Чтение онлайн

— Это невозможно. Великая Госпожа не допускает ошибок, — голос баньши прозвучал неожиданно резко. — Если вам суждено было погибнуть под колёсами, никто не смог бы вам помочь. Не успел бы, или вовсе не оказался там, или…

Осекшись, она глубоко, тяжело вздохнула. Затем аккуратно, тоненькой струйкой налила заварившийся напиток в чашку Питера.

— Её пути неисповедимы, — продолжила Латоя — куда спокойнее, — и даже тот, кто знает день своей гибели, не сможет её избежать. Ведь если ты узнал день, значит, это тоже входило в её план.

— Но тем не менее Лайза здесь. Даже если и ваш, и мой Дар кричат о том, что она мертва, — мягко заметила Роксэйн. — Видимо, и у Владычицы Предопределённости случаются осечки.

Латоя, не отвечая, медленно наполнила мою чашечку.

— Как бы там ни было, — решительно продолжила я, — на том переходе, где меня чуть не сбили, была эта безликая тварь. И тем же вечером она пришла в мой дом, и мне пришлось бежать. С тех пор она меня преследует.

— Интересная история, — довольно-таки равнодушно откликнулась баньши. — А я-то тут при чём?

— Из-за вашей подруги. Мэлори. Её ведь тоже сбил мобиль, а накануне она видела тварь, похожую на Кромешника.

Баньши отвернулась.

— Откуда вы знаете?

— Слухами земля полнится, — невозмутимо ответила Рок. — Кто-то в сети распространил историю о том, что в ночь накануне гибели Мэлори пряталась в шкафу от Кромешника, скрёбшегося в окно её комнаты. Эту байку растащили по всем сайтам о Дюнетэни, но мы бы хотели услышать от вас, правда ли это.

Поставив чайник рядом с раковиной, Латоя неторопливо побарабанила длинными пальцами по столешнице. Внезапно развернувшись, прошла к выходу из кухни.

— Подождите минутку, — бросила она через плечо. — Я сейчас.

Мы проводили её недоумёнными взглядами.

— Может, стоило её остановить? — негромко поинтересовался Питер. — А вдруг она в стражу позвонит?

— Не знаю. Хотя с чего бы? — я нервно взяла чашку с чаем в ладони. — О нашем розыске ведь не объявляли всенародно. К тому же мы под мороками.

Роксэйн ничего не сказала. Лишь, аристократично оттопырив мизинчик, молча поднесла свою чашечку к губам.

К счастью, Латоя не подтвердила наших опасений. Она вернулась через пару минут, перекинув через руку тканевый чехол для одежды, комкая в кулаке что-то чёрное.

— Вот. — Баньши протянула чехол мне. — Держите.

Я недоумённо отодвинула стул, положив чехол на колени.

— Что это?

— Откройте.

Кинув быстрый взгляд на ребят, я послушно потянула за пластиковую «молнию».

Внутри был чёрный брючный костюм. Самый обычный, с пиджаком и белой рубашкой.

— Моего отца, — сообщила Латоя. — Родители сейчас в загородном доме, они там обычно всё лето проводят.

— И?..

Латоя потеребила то, что сжимала в кулаке: кажется, обычные колготки из чёрного капрона.

— Я видела тень её смерти. Мэлори. Я смотрела ей в глаза и знала, что она скоро умрёт. И не могла её предупредить, — она говорила сквозь зубы, точно превозмогая боль. — Баньши, которая раскроет планы Великой Госпожи до их свершения, потеряет дар. И скоро погибнет. Вроде бы случайно — болезнь или трагический инцидент, — но ещё не было случая, чтобы это правило нарушалось. — Латоя подплыла к кухонному окну, вглядываясь в летний сумрак. — Вы знаете, что такое тень смерти? Для вас, людей, ваша тень — просто тёмное пятно на земле, но мы видим огромные чёрные крылья. Как у бабочки. Смотрим на них и откуда-то понимаем, сколько осталось человеку до смерти. Чем ближе день встречи с Великой Госпожой, тем отчётливее эти крылья. А накануне гибели они начинают отливать в фиолетовый. Страшно и красиво…

Роксэйн молча, чуть прищурившись, следила за её движениями; в глазах баньши сквозило странное понимание.

