Чтение онлайн

— Не подведите меня и убейте дроу, — предупредил колдун, принадлежавший к нетерезской знати. — Не схватите Далию живой — будете молить о смерти целую вечность.

— Угроза? — спросил Джермандер так, будто его это позабавило.

— Дрейго Проворный, — напомнил Эффрон. При упоминании об этом действительно могущественном шадоваре воин тут же растерял всю свою спесь. — Обещание, — закончил Эффрон.

Его тяжёлый пристальный взгляд перемещался с одного наёмника на другого. Затем он медленно удалился.

— Возьмите Миража, — сказал Рэтсис, как только Эффрон ушёл.

Мираж была той, из-за кого он поправил счёт Джермандера, настаивая, что их было восемь, а не семь.

Джермандер с сомнением уставился на него.

— Клинки дроу будут представлять собой проблему и опасность, когда мы попытаемся захватить Далию, — продолжал Рэтсис. — Я не хочу объясняться в причинах преждевременной смерти Далии таким, как Дрейго Проворный!

— Я могу оттеснить его, — решительно заявил один из шейдов — едва одетый крепкий и мускулистый тифлинг, держащий короткое копьё.

— И я могу, — вставил другой шейд — некто человеческого происхождения с кожей шадовара, с таким же оружием, и облачённый только в одежду из тонкого сукна.

Он подошёл к тифлингу, и оба в унисон надули свои узкие, но вполне мускулистые грудные клетки. По-видимому, они отрабатывали этот жест. Только у человека, в отличие от тифлинга, подобная поза казалась шутовской пародией. С копной вьющихся светлых волос и ангельскими пухлыми щёчками, он выглядел почти ребёнком, несмотря на свои накачанные мускулы.

Рэтсис хотел рассмеяться над этими двумя братьями Серого Тумана — ордена монахов, который недавно получил некоторую известность среди нетерезов. Он хотел рассмеяться, но понял, что может сделать кое-что лучше, так как братья Парбид и Афафренфер были чрезвычайно фанатичными и, несомненно, безрассудными.

— Я надеялся, что вы двое будете основными действующими лицами при убийстве дроу, — сказал Рэтсис, потакая им, и действительно — уголки губ обоих монахов поднялись в улыбке на его комплимент. — Я бы даже предположил, что своей стремительностью и смертоносными кулаками вы сокрушите репутацию любого такого, как Дриззт До’Урден.

— Мы ученики Остроконечного Шага, — ответил тифлинг Парбид, потрясая копьём. — Мы сделаем всё: оттесним его, а затем убьём.

Рэтсис взглянул мельком на Джермандера, который тоже явно забавлялся происходящим. Взгляд Джермандера показал, что их небольшая размолвка осталась позади, скрытая почти комичным неуёмным восхвалением Парбида и Афафренфера.

— Я ловец. Ты — убийца, — сказал Рэтсис Джермандеру. — Каков твой выбор?

— Восьмая нас вполне бы устроила, — ответил Джермандер к разочарованию и очевидному сдутию двух монахов. — Я не буду рисковать. Не в этот раз.

— Мираж потребует тройную долю! — сказала Серая Амбра, ещё один член банды; дварфа была частично шейдом, но не полностью, хотя и её сердце целиком и полностью принадлежало Царству Теней. Настоящим именем наёмницы было Амбер Гристл О'Мол, но прозвище "Серая Амбра" подходило ей куда лучше — она была отдалённо похожа как внешностью, так и запахом: длинные чёрные волосы, частично заплетённые в косы, мясистый нос крючком.

Пока она не выглядела полноценным шадоваром, а больше походила на отпрыска дуэргара и Делзуна. Дварфа находилась в Царстве Теней чуть больше года. Но её исключительное мастерство владения булавой и её божественное колдовство не остались незамеченными. Несмотря на отсутствие рекомендаций среди шадовар, Охотники за головами Кавус Дун приняли её и пообещали спонсировать её полный доступ в империю, если она проявит себя. Что было исключительной редкостью в отношении того, кто не был человеком.

Амбра, несомненно, понимала это, сидя среди членов группы, и перекатывая в крепких руках булаву, которую любовно назвала Крушитель Черепов. Длиной булава была примерно с метр, рукоять из полированного прочного дерева, ближе к основанию обёрнута в чёрную кожу, а само основание обмотано тёмной цепью. Женщина легко могла удерживать оружие одной рукой, а могла схватить двумя и одним ударом снести череп скелету. У неё ещё был небольшой щит-баклер, который можно было легко нацепить на локоть, если Амбра решит взяться за булаву двумя руками.

— Будет лучше, если ты помолчишь, — сурово ответил Рэтсис.

Амбра пожала плечами. Поддержи она его позицию, Джермандер набросился бы на неё с таким же замечанием.

— И правда, — заметил монах-тифлинг Парбид. — Амбра считает себя особенной, потому что она одна на тысячу, благодаря своему происхождению, и одна на десять тысяч, если принять во внимание её пол. Можно подумать, будто сейчас она поняла, что ее особенность является предметом любопытства, и ничем больше.

— Несправедливо, брат, — сказал другой монах Афафренфер. — Она хорошо сражается, и её умение исцелять очень нам помогает.

— В ближайшее время твоему дьяволокровому партнёру это не поможет, — пробормотала Амбра себе под нос, но достаточно громко, чтобы все расслышали.

— Возможно, она будет полезна при допросах всех её грязных родичей, которых мы ловим по нашим тропам, — ответил Парбид Афафренферу.

— Мнение дварфа вполне справедливо, — вмешался Джермандер, чтобы вернуться обратно к цели обсуждения. — Миражпотребует три полных доли, несмотря на то, что её работа будет не более изматывающей, чем наша собственная, и, конечно, менее опасной, что позволит ей избежать плена.

— Тогда мы предложим ей две доли, — спокойно ответил Рэтсис, и Джермандер кивнул. — Все согласны? — спросил Рэтсис.

Амбра топнула ногой, скрестила руки и упрямо затрясла головой, хотя, конечно, она не имела полного права голоса, так как не была полностью шадоваром. Когда скептическое выражение лица Рэтсиса это подтвердило, дварфа немного отошла и начала вертеть в руках нитку чёрного жемчуга, которую она носила на шее, ругаясь себе под нос.

Два монаха держались непоколебимо и покачали своими головами с единым «нет», в противодействие Рэтсису и Джермандеру, которые оба проголосовали «да».

Все глаза обратились к дальней части лагеря, где на камнях сидели широкоплечая женщина и толстый мужчина-тифлинг. Женщина точила свой меч. Тифлинг наматывал новые полоски красной кожи на рукоять своего большого цепа. С каждым витком кожи оружие дёргалось, и тяжёлый шипастый шар, размером с голову крупного мужчины, подпрыгивал на конце четырёхфутовой цепи.

— Делайте, что нужно, — ответил тифлинг, которого звали просто Бол.

— Тогда двое с половиной против двух, — сказала Амбра с усмешкой.