Когда закон бессилен
Шрифт:
— Коновалы хреновы, — зло процедил он. — Если с ней что-нибудь случится, я вас, суки! — сжал кулаки, отбросил сломанную сигарету и побрел дальше.
— Земляк, — окликнул его рослый парень в короткой кожаной куртке, — дай-ка закурить! — Хрипатый полез в карман за сигаретами.
— Ты немой что ли? — насмешливо поинтересовался парень. Георгий молча протянул пачку.
— Богатенький Буратино, — насмешливо проговорил подошедший справа второй парень. — Может, пачку подгонишь? — Хрипатый резко отдернул от его протянутой руки сигареты. — Ты чего? — угрожающе шагнул к нему парень. Георгий кулаком врезал ему между ног. Приглушенно взвыв, тот присел. Каблуком вскинутой вверх правой ноги Хрипатый ударил его в лицо и той же ногой встретил первого. Из стоявших метрах в десяти «жигулей» к нему с матом рванулись еще двое. Хрипатый бросился навстречу. Поймав первого за- выброшенную в прямом ударе руку, ладонью резко хлопнул по локтю. Рывком бросил заоравшего парня под ноги второму. Мгновенно остановившись, тот испуганно взглянул на Хрипатого и, примирительно подняв руки, торопливо заговорил:
— Все, хорош, я только… — прыжком приблизившись, Георгий боковым в челюсть бросил его на асфальт.
— Стоять! — услышал он требовательный крик. Оглянувшись, увидел двух бежавших к нему милиционеров. Приотстав, третий что-то быстро говорил в переговорное устройство. Хрипатый рванулся к дороге. С визгом покрышек об асфальт занесло шедшую на скорости «волгу». Из нее вслед ему раздались проклятия. Милиционеры бросились за Хрипатым. Вбежав в подворотню, он метнулся за угол и выскочил в узкий переулок. Со стороны проезжей части в переулок на скорости завернули милицейские «жигули». С другой стороны ему навстречу бежали двое милиционеров. Выматерившись, он перебежал переулок, влетел во двор шестиэтажки и нырнул в арку. Прижавшись спиной к стене, прислушался…
— Проверьте подъезд! — скомандовал кто-то. — И осторожнее! Парень спец в рукопашном!
Хрипатый выглянул, увидел спину вбегавшего в подъезд милиционера и неторопливо пошел обратно.
— Бегущего парня не видели? — спросил молодой сержант.
— Мимо какой-то в арку выскочил, — прохрипел он! — Вон туда.
— За мной! — скомандовал рванувшийся под арку сержант, следом бросились двое. Хрипатый спокойно подошел к открытым воротам железного гаража.
— Извините, — обратился он к пожилому человеку, который возился в моторе, — огонька не найдется?
— Держи, — не поворачиваясь, тот испачканной в масле рукой протянул спичечный коробок.
— Что случилось? — прикурив, спросил Георгий.
— Да масло бросает! — буркнул пожилой.
— Можно посмотреть? — подойдя ближе, спросил Хрипатый.
— Конечно, — сразу согласился водитель. — Понимаешь в машинах?
— Не ас, — усмехнулся Хрипатый, — но, бывает, делаю. Похоже, кольца залегли, — сообщил он. — У вас новые есть?
— Есть.
— Давайте, — сняв куртку, Хрипатый взял ключ. Подскочивший к открытым воротам гаража милиционер увидел четыре ноги и две задницы согнувшихся над открытым мотором мужчин.
— Никого не видели? — быстро спросил он.
— Только забросанные маслом свечи, — хрипло ответил один.
Галина с покрасневшими от бессонной ночи глазами вышла из ворот больницы. Вздохнув, посмотрела на окна первого этажа.
— Галя! — услышала она голос сзади. Резко обернувшись, увидела подходящего Николая. За его спиной стоял «мерседес».
— Зачем ты здесь? — сердито спросила она.
— Я привез лекарство Павлику, — сказал он, — еще ночью. Витамины и какие-то антибиотики. Я не знаю названия. Просто..
