Чтение онлайн

– Да. А ты разве не знала, что вампиры имеют способность читать мысли людей? – Казалось, он удивился. И почти с отвращением продолжил: – Но могут и не читать. Если доверяют и верят человеку настолько, что не пользуются при встрече с ним своим даром. Как я доверял тебе, верил… Что говорить, я сам дурак, хоть и считаю себя выше смертных. Те же самые ошибки…

Лестер развернулся и посмотрел на меня. На смену паническому страху пришел настоящий ужас. Я действительно зашла далеко – я слишком сильно задела вампира.

– Лишь в отличии от смертных, – странным голосом произнес он, – я умею исправлять последствия собственной глупости. Тебе удалось обмануть меня, но в остальном… Прости, Элиза, но все будет по моему сценарию.

Лестер с силой обнял меня – прежде чем я успела понять, что именно он хочет сделать – я почувствовала, как его зубы сомкнулись на моей шее. Я хотела было сопротивляться, но вампир так крепко прижимал меня к себе, что все мое распростертое тело находилось в его власти. Я оставила жалкие попытки вырваться, и Лестер впился клыками в мою шею. Его губы прикоснулись к моей коже и мурашки побежали у меня по спине. Как при поцелуе…

– Не закрывай глаза, – шепотом попросил он.

Я не понимала, о чем говорит вампир. У меня исчезли все мысли, я лишь чувствовала, как кровь постепенно покидает мое тело. Слабость накатила с невероятной силой. Она была безумно приятной, она приносила с собой спасительное забытье… На несколько минут меня полностью парализовало от слабости, вызванной большой потерей крови. Мне стало казаться, что мы парим в невесомости, или же куда-то летим с поразительной легкостью. Лестер же все не отпускал меня.

«Вот и конец» – с облегчением подумала я. Какое счастье умереть в объятиях Лестера! Это и есть его месть? Боже, но я ей бесконечно рада… Пусть обнимает меня крепче, а боль можно и потерпеть. Тем более, что ее почти и не осталось. Все же вампир знает свое дело. Он безупречен во всем, убивает он тоже идеально…

Вдруг с удивительной отчетливостью я ощутила, как резким движением Лестер разжал зубы на моей шее, оставив на ней две крошечные ранки. И почти тут же он ногтем своей руки расцарапал себе горло. В то же мгновение алые капельки крови выступили у него на шее. Я непонимающе смотрела на них и чувствовала, как меня с непреодолимой силой влечет к ним.

– Пей, Элиза, – умоляюще произнес Лестер, но в его голосе прозвучала также и угроза, смешанная с нетерпением.

И в то же мгновение сочившаяся из раны кровь коснулась моих пересохших полуоткрытых губ. С трепетом я коснулась языком кровавой полоски… и все перестало существовать. Рот мой сам собой открылся шире, и губы сомкнулись на ране. Я прижалась к нему еще сильнее. Приникла к Лестеру с такой силой, что чувствовала каждый изгиб его идеального тела. Я ощущала нежное прикосновение его головы и крепость объятий. Я пила его кровь, и мне она казалась самым прекрасным напитком на свете. Она была сладкой, ароматной… и его. Она дарила мне невероятное наслаждение, умиротворение, спокойствие – все то, что не мог мне дать сам Лестер. Но в то же время вместе со своей кровью вампир дарил мне и себя.

– Я люблю тебя, Элиза. Люблю… – с придыхом шептал мне он на ухо. Его губы ласково целовали мои волосы.

Все внимание, все силы моего тела и души сосредоточились на этих маленьких, едва заметных ранках на шее вампира. В тот момент они были для меня самым главным, самым важным в жизни…

Я слышала стук сердец – моего и вампира. Они стучали в унисон, и были как бы единым целым. В те минуты мы с Лестером в первый и последний раз составляли по-настоящему одно целое. Такого рода близость может быть лишь у любовников и у женщины с ее ребенком во время родов. Это момент, когда стук наших с Лестером сердец слился воедино и был мигом величайшего наслаждения…

Мне казалось, что это продолжается вечно. Я чувствовала, что вампир слабеет, дыхание его стало едва слышным и хриплым. Он более ничего не говорил, просто прижимал меня к себе. Но даже в его прикосновениях чувствовалась нежность и любовь.

Наконец он меня, приложив некоторую долю усилия, отодвинул.

– Хватит, Элиза. Достаточно, – еле слышно проговорил вампир и отошел.

Меня это разозлило, но сие чувство длилось не больше секунды. Меня потянуло выйти на балкон, что я незамедлительно и сделала.

– Инстинкт, – слегка улыбнулся Лестер, и выглядел он при этом очень довольным.

На балконе был старик, один из моих слуг. Не осознавая, что именно я сейчас делаю, я припала к его морщинистой шее своими губами и вонзила – еще окончательно неизменившиеся – клыки. Начала пить. И снова такое же чувство, что более ничего не существует. Лестер, мой балкон, шум ветра – все исчезло. Наслаждение было близким к тому, что я испытала менее минуты назад, когда я слышала единый стук моего и Лестера сердец.

Не знаю, сколько это продолжалось. Я уловила за собой движение – вампир вышел вслед за мной. И сразу же была оторвана от моей первой жертвы.

– Идиотка, он давно уже мертв! – с присущей ему вежливостью сказал Лестер, и уже более миролюбиво добавил: – Запомни, нельзя пить кровь мертвеца.

Я сидела, прислонившись к перилам, и до меня медленно стала доходить истинна. Я смотрела в пустые глаза моего мертвого слуги, и начинала понимать весь ужас произошедшего. Осознавая содеянное, я похолодела.

Лестер внимательно следил за изменениями на моем лице. Увидев мой бессмысленный взгляд, сказал:

– Ты вампир, Элиза. Как ощущения?

Ощущение было много, и в первую очередь – новые зрения и слух. Кстати, благодаря последнему я услышала настоящий голос Лестера. Человеческому слуху он напоминал мягкий бархат. Теперь же он был похож на мрачные звуки какого-нибудь музыкального инструмента. Он не был лишен своеобразного очарования, и в нем отчетливо слышались властные нотки. Голос, подобный этому мог бы усмирять диких животных и петь священные гимны. В то же время ничего ужаснее мне еще не приходилось слышать.

Лестер начал злиться, не заметив от меня реакции на свои слова. у меня же был шок, и я медленно приходила в себя.

– Ну же, моя дорогая, – стал выговаривать он мне. – Я разочаровался в тебе. И не нужно смотреть с таким выражением лица на этого старика. Он сделал свое дело, и пора бы уже о нем забыть. У нас и без него слишком много дел…

– Он работал у нас столько лет, сколько я помню себя, – скорее себе, чем вампиру, сказала я. – Мне же пришлось его убить…