Чтение онлайн

Однако наступило утро 1 января, ясное и безмятежное, и невесёлые мысли затаились до вечера. Элька познакомилась с двумя подружками из Кантийска, и эти смешливые южные девчонки очень скрасили оставшиеся дни. Она показывала им магазинчики с миленькими сувенирами, помогала выбрать подарки родным, а вечером они заваливались в одну из местных старинных таверен и трепались обо всём на свете. Остаток новогодних каникул был спасён, но всё же Элька дала себе новое обещание — не встречать больше Новый год в чужой стране. Слишком уж тоскливо. Из той поездки она привезла сувениры и вино, а для себя лично — хрустальный шарик с маленькой копией Палары внутри, крошечным собором Святых Матео и Марицы, ёлочкой и целым роем снежинок, устраивающих хоровод при встряхивании шара. Таких сувениров на полочке Эльги набралось уже порядочно, но они нисколько не надоедали. На расспросы коллег и знакомых, как прошёл Новый год, она отвечала оживлённо и с восторгом, и все снова поверили, что у этой солнечной девушки такая же солнечная и интересная жизнь.

Мечту встретить, наконец, своего человека Элька запрятала так глубоко, что сама сомневалась, а была ли она когда-нибудь, эта мечта. На недоотношения с инфантильными либо чрезмерно независимыми мужчинами времени и сил девушке было уже жалко, а она от раза к разу всё яснее видела, что из себя представлял новый поклонник, и аккуратно, безболезненно это самое неначавшееся сворачивала. Приятельницы осуждали Эльку за цинизм, прагматизм и отсутствие романтизма, а Элька не реагировала на обвинения и улыбалась. Устала объяснять и доказывать, что быть одной не настолько плохо: обширнейший сервис услуг компенсировал многие неудобства. Что мужчина в доме вовсе не гарантия быстрого и качественного мелкого ремонта: подруги отчего-то любили напоминать про потёкший смеситель и сгоревший электрочайник. Что после выматывающего рабочего дня хотелось отдыха, и чтобы за нервы никто не дёргал. У Эльки давно под рукой были контакты проверенных служб бытового сервиса, благодаря которым её маленький, но уютный дом жил как единый слаженный механизм. И никто не предъявлял претензии за слишком длинный рабочий день и частые поездки. Хотя где-то внутри Элька не исключала того, что у кого-то бывает иной сценарий семейной жизни, без недовольства и претензий, со славными утрами, совместными завтраками, загородными прогулками и детским смехом. Вечерами, забравшись в постель, она листала ленту новостей или читала и как девчонка мечтала, что её всё-таки однажды приручат.

В этот раз Эльку отправили в очередную командировку во второй половине декабря. И всё бы ничего, но поездка была рассчитана на десять дней и обратный билет выпадал аккурат на 31 декабря, благо хотя бы не поздним вечером. Организационные вопросы со сборами Элька решить успела, а подготовиться заранее к встрече Нового года — нет. Остро пожалела, что не обзавелась приходящей домработницей. Или хотя бы не наладила добрые отношения с кем-нибудь из соседей.

Так что перспектива попасть домой не раньше девяти вечера, в пустую квартиру, в которой не помешало бы сразу сделать уборку, смахнуть пыль, накрыть на стол, да и себя в порядок привести — Эльку настолько не радовала, что привычка во всём находить положительные моменты в этот раз категорически не срабатывала. Элька устала. Вымоталась, мечтала остановиться, почувствовать заботу о себе. Чтобы в аэропорту встречало не такси с отстранённым, равнодушным к её проблемам водителем. Подавить чувство жалости к себе получалось из рук вон плохо — работало максимум на полчаса, потом Элька принималась себя накручивать по-новой.

Но к моменту вылета она снова была собранной и настроенной на рабочий лад.

Из снежной и слякотной столицы лайнер доставил девушку на Тельварские острова, живописные, несмотря на скудную зелень, очень солнечные и очень жаркие. Перелетать из зимы в лето ей всегда нравилось. По солнцу она успела соскучиться, жару переносила более-менее сносно. На островах Эльке предстояло посмотреть с десяток отелей и заключить пару договоров, желательно выбив для своей компании наиболее приятные условия для будущего сотрудничества. Элька смотрела, разговаривала, улыбалась и не забывала выбивать. Сил на вечерние прогулки почти не оставалось, а следовало хотя бы разочек выбраться посмотреть неповторимую архитектуру местной столицы: такие прогулки Элька очень любила. Всё остальное из важных в такой поездке дел: дегустацию местных вяленых колбас и прогулку по золотистому влажному песочку вдоль кромки океана — она уже осуществила. Однако до самого последнего дня времени на знакомство с городом не находилось. Было много переговоров и разговоров, литры освежающих напитков, территории отелей, пляжи и роскошные номера, в одном из которых Эльку разместили со всеми удобствами. Только в день возвращения домой в график не внесли никаких встреч, и девушка получила несколько часов вожделенной свободы, чем немедленно и воспользовалась.

