Чтение онлайн

Когда мне было пять, мама отдала меня в начальную школу при академии. Помню, она долго объясняла мне, что там будет много спортивных занятий, и что я должна хорошо себя вести, подружиться с другими девочками. Но ещё ярче я помнила другой момент.

— Лесса, — поймав меня перед первым выходом в школу, сказала мама, — Пообещай мне, что не будешь уходить из школы одна.

— А погулять?

— Нельзя, только вместе с учительницей и другими ребятами. Обещаешь?

Она тогда очень серьезно на меня посмотрела, а я, лишь бы поскорее пойти в загадочную школу, сказала ей без каких-либо мыслей:

— Обещаю!

А потом, в один день я и мои новые подружки решили на большой перемене посмотреть котенка во дворе. Казалось бы, ничего страшного, даже с территории не вышли… Я еще тогда размышляла, что если выхожу с подругами, то это же не «одна», верно? Тем более, что старшие девочки спокойно бегали к коробке на перемене…

Очнулась я в страшном и темном подвале, отдающем запахом сырости и плесени. Впрочем, мои подружки тоже были там… А ещё взрослые и очень злые дяди, переругивающиеся между собой.

— Ты зачем всех троих притащил?!

— А что я должен был делать? Ты сказал ребенок, пять лет, девочка, а их трое вышло!

— Ты….!

Когда один сильно ударил второго, меня сковало от ужаса так, что я не могла сделать и вздоха, не то что заплакать или закричать. Все, на что хватало сил, следить за мужчинами и пытаться не подавать признаков жизни, чтобы они не подумали обратить внимания… Только после стало еще страшнее. За покосившейся дверью раздались глухие удары, резко прекратившие ругаться мужчины, злобно что-то прошипев… Начали от нас избавляться. Сначала перерезали горло плачущей Марте. Я до сих пор отчетливо помню, как она кричала и как захлебывалась собственной кровью, брызнувшей на светлую школьную форму. Потом так же убили Найрин. Она пыталась сопротивляться, поэтому в первый раз ее убийца промахнулся, порезав ей плечо. Крик птицей метался по комнате, но и она скоро осела сломанной куклой. Когда же они повернулись ко мне, у меня перехватило дыхание, и я не могла даже закричать. Вернее, думала, что не смогу. Сначала меня подняли за шиворот, сдавив горло, и я затрепыхалась в попытке облегчить хватку, но им это не понравилось. Меня бросили обратно и схватили за запястья, удерживая. Внезапно придя в себя, я отчаянно забилась, пытаясь увернуться от неумолимо приближающегося ножа, сдавленно вскрикнула…

Наверное, я бы тоже осталась там. Такой же сломанной, перемазанной кровью куклой, только… мне просто повезло. В момент, когда он размахнулся ножом… Мой несостоявшийся убийца сам упал замертво. От ужаса, я буквально ничего не видела, мир плыл, и единственное, что оставалось — слушать и пытаться отползти подальше. Хотелось спрятаться от всех, но мужчина упал прямо на меня, придавив к холодному полу. Сил сдвинуть его не было, и я уже бессильно плакала от страха, надеясь, что хоть кто-то мне поможет… Сначала были слышны те же глухие удары, потом появилась мама и еще кто-то… Но это было так не важно! Мама была рядом! Я уже хотела прижаться к ней, но она лишь с болью сказала:

— Лесса, ты же обещала…

С тех пор я никогда не нарушала своего слова. Сначала неосознанно боялась, потом вошло в привычку… Хотя, скорее, пришло осознание того, чем может обернуться. Постоянные кошмары напоминали о том, что случилось, поэтому до десяти лет спала со включенным светом, ведь стоило оказаться в темноте, и снова чувствовался затхлый запах влажного камня, плесени, крови… Уже позже, незадолго до маминой смерти, я сама пришла к ней и с уверенностью и серьезностью шестилетнего ребенка пообещала ей всегда держать свое слово. Она тогда лишь улыбнулась, потрепала меня по голове… Я вздрогнула, выныривая из тяжелых воспоминаний и вытерла очередную слезинку. Кажется, придется сегодня снова спать со включенным светом. Черт бы побрал мою хорошую память…

Лексан

Вступительные Кай прошла весьма сносно. Становилось заметно, что она привыкла к нагрузкам, так что и последующие две недели были относительно успешны. Правда, когда она устает, делать что-либо с ней становится невозможно, но, думаю, я придумаю, как это решить. По крайней мере, то, что получается сейчас, уже выглядит намного лучше того, что было в начале лета: хотя она по-прежнему молчит, слез стало меньше, собранности больше, мозги заработали, и, в принципе, с этой девушкой уже можно работать.

