Чтение онлайн

Следует обратить внимание на огромную временную дистанцию между появлением определений по Аристотелю (IV в. до н. э.) и по А. Тарскому (ХХ в. н. э.). Видимо, в течение 24 веков человечество вполне довольствовалось только лишь определением Аристотеля.

Для любого из этих определений истинность достигается за счет включения нормативно-ценностных факторов образования и функционирования знания в единую систему критериев, а не за счет абстрагирования от них, отказа от их учета.

Надо уточнить сначала, что такое единая теория смысла знаний. Возьмем за основу утверждение, что именно семантика с координатой, называемой «истинность», лежит в основе смысла знаний. Но вся сложность здесь в том, что истинность слишком сильно связана с интуицией. А эта категория пока слишком мало изучена, здесь много мистики, но если бы найти возможность ее формализовать, то в итоге получилась бы та количественная мера, которую можно было бы положить в основу методического инструментария оценки смысла знаний.

И многие исследователи брались за исследование этой проблемы. Но здесь выявляется следующее интересное обстоятельство. Во всех работах практически нет их продолжения, нет развития этих идей. Создается впечатление, что у этих исследователей весь результат сводится только к общим словам и благим пожеланиям. Они, безусловно, очень правильные, полезные, интересные, но не обладают конструктивным потенциалом, там нет методик, а следовательно, отсюда исходит невозможность их практической реализации.

Как мы видим, именно поэтому представляется целесообразным как один из вариантов, который предположительно будет иметь внедренческое продолжение, рассмотреть проблему истинности с позиций такого сложнейшего и универсального устройства, как мозг. Потому что мозг как устройство не только сам генерирует знания и одновременно получает знания от других, но также и определяет их истинность, формируя таким образом еще одну дополнительную координатную ось.

Зададимся вполне закономерным вопросом: с каких позиций можно рассматривать мозг? Ответ может быть рассмотрен только в плоскости понимания такой категории, как сущность жизни, в плоскости развития живой ткани, живого организма. То есть надо связать истинность знания с потребностью жизни и всего живого и рассматривать интуицию, истинность как свойства живого. Без этого у нас получится всего лишь обычный неживой компьютер.

У компьютера функций живого нет, а без этого компьютер будет иметь преимущество перед живым мозгом только в скорости обработки информации, но никогда не станет на уровень живого интеллекта.

Из этого следует, что моделировать 1) интуицию и 2) истинность необходимо на основе анализа функций мозга. Этот аспект определяет технологию получения того, что мы называем НЗ. Компьютер НЗ не сформирует, хотя бы потому, что ему это не нужно.

Рассмотрим простой пример. Пусть мы имеем ситуацию, когда некоторое сообщество людей на своем уровне развития считают и уверены в том, что Земля плоская. И у этого сообщества имеется сверхсупермощный компьютер, который может вычислять любые функции и обладает огромной базой данных. Вопрос: этот компьютер сможет без воздействия человека, сам по себе, самопроизвольно, по собственной инициативе получить НЗ в виде утверждения «Земля круглая»? Вот если сможет, тогда можно поверить в могущество интеллекта компьютера, а пока…

Почему компьютер не может решить эту задачу? Потому что ему это просто не нужно. А не нужно потому, что он не есть живое существо. Если бы он был живым, он бы увеличивал энтропию необходимых ему ресурсов для уменьшения энтропии своей структуры. Тогда и стремление увеличить эту внешнюю энтропию заставило бы его познать внешнюю среду, т. е. генерировать НЗ. Иначе он умер бы от голода. А компьютер ради того, чтобы существовать, будет генерировать НЗ? Нет, потому что он не живой. Ему это не надо в принципе.

Итак, генерация НЗ осуществляется мозгом на основании интуиции [19]. Интуиция занимает одно из центральных понятий в науке о мозге, поэтому остановимся на анализе имеющихся ее определений и постараемся вычленить в них нечто общее, что позволит нам продвинуться в понимании происходящих в мозгу процессов. Ввиду неоднозначности понимания термина «интуиция» и, главное, неизученности механизмов ее возникновения на нем следует несколько акцентировать внимание. Это необходимо главным образом для того, чтобы сформировать некоторое «усредненное» определение, что важно для дальнейших исследований.

По Платону. Созерцание идей (прообразов вещей чувственного мира) есть вид непосредственного знания, которое приходит как внезапное озарение (интуиция), предполагающее длительную подготовку ума [74].

По И. Канту. Интуиция используется как первичное понятие по отношению к осознанию вещей и не зависит от посредства понятий [60].

По Гегелю. Интуиция – познание в виде чувственного созерцания. Она дает знание как «безоговорочно несомненное», «ясное, как солнце… только чувственное», тайна интуитивного познания «сосредоточена в чувственности» [18].

По Бергсону. Интуиция есть инстинкт, она возникает непосредственно, без предварительного научения как определяющая форма поведения. Она невыразима через анализ и синтез [10].

По Словарю русского языка. Интуиция – безотчетное стихийное, непосредственное чувство, чутье, основанное на предшествующем опыте и подсказывающее правильное понимание, способность постижения истины непосредственным путем, без обоснования ее при помощи доказательств.

По Словарю иностранных слов. Интуиция – это чутье, проницательность, непосредственное постижение истины без логического обоснования, основанное на предшествующем опыте.

По Оксфордскому словарю современного английского языка. Интуиция – внезапное понимание чего-то без сознательного рассуждения или изучения.

По Словарю английского языка Вебстера. Интуиция – акт или процесс получения прямого знания или определенности без рассуждения или вывода; откровение, полученное инсайтом или природным знанием; внезапное понимание или познание.

По Большой советской энциклопедии [14]. Интуиция – постижение истины путем непосредственного ее усмотрения без обоснования с помощью доказательств. Сформировавшаяся на основе процесса существующего опыта субъективная способность выходить за его пределы путем мыслительного схватывания (озарения) или обобщения в образной форме непознанных связей, закономерностей.

Из всех приведенных определений видно, что, будучи различными, толкования интуиции имеют и нечто общее.

Это, во-первых, подчеркивание момента непосредственного интуитивного познания, достижимого без предшествующего рассуждения (в отличие от опосредованного, дискуссионного характера логического мышления).

Во-вторых, уверенность в правильности результата (достоверность, безоговорочная несомненность, очевидность), как бы ничем не оправданная (никакими умозаключениями).

В-третьих, значимость предварительного накопления знаний (длительная подготовка ума, предшествующие знания и опыт).