— Что тебе от меня надо? — устало спросила она. — Я же говорила, что больше не хочу тебя видеть.
— Пойми, Коля, того, что было, не вернуть. Я тогда поверила твоим словам и была с тобой только для того, чтобы отомстить Андрею. Но ты сказал неправду! — голос ее окреп и зазвенел. — Я узнала твое истинное лицо. Мне неприятно тебя видеть!
— Я люблю тебя, — горячо проговорил он. — Я всегда любил тебя! И только поэтому не сказал тебе о смерти Андрея.
— Повторяю в последний раз! — твердо сказала Галина. — Я не хочу тебя больше видеть. Если ты подойдешь ко мне еще раз, я расскажу Павлу Афанасьевичу обо всем. Ты понимаешь, что тогда с тобой будет? — насмешливо, спросила она. По его лицу было видно, что он хочет что-то сказать, на сумел сдержаться, резко развернулся и дошел к машине.
— Не знаю, как вас и благодарить, — проговорил пожилой мужчина, — может быть, возьмете…
— Я тоже благодарен вам, — прохрипел Георгий, — давно с машинами не занимался.
— Папа! — откуда-то сверху раздался женский голос. — Ты скоро?
— Сейчас! — подняв голову, ответил пожилой. Проследив за его взглядом, Хрипатый увидел на балконе ярко-рыжук молодую женщину. Он узнал ее — старшая медсестра из отделения, в котором лежала Люда. Она тоже узнала его.
— Кто с тобой? — громко спросила она.
— Этот молодой человек помог мне починить машину, — весело ответил отец. — Я бы сам никогда не смог. Лена, — внезапно обрадовался он пришедшей в голову мысли, — приготовь нам что-нибудь выпить. Мы сейчас поднимемся. — Повернувшись к Хрипатому, улыбнулся. — Надеюсь, вы не откажетесь от рюмочки прекрасного коньяка? — Увидев раздумье в глазах прекрасного автомеханика, понял по- своему. — А потом Елена, это моя дочь, отвезет вас куда вам нужно.
Галина подошла к двери квартиры, достала ключи, но открыть дверь ей помешали слаженные голоса:
— Я знаю, меня ты не ждешь и писем моих не читаешь. Встречать ты меня не придешь, за стыд за позор посчитаешь! — Галина толкнула незапертую дверь и вошла.
— Давай, Виталик, за то, что хоть раз в жизни вместе по делу прошли, — услышала она незнакомый голос. Остановившись, испуганно замерла.
— А ведь получилось! — засмеялся Граф. Послышался короткий звон стекла. Галя неслышно отступила назад.
— И даже не протекает! — произнес незнакомый голос. — Я, оказывается, не только сейфы открывать могу.
— Ты, Виконт, классный сантехник. Меняй специфику работы. Сантехник сейчас — самый уважаемый работник в доме.
— А ты помощником пойдешь? — ехидно поинтересовался Виконт.
— Там видно будет, — усмехнулся Граф. — Сейчас…
— Здравствуйте, — перебил его веселый голос Галины.
— Добрый день, — почтительно проговорил попытавшийся подняться Виконт. Качнувшись, стал падать назад. Граф поймал его и посадил на стул. Галя увидела покрашенный шов стояка, улыбнулась.
— Мы это, — растерянно проговорил Граф, — сейчас…
— Да нет, ничего, — засмеялась она, — я просто забежала чтобы сказать, что я теперь буду жить в больнице с сыном. И хотела попросить тебя, чтобы присмотрел за квартирой. Й… — смущенно, не зная, как он воспримет это, попросила она, — если не трудно, покупать и приносить мне и сыну кое-какие продукты. Деньги я оставлю. А то там, в больнице…
— Насчет денег ты, голубушка, не волнуйся, — неожиданно не дал ей договорить Виконт, — дети — это святое. Да и не дочь миллионера ты, — усмехнулся он и, не давая сказать покрасневшей от смущения Галине ни слова, твердо закончил. — Так что не волнуйся. С хатой все путем будет! И сыночек твой будет иметь все. А что у него?