Чтение онлайн

Чёрт.

Луна: Все не так просто.

Сол: Ты имеешь дело с запретной любовью como tita? Он сказал, что ты недостаточно хороша для такой заносчивой задницы, как Дарси? Ты хочешь терпеливо ждать почти десять лет, как Энн?

Я удивлена ссылками. Все из книг, которые я люблю. Я говорила с ней о том, о чем она говорила, но сомневалась, что она действительно слушала.

Сол: Эй, ты хочешь, чтобы это закончилось?

Моё сердце бешено колотится. Потому что ответ очевиден и так прост.

Луна: Нет.

Сол: Это значит, что ты хочешь, чтобы он вернулся в твою жизнь?

Сол: Потому что, если ты этого хочешь, ты должна сказать ему

Я знаю. Не то чтобы у меня не было соблазна связаться с кем-нибудь, написать смс, отправить сообщение в личку, может быть, позвонить, но в итоге я ничего из этого не делаю.

Я несу несколько букетов в свою комнату. Затем просматриваю его Instagram, и я случайно лайкаю его последний пост. Реклама Burberry. В панике я убираю лайк и блокирую телефон так быстро, как только это возможно, и бросаю телефон на кровать.

Расхаживая взад-вперед, не отрывая глаз от проклятого экрана, я боюсь, что он включится и отправит сообщение сам по себе. Этого, конечно, не происходит, но он выдает новое уведомление. Я смотрю на него. Всё смотрю и смотрю.

Сообщение от Генри. Я знаю, что там будет написано. Оставь меня в покое. Не приставай ко мне. Перестань заглядывать на мою страницу. Что-то в этом роде — я уверена в этом.

Вдыхая и выдыхая, проглатывая комок, я беру себя в руки и нажимаю на сообщение, чтобы прочитать его.

Я скучаю по тебе.

Воздух покидает комнату, выбивается из моих легких. Мне нужно присесть. Нет, мне нужно лечь.

Я лежу, наблюдая, как по потолку скользят обрывки света от машин на улице, а затем они исчезают. В комнате снова темно. Я снова смотрю на свой телефон. Головокружительное тепло разливается по всему телу одновременно.

Я скучаю по тебе, подумал он, напечатал и отправил.

Что мне ответить? Я не знаю! Я печатаю разные сообщения и все удаляю. Ничто из того, что я пишу, не имеет смысла.

В этот момент телефон в моей руке оживает, и я получаю запрос на видео-звонок. Если я напечатать ничего не могу, как я что-нибудь скажу? Так какого хрена я отвечаю?

— Алло? — говорю я.

— Луна?

Этот голос, этот акцент, как теплый мед. Всё моё существо вибрирует. Я сажусь.

— Привет, — пищу я, когда его лицо появляется на экране. У меня сдавливает грудь, и я потираю место над сердцем.

— Я ведь не разбудил тебя, правда? — выдыхает он хриплым голосом, как будто он спал, хотя я знаю, что это не так.

— Нет, — у меня перехватывает горло. — Может, немного, — и я не знаю, помнит ли он тот разговор. Это было так давно. Я хочу сказать, что тогда было проще, но мы всегда собирались закончить здесь.

Он резко садится и включает свет. Он без рубашки, на нем только золотая цепочка с подвеской в виде луны на шее.

— Я тебя немного разбудил?

Эта ослепительная улыбка…чёрт возьми, он такой чертовски красивый.

— Кажется, я всегда так делаю.

Он действительно помнит.

— Как дела? — в уголках его глаз появляются морщинки.

Чёрт, чёрт, я просто пялюсь на него.

Он прочищает горло и пытается снова.

— Тоже не могла уснуть?

— Я спал! — бормочет кто-то.

Я не заметила, что он не в своей комнате. Столбик кровати другой. В этой комнате обои. Из меня получился бы неплохой детектив.

— Где ты? — спросила я.

— Отель “Чарльз”. В Мюнхене.

Кто-то швырнул в него подушкой.

— Потише! — у этого человека низкий голос.

От неприятного чувства у меня внутри всё сжимается. Я почти боюсь спросить.

— Кто это?

Прежде чем Генри успевает ответить, у него из рук выхватывают телефон. Лицо, которое я никогда не видела, кажется мне знакомым, но не знаю почему.

— Я тебя знаю, — говорит он мне. — Подожди, ты голая?

Генри за кадром рычит.

— Нет, я не голая!

Хотя и сняла толстовку. При виде Генри, при разговоре с ним, я безумно краснею, и моё тело горит.

— Вы собирались заняться сексом по телефону? Пока я в комнате…

Генри со свистом набрасывается на говорящего парня. Телефон с грохотом падает на пол.

— Это моя девушка, придурок! Имей хоть немного уважения!

У меня перехватывает дыхание, и головокружительная волна чего-то глубокого, прекрасного и могущественного разливается по моему телу. Болезненная надежда расцветает в моём сердце.

Когда кто-то опрокидывает лампу, по стене пробегают тени. Слышны только ворчание, проклятия и удары кулаками.

— Эй, Генри?

Суматоха прекращается.

— Да, любимая?

Я издаю странный, сдавленный звук. Я сплю? Должно быть, мне это снится.

— Ты в порядке?

Я? Я не в порядке. Может, мне стоит открыть окно. Конечно, на улице дождь, но здесь как в духовке. И, да, я, чёрт возьми, на грани обморока. И ошеломлена. Я едва могу говорить. Что такое слова?

— Ты такой влюбленный, братан.

Кто бы это ни был, он хихикает. Он берет телефон в руки.

— Я совершенно уверен, что ты симпатичная американка. Луна, верно? Я Рекс.

— Ей всё равно, приятель, — Генри выхватывает у него телефон. Рекс смеется за кадром.

— Этот придурок не затыкаюсь говорит о тебе!

— Рекс, — это предупреждение, голос грубый и глубокий.

То, как сужаются глаза Генри и слегка подергивается его челюсть…Я бы не сочла это таким…таким…

— Чёрт возьми, — Рекс хихикает, снова пытаясь приблизиться к телефону. — Ты бы его слышала. Луна такая умная и такая красивая, и я хочу, чтобы наши дети— АХ!

Телефон отлетает и падает лицевой стороной вниз. На заднем плане возобновляются ругань и удары.