Чтение онлайн

Так что Путин — он тоже из наших, из редакторских. А редакторы, как известно, бывшими не бывают. Независимо от смены кабинетов и технологических платформ. Как Путин намагнитил все опилки вокруг себя, в какие они строгие узоры построились и вибрируют, ловя эманации, — загляденье. Разумеется, у каждого редактора свой авторский стиль, свои силовые структуры, которые проявляются в узоре и подборе опилок.

В руце редакторской — электрическое стрекало. Те, кто вращаются вокруг редактора по силовым орбитам, даже центростремительной оси порой не видят, а видят как раз только стрекало. Или вообще просто чувствуют стимулирующие разряды. Но их эмоциональная зависимость от Вия-редактора все равно неизбежна — либо в форме любви, как у скрипачек, либо в форме нелюбви, как у… нескрипачек.

Конечно, по нынешним временам хорошо бы все эти генерирующие мощности монетизировать. Собственно, вот об этом как раз и напишет Василий Гатов, наверное, в своей следующей колонке. Но, думаю, если функцию редактора очистить от технологических привязок и выделить в ней сердцевину, главное, то оснастить потом это главное любыми новыми технологическими решениями — не так уж и сложно. Корневая функция редактора вполне переносится на другие платформы. И мы знаем немало хороших примеров, начиная с того места, где все это обсуждается, — со «Слона» [47] .

Больше того, если уж и переносится идея СМИ на другую платформу, в новую эпоху, то именно и исключительно редакторами. Которые, вообще-то, идут в авангарде и на острие поиска. Ну, а кто еще? Инвесторы? Потребители? Издатели?

Так что, вина немцев… то есть, редакторов все-таки не в их органической и принципиальной зацикпенности на прошлом опыте, а, скорее, в инерционности человеческого мышления вообще [48] .

На заре блогосферы популярен был вопрос о том, заменят ли блоггеры журналистов. Сегодня блогосфера уже вполне формирует и отражает повестку дня, как и журналистика. Только это какой-то другой день, хотя с той же датой. Повестки, конечно, пересекаются, но имеют различия. Блоггерская — ближе к жизни. Журналистская — главнее, потому что служит ориентиром не для движений души, а для реальных решений — личных, общественных, экономических.

Таково отличие результата. А главное отличие процедуры в том, что журналисты занимаются утолением общественных запросов профессионально, за плату. Профессионализм журналистов часто выдвигают как залог их необоримого и вечного превосходства над блоггерами.

Однако же, если мы сравним конкретные продукты журналистики и блогосферы, то заметим, что профессионализм журналистов уже не обеспечивает им превосходства. Блогосфера выработала методики, позволяющий добывать сопоставимый продукт, несмотря на любительский статус своих «корреспондентов». Точнее, благодаря ему.

Сразу несколько журналистских специализаций могут быть замещены блоггерскими методами. Например, репортер. Пока профессиональный репортер доедет до места события, блоггеры — случайные свидетели, уже отпишутся и ворвутся в топы, забрав читающую публику у отстающей прессы и кастрированного ТВ.

Собкоры интернета распределены повсюду и обязательно оказываются на месте в час X, а не после (как репортер). И чем шире будет цифровой охват, тем плотнее сеть рабселькоров накроет все событийное поле. Репортеру работы не останется. Редактор переключится на блоггеров, заказывая им тексты или пересказывая их сообщения с места событий.

Похожая судьба ждет расследовательскую журналистику. Нынешний август с пожарами сформировал в блогосфере новый жанр партизанской журналистики — блоггерское расследование. Еще раньше элементы жанра оттачивал у себя в блоге Алексей Навальный [49] , хотя это был скорее сбор свидетельский показаний и желающих помочь, как, например, в истории с «жемчужным прапорщиком».

А вот в чистом виде медийного эффекта («газета выступила — что сделано?») добился челябинский блоггер Валерий Назаров (piligrim_67). Его расследование пожаротушения твиттером [50] вызвало большой резонанс и привело к серьезным политическим последствиям.

Даже не буду говорить о конкуренции блогосферы с публицистикой. Понятно, что лучшие блоггеры легко становятся колумнистами, и наоборот.

Благодаря Навальному, Пилигриму и некоторым другим блоггерам сформировалась новая методика блоггерского расследования. Именитый блоггер вывешивает у себя некий документ, например, фальшивку, как в случае тушением пожара, указывает на несуразицы и предлагает френдам поучаствовать в процессе разоблачения.

Среди комментаторов обязательно находятся люди, понимающие в пожарах, в технике, в ботанике, в спецодежде и респираторах, в фотошопе, просто знающие, как тушение пожара выглядит на самом деле. Все они подбрасывают новые доказательства фальши. Вирусное распространение («у Пилигрима мочат МГЕР!») вовлекает новых экспертов-добровольцев, находятся новые эксперты, свидетели и очевидцы.

В результате набирается такой массив экспертных и свидетельских показаний, который громит любую фальшивку в пух и прах. (Этого фальсификаторы не учли, они никогда не сталкивались с этим, потому что такой дотошной добровольной общественной экспертизы никогда раньше не было.) Конечно, вместе с самочинными экспертными суждениями в комментариях всплывает много шума и ерунды. Эмоций всегда больше, чем фактов. Но вирусный редактор кристаллизует наиболее зубодробительные разоблачения — их пересказывают друг другу с особым удовольствием. Так отбираются самые сильные аргументы, а автор поста добавляет их в исходное сообщение. Все, расследование готово.

Причем блогосфера не только организует масштабное и полное расследование инцидента, но и мгновенно распространяет результаты среди всех интересующихся, используя самые яркие краски, приемы публицистики и фольклора. Автор, или, точнее, зачинщик расследования никаких усилий для дистрибуции сообщения не прилагает. Сами эксперты-участники все разносят.

Классические СМИ не могут произвести такую общественную экспертизу. И не только по причине само-цензуры, но и просто по своим техническим возможностям. Они никогда не соберут такое количество разнопрофильных экспертов, знатоков и очевидцев, которые придирчиво рассмотрят объект расследования со всех возможных и невозможных сторон, а потом еще сами отфильтруют наиболее достоверные и весомые аргументы и их наиболее яркое стилистическое воплощение.

На «Слоне» мы регулярно спорим с Валерием Ширяевым из «Новой газеты», который считает, что блоггер никогда не заменит профессионального журналиста, добывающего информацию в закрытых сферах. «Аккредитация при дворе, МИДе, правительстве, аппарате президента и т. д. — пишет Валерий. — Военная журналистика, командировки в места ЧС, работа с правоохранительными органами. И еще много чего. Все это — очень недешевая деятельность, требующая, чтобы журналист представлял конкретную организацию, с которой можно спросить в случае чего. Это не могут быть блогеры… Места для самодеятельности я тут не усматриваю категорически. Ведь любая такая организация ВЫБИРАЕТ субъекты сотрудничества сама. И с частным лицом дела иметь никто не будет.»