Чтение онлайн

Белла открыла дверь.

У окна стоял Флинн.

Флинн.

Высокий, красивый и всё такой же невероятно уверенный в себе.

Она невольно задержала дыхание.

Неужели он всё-таки купил «Фонтэн»?

Но зачем?

Потому что это была выгодная сделка?

Или причина была совсем другой?

Его взгляд скользнул по ней, а в уголках губ появилась осторожная улыбка.

Белла сглотнула, не в силах отвести от него взгляд.

На нём был безупречно сидящий чёрный костюм и белая рубашка. Он больше походил на модель с обложки журнала, чем на руководителя крупной инвестиционной компании.

Флинн повернулся к Феликсу.

— Спасибо, мистер Коэн. Если вы сможете оставить меня на несколько минут наедине с нашим новым ведущим дизайнером, я буду вам очень признателен.

Значит…

Он всё-таки повысил её.

Может быть, потому что чувствовал себя виноватым.

Может быть, потому что считал себя обязанным ей после того, как она отказала Марко.

Белла спрятала руки за спину и крепко сцепила пальцы, чтобы скрыть дрожь.

Она не хотела, чтобы Флинн понял, насколько сильно её до сих пор ранит одно только его присутствие.

— Конечно, — ответил Феликс.

Когда Феликс вышел, Белла заметила на его столе большой аквариум. Вместо рыбок в нём были песок, лампа накаливания, какая-то ветка и…

Что это было за зелёное существо?

Флинн дождался, пока за Феликсом закроется дверь, прежде чем заговорить.

— Ты сказала, что игуана необязательна, но я не хотел рисковать.

Она не знала, что ответить. Её взгляд остановился на Флинне, словно она пыталась заново понять, кто он такой.

— Зачем ты купил «Фонтэн»?

Он пожал плечами, будто покупка крупного модного дома была самой обычной деловой сделкой.

— «Бейнбридж Кэпитал» нужно диверсифицировать бизнес. Индустрия моды — это рынок с оборотом в три триллиона долларов, а создание образовательного фонда для рабочих фабрик в Бангладеш — отличная возможность снизить налоги. — Его голубые глаза были серьёзными и напряжёнными. — Но самая важная причина в том, что ты здесь работаешь.

Тогда она впервые позволила себе немного надеяться.

А потом сразу напомнила себе, что Флинн всегда говорил о её деловой хватке. Возможно, он просто хотел, чтобы именно она помогала ему управлять модным домом.

— И ты позвал меня, чтобы…

— Чтобы извиниться. С помощью ящерицы. Признаю, это не мой обычный способ. Поэтому я принёс ещё цветы. И конфеты.

Он указал в дальний угол кабинета, где среди образцов тканей и досок вдохновения Феликса стояли букет красных роз и золотая коробка конфет.

Флинн медленно подошёл к ней, внимательно наблюдая за её реакцией.

Впервые с того самого вечера в холле отеля он выглядел не самоуверенным, а уязвимым.

— Послушай, Белла, прости, что солгал тебе и держал тебя подальше от Марко.

Она нахмурилась.

— Ты извиняешься?

— Ну… не совсем. То есть да, мне действительно жаль, что я солгал о том, кто я такой. Но я не жалею о том, что пытался держать тебя подальше от Марко. Я бы сделал это снова.

Его голос стал тише, а взгляд будто просил её понять.

— Мне пришлось держать тебя подальше от него, потому что я слишком сильно хотел, чтобы ты была со мной.

Она не сразу поняла, что именно он сейчас сказал.

Он просил прощения?

Или признавался, что хочет с ней будущего?

Флинн сделал ещё один шаг вперёд, не сводя с неё глаз.

— Несмотря на все интриги и полуправду, когда я был рядом с тобой… когда целовал тебя… для меня это никогда не было притворством.

Первый поцелуй…

Наверное, он всё-таки был настоящим.

Позже тем же вечером он обвинял её в том, что она охотится за деньгами Марко. Но ведь тогда же признался, что вовсе не собирался её целовать.

Просто не смог устоять.

Белла внимательно смотрела на него, всё ещё пытаясь понять, не ошибается ли снова.

— Значит, ты пришёл сюда с цветами и конфетами…

— И с повышением.

— И думаешь, что после этого тебе всё простят?

Он указал на аквариум.

— Я ещё и игуану принёс.

Она невольно рассмеялась.

Его голос звучал слишком искренне, чтобы это можно было сыграть.

— Ну что ж… тогда это всё меняет.

Он поднял руку, словно приносил клятву.

— Ничего из того, что я говорил или делал рядом с тобой, не было притворством. Я никогда не пытался от тебя избавиться. — Он подошёл ещё ближе. — Я пытался тебя удержать.

Она слегка наклонила голову.

— Правда? И когда ты решил… что хочешь меня удержать?

— В тот день, когда мы плавали с маской и трубкой.

На его губах появилась знакомая озорная улыбка. Он задумчиво потёр подбородок.

— Хотя, может быть, ещё раньше. Возможно, в тот самый вечер, когда я решил узнать о тебе побольше и увидел твою фотографию в платье с пайетками.

Она почувствовала, как жар приливает к щекам.

— Тебе не стоило так тщательно меня изучать.

— Я предпочитаю знать как можно больше о своих клиентах, коллегах и конкурентах.

— И кто же из них я?

Улыбка исчезла с его лица.

— Никто.

Он протянул руку и осторожно переплёл свои пальцы с её.

— Ты женщина, которую я хочу привести домой и представить своим родителям.

Её охватило тёплое, светлое счастье.

Он действительно хотел будущего вместе с ней.

— Тогда, наверное, очень удобно, что я уже с ними познакомилась.

— И они тебя любят. Так что всё складывается просто отлично.

Он притянул её к себе, и его голубые глаза встретились с её взглядом.

— И я тоже тебя люблю. Что тоже просто отлично.

Она улыбнулась, чувствуя, как вся боль, накопившаяся за эти выходные, медленно растворяется под его прикосновением.

Флинн наклонился и поцеловал её.

Не лёгким поцелуем.

Это был поцелуй, в котором он искал ответ, искал подтверждение её чувств.

Она обняла его за шею и постаралась вложить в этот поцелуй всё, что не могла выразить словами.

Кажется, когда его губы коснулись её шеи, она даже несколько раз прошептала, что тоже его любит.