Чтение онлайн

Он очень быстро садится.

— Два года?

— Не смотри так удивленно. У некоторых из нас есть и другие дела, помимо секса, — я не сержусь и стараюсь, чтобы он услышал дразнящий тон в моём голосе. — В любом случае, я думала, что мне вот-вот повезет…

Он смеется, а это именно то, чего я хотела. Я не хотела, чтобы он думал о том, почему прошло два года.

— А если серьезно, разве такие парни, как ты, не всегда готовы? — говорю я.

— Такие парни, как я? — Генри звучит оскорбленно.

Я смотрю на него, как на тупицу.

— Да, такие великолепные парни, как ты, — я чувствую себя пьяной.

Выражение его лица меняется, и оно смягчается, когда он снова ложится.

— Я уверена, что люди постоянно набрасываются на тебя, — обвиняю я, закатывая глаза, пока он пытается не рассмеяться. — Видишь, я так и знала!

— Не всё время, — поправляет он, явно лжет.

Когда он поднимает обе руки и кладет их за голову, его рубашка задирается так, что обнажается живот. Этот рельефный пресс зовет меня, но я остаюсь сильной и держу свои руки при себе. Когда он смотрит на меня горящими карими глазами, мне трудно сглотнуть.

— Итак… — его голос низкий.

— Есть другие вещи… — я начинаю говорить, но из-за интенсивности, с которой он смотрит на меня, я забываю остальные слова.

Генри протягивает руку, чтобы погладить меня по щеке. Его большой палец путешествует по моей нижней губе. Не сводя с меня глаз, он приподнимается, чтобы поцеловать меня, сначала мягко и сладко. Затем мы медленно падаем назад, пока моя спина не упирается в матрас.

Его рука на моей талии, пальцы скользят под рубашку. Тепло его ладони приятно ощущается на моей коже, и я ахаю. У него хватает наглости ухмыляться мне в губы.

Я нежно прикусываю его нижнюю губу зубами, чтобы он перестал улыбаться. Это производит противоположный эффект, но он выглядит так чертовски сексуально, что я даже не злюсь.

— Великолепный, да? — он выгибает бровь, пытаясь не выглядеть самодовольным, и терпит неудачу.

— Чувак, ты серьезно? — смеюсь я. Игривое выражение его лица восхитительно. — Если ты скажешь мне, что никто тебя так раньше не называл, я больше никогда не поверю ничему, что ты мне скажешь.

Он ухмыляется мне сверху вниз, оттягивая время.

— Возможно, но, — он делает ударение на последнем слове, прежде чем я успеваю перебить, — Никто не говорил этого так, будто они были рассержены из-за этого.

Это заставляет меня хихикать, и он смеется вместе со мной, но вскоре мы оба замолкаем. Находясь так близко, я вижу желание, наполняющее его глаза, и это вызывает привыкание. Похоть закручивается где-то внизу моего живота, я парю и падаю одновременно. Больше я ничего не говорю. Вместо этого я хватаю его за ворот рубашки и притягиваю к себе для поцелуя.

Генри охотно следует за мной, его руки внезапно оказываются повсюду. Двигаются вверх по моему бедру, вокруг талии, под рубашку. Когда я чувствую его возбуждение у своего бедра, с моих губ срывается стон.

Жар, исходящий от его тела, опьяняет. Я хочу большего. Я хочу всего этого. Я дергаю за его рубашку и просовываю руки под отвратительный материал на гладкую кожу. Мои губы не отрываются от его губ, когда я провожу кончиками пальцев вверх по его животу, вдоль твердых линий груди и по этим сильным плечам.

Он такой же нетерпеливый, дразнит нежной лаской, а затем отчаянно сжимает. Мою кожу покалывает в каждой точке соприкосновения. Заканчивая поцелуй, его губы начинают свободно блуждать.

— Луна, — шепчет он мне в подбородок, поочередно нежно покусывая и успокаивающе посасывая. Затем снова, когда он спускается поцелуями по моей ключице, его губы обжигают мою кожу. И снова, когда я наклоняюсь, обхватывая его выпуклость поверх джинсов. Он вздрагивает и стонет в ложбинку моих грудей.

Когда он поднимает на меня взгляд, моя рука скользит к верху его джинсов.

— Так можно? — спрашиваю я, меняя позу, поворачиваясь боком, чтобы было удобнее выполнять то, что я задумала. Однако я тяжело дышу, нервничаю, взволнована и удивлена, откуда взялась эта смелость, подстегивающая меня.

Генри кивает, но ему приходится откашляться, прежде чем он может ответить.

— Да, — говорит он глубоким, почти гортанным голосом.

Не торопясь, я расстегиваю его ремень, пуговицы на брюках, расстегиваю молнию. С тем, что можно описать только как безрассудную уверенность, я запускаю руку в его нижнее белье и обнаруживаю, что он ждёт.

— Луна…Чёрт, — выдыхает он в изгиб моей шеи.

Я чувствую, как его грудь расширяется от резкого вдоха, когда я обхватываю пальцами его толстый член. Он кажется таким большим.

Карие глаза закрываются, когда я сжимаю его сильнее, и он прижимается ко мне. Его дыхание обжигает мою кожу.

— Так…нормально? — на этот раз я спрашиваю чуть менее уверенно.

— Да, — мычит он.

Затем его язык кружит по моей шее, и я двигаюсь. Одной рукой я глажу его, а другой поглаживаю щеку, пока я целую его так, словно это первый и последний раз.

Он тоже начинает двигаться, толкаясь в мою руку. Я нахожусь в восторге от его реакции. То, как его тело реагирует, когда я глажу его в мучительно медленном темпе. Как его брови сходятся, потому что ему действительно хорошо. То, как приоткрываются его губы, когда он тяжело дышит, когда я ускоряюсь. И когда он стонет, пульсация у меня между ног усиливается.

— Подожди, — он запыхался. — Ещё нет.

— Генри… — я стону от разочарования.

Если мы не можем заняться ничем другим, я хочу заняться этим. Но он хочет, чтобы я подождала, поэтому я жду.

Когда я смотрю на него, на его лице появляется сексуальная ухмылка.

— Мы можем кончить вместе, — шепчет он мне в губы.

Боже мой.

— Как ты вообще можешь быть настоящим?

Он хихикает.

— Я хочу, чтобы тебе было хорошо, Луна, — слова произносятся шепотом между нами. — Так же хорошо, как ты заставляешь меня чувствовать себя.

Ты потрясающий, хочется мне сказать, но я слишком ошарашена, чтобы сказать ему.

Затем его рука снова движется, скользя вниз по моему телу. Она останавливается на поясе моих джоггеров.