Убрала волосы под шляпу, намазала на нос и открытые плечи солнцезащитный крем и следующие три часа наслаждалась безмятежным покоем и лёгким шопингом в крупном торговом центре. Вспомнив о том, что прилетает поздно вечером, вместо тельварской косметики купила кое-каких деликатесов, включая несколько сортов знаменитых вяленых колбас. Довольно выдохнула и выбралась из торгового центра обратно под солнце, направилась к каменному мосту над широкой пропастью, соединявшему торговый и исторический районы города. Мост являлся пешеходным, по всей его длине шла бойкая торговля сувенирами и книгами, но Элька бодро топала мимо, разглядывая потемневшие от времени статуи. В жарком мареве казалось, что крылья ангелов едва заметно трепетали, а пухленький кудрявый мальчишка с арфой в руках задорно подмигнул. Мост был таким длинным, что Элька успела съесть мороженое в хрустящем вафельном рожке. И всё же, несмотря на холод и промозглый ветер, оставшийся там, за многие сотни километров, домой хотелось. Элька перевесила на другое плечо полотняную сумку-торбу, набитую тельварскими деликатесами, и неосознанно ускорила шаг…

— Сеньорита! Эй, сеньорита! Да, да, вы! — её позвали бесцеремонно, но как-то не обидно.

Эльга обернулась. Возле парапета, опираясь спиной о гранитный столб, сидел немолодой торговец сувенирами в низко нахлобученной на лоб шляпе. Шляпа перетягивала на себя всё внимание: шерстяная, с мятыми широкими полями, она прятала лицо своего обладателя в густой тени. Неужели не жарко человеку в таком головном уборе под палящим солнцем?

— Подойдите, пожалуйста, славная сеньорита! Я не отниму у вас много времени. Две минуты, не больше, обещаю. Вы не опоздаете на свой рейс.

Элька так удивилась, что безропотно подошла.

— На какой именно рейс я не должна опоздать? — полюбопытствовала она.

— А он сегодня единственный, — широко улыбнулся торговец.

Голос у него оказался густым и звучным, без характерного старческого дребезжания.

На небольшом лотке живописной кучкой притягивала взгляд всякая всячина: статуэтки, миниатюрные храмы, магниты, монетки, часы, плетёные браслетики и прочая ерунда. За десятки перелётов и калейдоскоп стран Элька перестала покупать всё это богатство. Единственное, что она неизменно привозила отовсюду и красиво расставляла на специально выделенной полочке — снежные шары. Её коллекция насчитывала уже около двадцати штук.

— Я ничего не покупаю, благодарю вас, — любезно отказалась она на том же языке.

Торговец улыбнулся, с кряхтением встал на ноги и сдёрнул с головы мятую шляпу. Он оказался почти седым, лишь несколько чёрных волосков шевелил на его голове игривый ветер. С лицом, утонувшим в сеточке морщин, но глаза-маслины смотрели прямо на Эльку, тёмные и яркие, очень живые.

— Кроме наших знаменитых вяленых колбас и сыров, — понимающе заулыбался старик. — Их всегда везут с островов с большой охотой. Ещё оливки, но вы про них, кажется, забыли. Но я не про оливки и не про колбасу. Послушайте, сеньорита, вам совершенно точно необходим снежный шар.

— Шар? — удивлённым эхом отозвалась Элька.

Оливки она действительно не купила, но в это мгновение, уставившись на лукавую загорелую физиономию старика, пыталась понять, как он догадался, какие именно покупки сложены в сумку на её плече.

— Ну конечно! — бодро закивал торговец. — Со снежинками! Вы не можете улететь от нас без шара, верно вам говорю!

Названных сувениров на прилавке не наблюдалось.

А старик уже деловито лез куда-то под лоток, под которым без труда просматривалось пустое пространство и ноги, обутые в стоптанные старомодные башмаки. Ни коробки, ни мешка, ни простого пакета.

На языке Эльки всё вертелся вопрос, откуда он узнал про сыры и колбасы, но тут же мысленно хлопнула себя по лбу: на её плече висела прилично набитая торба с логотипом того самого торгового центра. Ещё больше её терзало любопытство, каким образом старик понял именно про снежные шары. Ни у одного из прилавков на мосту она не останавливалась. Да и вообще. Невольно взгляд девушки упал на лоток, привлечённый переливающимся на солнце бисером в простеньких браслетах.

— Вот! — торжественно объявил старик, вынырнув из-под прилавка. — Этот совершенно точно ваш, сеньорита!

Эльга осторожно взяла шар в руки. Увесистый, он приятной тяжестью ложился в ладони. На бронзовой подставке маленькая табличка с выгравированным названием города, внутри стекла — снежная метель, возникающая от малейшего движения. Элька рассмотрела хорошенький, будто пряничный домик, ёлочку у миниатюрного крылечка, расписные сани и белую лошадку. В окошках горел тёплый жёлтый свет, а сверху на покатую крышу, саночки и лошадку сыпались снежинки, крошечные, завораживающие. Элька сумела рассмотреть тонкий ажурный узор и пожалела, что ни одна из этих снежинок не может сесть ей на ладонь. Под жарким тельварским небом этот островок зимы, заключённый в прозрачное стекло, смотрелся странно. Но ей нравилось. И нравилось, что толстое стекло в её ладонях отдавало приятным холодком.