— О Кромешнике я узнала от Мэлори. Где-то за месяц до её гибели. Новая модная страшилка, как же она могла такое пропустить… она так любила страшные истории. Видеоролики мне про него показывала, игры… рассказала о людях, которые умерли вскоре после того, как его увидели. — Баньши расправила ладонью чёрный капрон, и я поняла, что это не колготки, а скорее чулок. Плотный, непрозрачный, странно короткий. — И тогда я подумала… Я не могла сказать Мэлори, что она скоро умрёт, но если я предупрежу её другим способом — может, она будет осторожнее? Будет бояться смерти? Как-нибудь убережётся от…

Коротко, шумно выдохнув, Латоя натянула чулок себе на голову. Повернулась к нам, явив чёрное, без единой черты лицо.

Потом взмыла под самый потолок — и когда, вздёрнув голову, я посмотрела на баньши, парящую в воздухе, внезапная догадка сковала сердце тоскливым холодом.

— Глупая, глупая я… — Латоя медленно опустилась обратно, зависнув в паре сантиметров над полом; из-за чёрной маски голос баньши звучал несколько приглушённо. — Я же тогда не знала, что планы Великой Госпожи нерушимы. И если попытаться изменить её план, она просто перестроит его. Так, чтобы твои действия входили в него. — Баньши сдёрнула обрезанный чулок с головы, и прежде гладкие волосы её взъерошились, торча в стороны непослушными прядками. — Мэлори увидела Кромешника и, конечно же, испугалась, что он заберёт её. Даже не пошла в кино с однокурсницами, хотя у одной из них был день рождения, и после кино они всей компанией собирались идти отмечать. Первым делом Мэл сообщила о чудище мне. Потом и однокурсницам написала, тем самым, с которыми должна была идти в кино. И все, кроме меня, пытались её успокоить, доказать, что ей приснилось, померещилось… так что под вечер она немного осмелела. Даже выбралась из дома за хлебом к ужину, по маминой просьбе. — Баньши помолчала. — Но до булочной не дошла.

— Ты надела папин костюм, — обречённо проговорила я. — И маску из чулка. Ты подлетела к её окну. — Я прижала ладони к вискам. — Ты была Кромешником, которого она видела!

— Не совсем правильным, конечно. Меня осенило лишь под вечер, и колготки нашлись только чёрные, а бежать в магазин за серыми было поздно. Но Мэлори хватило и этого. — Латоя криво, страшно улыбнулась. — Я пыталась уберечь её от гибели, но если бы она не испугалась мифического Кромешниками, а всё-таки пошла в кино… в тот час, когда её сбил мобиль, она бы сидела дома у одной из них и пила чай с праздничным тортиком.

Я почти не слушала.

Всё, что мы предполагали — всё оказалось пустышкой. Ликорис не имеет ко мне никакого отношения. Несчастный случай после появления Кромешника оказался просто несчастным случаем. Розыгрышем. И в этом свете все остальные несчастные случаи с полукровками сразу оказывались действительно случаями. Никакого коварного плана по истреблению потомков высших фейри.

Может, и жертва Ликориса действительно просто начиталась страшилок на ночь?

— Путь, уготовленный тебе Великой Госпожой, неисповедим. С него невозможно сойти. Я не знаю, девочка, как ты избежала гибели, и не знаю, что это за тварь, которая тебя преследует, но одно могу сказать — ты не сможешь бежать от неё вечно. — Латоя пристально, в упор смотрела на меня. — Рано или поздно поцелуй Владычицы Предопределённости настигнет тебя, и нужно ли вообще в таком случае бежать? — бледные губы баньши вновь скривила улыбка. — Да, пей чай, а то остынет. В конце концов, кто знает, сколько тебе ещё осталось чаепитий…

***

— Ну что там? — с тщательно скрываемым нетерпением поинтересовался Эш, когда я открыла дверцу мобиля.

Я села назад, рядом с притихшим Питером. Молча.

Я не знала, что сказать.

— Это был не Кромешник. Вообще не порождение Дикой Охоты, — без намёка на эмоции произнесла Роксэйн, заняв переднее сидение. — Её подруга… она её разыграла. Переоделась в Кромешника.

Глаза Эша расширились:

— То есть… это не убийство?

— Нет.

— И тварь не имеет к этому никакого отношения?