И вот сейчас, после вечерней тренировки она вдруг выходит с таким лицом, будто под гипнозом убила человека, а теперь не понимает, что делать и терзается муками совести. Еще и порез на скуле, пара глубоких царапин на противоположном предплечье… Драка? Или всё-таки убийство?

Нет! Обещание. Что за маразм? Никогда не понимал подробного. Ну нарушила, но ведь по веским причинам. К тому же эта Эвори, или как ее там, не сдохла от этого, верно? Но, когда Кай еще и заплакала… У меня резко появилось желание сделать все, чтобы прибить эту Элиан. Странно, да? Хорошо, что Кай успокоилась раньше, чем я все продумал. Иначе я бы не смог объяснить причины этого поступка… Даже себе.

А за тортиком мы все же заехали. Правда, она как-то вяло участвовала в процессе. Надеюсь, мне не придется отводить ее к психологу.

— Надень что-нибудь с открытым рукавом и приходи ужинать, — попросил я, закрывая дверь в квартиру. Потом обернулся, чтобы встретиться с непонимающим взглядом синих глаз. М-да…

— У тебя царапины на предплечье, надо обработать.

Тут она взглянула на свою руку, удивленно вскинула брови и кивнув, направилась в свою комнату. Я же поставил пакет на пол у стола и пошел к себе. Мне тоже стоило переодеться и понять, что делать с Кай. Это ее состояние прострации напрягает. Она же не устроит мне истерику посреди ночи? Я не умею успокаивать девушек! Резкими движениями содрав с себя рубашку, я натянул домашнюю футболку и сжал зубы. Вот угораздило ж ее… Кстати говоря, а где они вообще подрались? Вроде бы в академии нет мест без камер, а Кай, при всей своей рассеянности не может не знать о них. Даже в душевых и туалетах стоят тепловизоры. Ага, наше руководство параноики. Да и кто бы не стал таким, обучая огромное количество подростков пубертатного периода, владеющих боевыми искусствами и носящих оружие? Не было бы таких рамок и к выпуску спецов оставалось бы всего пара человек. И те бы сцепились. А на третьем курсе вообще весело: помимо предотвращения драк, убийств и увечий, надо ловить парочки по раздевалкам, каморкам и прочая, ибо устав запрещает. М-да… Если Кай попала на камеру, то придется выкручиваться… Хотя, ее обидчицы тоже наверняка попали в объектив. Можно приписать как самооборону… Да, так и сделаю.

Собрав волосы в хвост, я отправился смотреть, что бы такого сегодня приготовить. Хотя, на мой взгляд, самое подходящее блюдо — тортик. Сладости вообще лучшее изобретение человечества.

Кай приползла на кухню, когда я уже расставлял тарелки на столе. Выглядела она, мягко говоря, не очень. Опять себя накручивает. Я проследил как она молча с отсутствующим взглядом садится за стол, и достал из нижнего шкафчика аптечку. Вспомним уроки первой помощи…

— Где вы хоть драку-то устроили? — спросил я, осторожно смазывая йодом ее предплечье. Потом налепил пластырь и полюбовался на творение рук своих. Красота. Да я первоклассный медик!

— Ругаться будешь… — пробормотала она. Я скептически вскинул бровь. Чем она меня вообще слушает? Иногда кажется, что не слушает вообще.

— Не буду, колись.

Я завис над аптечкой размышляя, чем бы обработать ей скулу. Йод будет долго смываться…

— В душе.

— О-о, наивные, — я усмехнулся и взял мазь для заживления.

— Почему?

— Ты же не думала, что там нет камер?

Судя по ошарашенным глазкам, реально именно на это и надеялась.

— Но, это же…

— Неэтично? — я иронично на нее посмотрел и пришлепнул ей на щеку пластырь, — Поверь, это последнее, что волнует наше руководство.

Она нахмурилась и потерла больную скулу пальцами. Да уж, детка, с таким наивным видением мира рано или поздно ты вляпаешься в какую-нибудь задницу. Точнее, уже вляпалась. В нашу профессию, которая, как по мне, тебе вообще не подходит, но мы это исправим…

— Так, все, ужинай и вперед в зал. Пятьдесят кругов ждут тебя.

Как и всегда Кай не отреагировала и с самым невозмутимым видом взялась за вилку. Может, мне все же вызвать психолога?