить смертельные раны и вернуть душу в тело. Цветы жемчужного древа наделяют каорри силой кайхала и дарят крепкое здоровье. Конечно, Его величество заинтересован в реликвии твоей семьи.

– Почему?
– садовница осторожно задала ожидаемый вопрос, - монарх хочет дожить до глубокой старости?

– Твоя наивность ранит глубже кинжала, больнее укуса пчелы. Не все довольны политикой Стасгардов. Поговаривают, в Архаре собираются заговорщики, и сиятельному Растану необходимо укрепить власть. Он давно мечтает о личной гвардии кайхалов. И, - она помедлила, - грезит о наследнике.

– Ну, это просто.

Айлин рассмеялась:

– Не в нашем зазеркалье. Только носители одной стихии способны зачать ребёнка. Ты знаешь, кто такие цетры?

– Нет.

Назвать роскошную собеседницу любовницей короля Саша не осмелилась.

– Претендентки в жёны. Я проживу во дворце год. Если понесу от Его величества, то после рождения малыша стану законной супругой. Нет - покину дворец, и тётка подыщет нового каорри, желающего создать семью.

– Получается, свадьба возможна только после появления наследника?
– нахмурилась дерья.

– Ровно через год. В день рождения первенца родители приходят в Дом обрядов, и кайхал проводит церемонию. Единственная причина, по которой свадьбу могут отложить, - это болезнь. Иначе мужчина будет строго наказан.

– Как другие кандидаты отнесутся к вашему статусу?
– помедлила Саша, - если не получится...

В аметистовых глазах Айлин вспыхнул огонёк.

– Намекаешь, кто позарится на использованную дерью? Любой. Тем более, после короля. Для нас это почётно.

Садовница прикусила губу. Надо бы аккуратнее, не то цетра пожалуется монарху.

– А вы хотите стать королевой?

– Нет. Это скучно. Через год я надеюсь покинуть дворец и поступить в университет. Пусть повезёт Лале или Карасе. Иначе будет новый отбор. Три очередные кандидатки постараются вытянуть счастливый билет в лотерее судьбы.

Райская птица оправила складку на платке. Между бровей промелькнула морщинка, губы сжались в линию - собеседница выдала желаемое за действительное. Сказала про учёбу, но мечтает о другом.

– Ваши стихии совпадают, так в чём проблема? Король не...

– За такие мысли тебя выпорют, как разбившую тарелку повариху, - тен Махети оборвала садовницу, - противники династии судачат о проклятии, но истина вряд ли кому-то известна. Сиятельный Растан верит, что цветок жемчужного древа излечит недуг и подарит сына. Чем скорее, тем лучше.

– У короля есть брат.

– Младший. Пока у старшего не появится наследник, Стеллан должен забыть о цетрах. Но, главное, - Айлин понизила голос, - его элемент «смерть». Последний носитель стихии умер в битве за Архару, пятьсот лет назад. Опаловое древо сохранилось лишь на картинках, и таланты Стеллана окутаны мраком. Многие его боятся, а кто-то вовсе не любит. Молчаливый, угрюмый - страшно представить себя в объятиях смерти, - красавица сжала губы, точно ощутила приступ тошноты, - посмотрит в глаза и убьёт случайно. Не понимаю, почему Растан доверяет отмеченному Морой. Я бы отослала его куда подальше. Хотя бы, в беднейшее графство, пусть там наводит порядки и усмиряет недовольных.

Ощущение не обмануло Глебову. Младший Стасгард понимает её чувства. Саша - неугодная многим полукровка, он - навечно одинокий принц.

– Ты забавная, - Айлин наблюдала за садовницей, - не красуешься перед высокородными каорри, не просишь об услугах. Мне это нравится. Отыскать бы тебе опекуна и заявить о правах на наследство семьи...

Вот как. Для дерьи - она диковинка. Скоро интерес угаснет, и пусть. Лишь бы к тому дню Глебова как можно больше узнала о Карвахене. Станет внимательным слушателем и впитает секреты этого мира. Курочка по зёрнышку клюёт.

Около инструментов и ящика с каллами стоял близнец короля и озирался в поисках последней Васперити.

– Добрый день, - он поклонился цетре Его величества и посмотрел на Сашу, - вам необходимо пройти в приёмную.

– А парадная форма?

Земляные корки на коленях комбинезона, перчатки в дырках-горошинах, выцветшая кепи - во дворце долго будут обсуждать нищенку.

– Вы должны были явиться на встречу десять минут назад, но оставили цветы и не получили послание старшего садовника. Предпочитаете выговор за опоздание?

Дерья сжала зубы и молчаливо последовала за Стелланом.

Сама виновата. Знала о Прочтении, но отправилась на прогулку с королевской фавориткой. Хотя, это того стоило. Айлин поведала о древе и стихиях и пролила свет на туманные истины Карвахена. Жемчуг, жизнь. Звучит пафосно и нелепо. Сам монарх признал, что у Саши не было дара, но всё равно потребовал «достать с неба звезду».

– Впредь, если захотите приблизиться к вратам, то предупреждайте заранее, - не обернувшись, произнёс близнец Его величества, - комиссар тайной канцелярии подумал, что вы сбежали, и едва не отправил солдат.

– Спасибо, - прошептала Глебова.

– Не за что.

Садовница глядела спасителю в спину. Колючий и отстранённый, находящий спокойствие в уединении; наверное, только такие выживают в этом мире. Избегают лишних переживаний, прячут эмоции глубоко в себе и свысока взирают на остальных. Без привязанностей, без болевых точек, куда бы ударил или надавил враг, - только ясный разум, подчинённый законам логики.

И хладнокровие. Едва ли Саша понимала, когда Стеллан злится или скучает. То ли сердится на Глебову из-за пробела в знаниях о Карвахене, то ли сожалеет о потерянном времени, то ли вовсе думает о своём. Не издевается - на том спасибо.