Чтение онлайн

— Откуда мне знать, кто ты на самом деле? — сказал Жихарь. Он, как ни всматривался, не мог отличить этого Яр-Тура от того, с кем попрощался на своем подворье.

— Помнится, в подземельях Вавилона мы вам поверили, — сказал король. — А ваше тогдашнее положение было в чем-то подобно моему нынешнему…

— Может, ты меня в спину ударишь? Я здешних порядков не знаю… Те, кто нас встретил, мне сильно не понравились…

— Это бывший человеческий сброд, сэр Джихар, — толпа, ждущая подачки от живых родственников. Они и при жизни норовили устроиться за чужой счет, и здесь могут только горланить и требовать. Настоящие люди и в здешнем царстве остаются при деле — иные охотятся, иные упражняются в воинских искусствах и полезных ремеслах, иные спорят о загадках мироздания. Но мы сейчас напрасно тратим время…

— Чего ж ты меня на земле не предупредил, что встретишь здесь?

— Я полагал, что вы догадались, — вздохнул Яр-Тур.

— О чем? — заорал Жихарь.

— Добрый сэр Лю ничего вам не объяснил?

— Ничего… А чего объяснять?

— Понятно, — сказал король. — Он не захотел отягощать вас еще одной заботой… Возможно, он был прав — то, что я вам сейчас скажу, не ослабит уже ни вашей руки, ни вашей решимости…

— А говорил — время дорого, — напомнил Жихарь.

— Сэр брат, в тот самый миг, когда мой презренный племянник, предатель и мятежник Мордред, уже насаженный на мое копье по самое кольцо рукояти, ударил своего короля сбоку по голове, и рассек меч преграду шлема и черепную кость, — в тот самый миг Смерть и покинула наш мир. А я остался один-одинешенек между мертвыми и живыми… Если только про человека, одновременно существующего в двух мирах, можно так сказать — один-одинешенек… Легче вам стало от этой правды, сэр Джихар?

— Чего ж ты за мной не послал, если начался мятеж? — вот и все, что нашел в ответ Жихарь.

— Это было сугубо семейное дело, брат… Внутреннее…

— Я, выходит, посторонний… Значит, если суждено мне отыскать и воротить в мир Смерть, то ты тогда…

— Не думайте об этом, сэр Джихар! Я не стал бы совсем показываться вам здесь на глаза, если бы не боялся, что вы с вашим спутником заблудитесь в тумане…

— А может, и нет, — вдруг сказал Колобок.

— Что — нет? — Побратимы уставились на Гомункула.

— Я говорю — может, король потом с нами останется. На нашей стороне.

— Да! Конечно! — с подозрительной радостью отозвался Яр-Тур. — Потом сэр Лю с этой славной старушкой поставят меня на ноги, и мы совершим еще немало славных подвигов…

— Все! — сказал Колобок. — Я черствый. Я бессердечный. Мне наплевать на ваши людские дела. Мы зачем сюда пришли? За Смертью. Вот и давайте ее искать. А то бороду вырву — мне сподручно! — пригрозил он богатырю.

Жихарь скрипнул зубами, зажмурился и попробовал сосчитать до десяти, но опять не смог.

— Что за дверью? — спросил он.

— Здешний владыка — лорд Наволод, — ответил король. — Он здесь первое лицо…

— А ты видел это лицо? — спросил Жихарь. — Может, он с живым и разговаривать не станет? Да и откроется ли дверь? Да и пропустят ли нас к нему?

— Дверь не закрыта, — сказал король. — Но мертвецы туда почему-то не суются. А лорда Наволода я не видел, да и никто из здешних, насколько я знаю, не видел…

— Заодно и познакомимся, — сказал богатырь и толкнул дверь.

Место, где они очутились, не походило ни на что, виданное ими доселе.

— Это лес? — спросил Жихарь.

— Больше похоже на корабельную верфь, — сказал Яр-Тур. — Но откуда столько пыли?

— Эх, люди! — ухмыльнулся Колобок. — Это же полки для бумаг, просто очень длинные и высокие. Архив какой-нибудь… Значит, тут и пыль должна быть, и паутина, и мыши эти мерзкие…

— Хозяин! Эй, хозяин! — закричал Жихарь, не больно-то и сам заботясь о вежливости.

Никто ему не откликнулся.

— В какую сторону идти? — озадачился богатырь.

— Не имеет значения, — пожал плечами Яр-Тур. — Полки тянутся и направо, и налево.

— Поглядите под ноги — нет ли следов? — подсказал Колобок и погасил свой фонарик.

Следы скоро нашлись — обыкновенные человеческие следы, не какие-нибудь там копыта или лапы с перепонками и когтями, а невеликие, неглубокие, без каблуков — вроде как домашние тапочки.

— Не может быть, чтобы владыка мертвых да без сапог щеголял — это кто-нибудь из слуг наследил, — предположил богатырь. — Здешний хозяин должен быть высок ростом — вон полки-то куда уходят!

— Что гадать — пошли по следам, — сказал король.

Жихарю страсть хотелось узнать, что за грамоты пылятся на полках — старинные летописи, указы, новеллы, устареллы? Но следовало торопиться.

«Верно мне Карина говорила, что я равнодушный и бесчувственный, — думал Жихарь. — Кабы она не спала, то враз бы догадалась, что с побратимом неладно. Поэтому он и в баню не пошел — не желал показать смертельные раны… Да ведь и Лю говорил, что Яр-Туру не нужны уже никакие лекари… Но для дураков, видно, надо все объяснять прямыми словами — намеков мы не понимаем…»

Наконец пыли в богатырский нос понабилось столько, что Жихарь открыл рот и трижды чихнул.

Чиханье, тем более троекратное, и на земле бывает неспроста, оно предвещает всякие неожиданные события…

— Тихо! — сказал Колобок. — Впереди я слышу голос…

— Я, кажется, тоже, — отозвался король.

— …Три миллиарда восемьсот сорок миллионов двести двадцать семь тысяч сто девяносто пять… Три миллиарда восемьсот сорок миллионов двести двадцать семь тысяч сто девяносто шесть…

— Видите его? — шепнул Колобок.

Впереди, опершись на полку и задрав вверх лысую голову, стоял человек низменного роста в полосатых портках, серой рубахе и меховой бабьей душегрейке. На немалом носу человека сидели стеклышки в оправе. И обут он был именно в тапочки.

«А вот он считает — и у него получается!» — удивился Жихарь. И кашлянул в сторонку — как бы тоже от пыли.

Человек не испугался, не вздрогнул — лениво повернул голову, склонил небритый подбородок и поверх стекол уставился на пришельцев.

— Надо же! — воскликнул небритый. — Представляете — количество умерших от голода в сто девяносто тысяч раз превышает количество скончавшихся от переедания!

— Здравствуйте, сэр! — поспешно, чтобы Жихарь чего-нибудь не ляпнул, воскликнул Яр-Тур.

— Желать здоровья в этих местах бессмысленно, но все равно спасибо, — сказал человек. — И сдается мне, что вы, как бы сказать, не совсем…

— Верно, добрый сэр! Князь Джихар, — он тычком в спину заставил богатыря поклониться, — так вообще живой, да и я частично… Мы ищем сэра Наволода…

— Это я и есть, — сказал владыка мертвых. — Вообще-то сюда входить запрещено, да и никто не осмеливался — вот я и снял стражу с дверей и задействовал ее для учета… Знаете, многие мне не верят, но Смерть — это прежде всего учет! Строжайший учет!