Чтение онлайн

– Талиб курит внизу лестницы, - оповестил он нас.
– Привалил откуда-то с лагеря...

– Сюда собирается?
– уточнил Уилл, на что майор пожал плечами. Уилл выдохнул, вновь обращаясь к отряду через запястье: - что со складом? Нет, не сейчас, установите дистанционку, уйдём - тогда подорвёте. До связи.
– Опустив руку, он умолк, поглядывая сначала на майора, потом на меня, затем на остальных парней в холле. Он нервничал, но не подавал виду, только я это видела. Я сжала его руку в знак поддержки, отчего он вздрогнул в улыбке. В момент затишья откуда-то сверху отчётливо был слышан выкрик талиба, объявляющего всеобщую тревогу. Мы все синхронно глянули наверх.
– Трупы нашли, - догадался Уилл. Уже в следующий момент на всё здание завыла сирена, ребята Уилла перекинули автоматы со спины наперёд, а я достала пистолет, снимая его с предохранителя. Уилл так же взвёл затвор автомата. А майор высунул дуло автомата в щель двери, выстрелив. Затем он приоткрыл дверь чуть шире, засев в засаде возле неё и отстреливая всех, кто приближается к зданию.
– Прикрываем майора, - сказал Уилл, встав к нему спиной. Остальные парни так же полукругом заняли позиции возле Уилла.
– Эванс, Робертс и Грин - правый сектор. Браун, Сандерс - слева, Селин, ты...
– полковник заикнулся, глядя на то, как я отхожу к стене, туда же уводя пленников и укомплектовывая в угол.
– Молодец, - сказал он не то, что собирался, а собирался он сказать, что если я без жилета, то должна прятаться за стеной. Я хмыкнула, при взгляде на него и занимая наиболее удобную позицию.
– Код десять активирован.
– Оповестил Уилл всех через рацию на запястье. Я тем временем увидела мельтешение вверху лестницы и, не задумываясь, выстрелила.
– Старайтесь никого не подпускать к главному входу виллы - мы внутри, прямо у входа. Уильямс и Харрис - подгоните машины сюда, у нас пятеро гражданских и сержант без обмундирования.
– Выстрелил Эванс, затем Грин, Браун, Уилл... каждый контролировал свой сектор, полностью блокируя лестницу. Я экономила патроны, в принципе, как и все ребята, считать патроны и не стрелять в пустоту Уилл учит всех. Не успевали талибы показаться на горизонте, как мы стреляли по ногам, если не видели головы. Раз, два, десять, пятнадцать. Я уже взяла второй пистолет. Шестнадцатый талиб выстрелил в ответ, а вслед за ним подбежали ещё трое. Тогда мои ребята разошлись вдоль стен, укрываясь за косяками. Уилл задвинул меня, укрывая за собой. Эванс подгадал момент и выстрелил, убрав из уравнения одного. Затем выстрелил Грин. Я поймала цель, укрываясь за плечом мужа. Быстро сориентировавшись, дёрнулась вперёд, выстрелила дважды, профессионально быстро, застрелив в головы сразу двоих талибов. Они почти синхронно свалились на лестницу и прокатились по ней вниз, затормозив на пятой ступеньке. Эванс, Робертс и Грин синхронно уставились на талибов, а потом на меня. Я им подмигнула, на что парни иронично хмыкнули - всё так же, синхронно.
– Граната!
– предупредил Уилл, и в следующую секунду, мать его, вырвался вперёд, отбив гранату автоматом будто битой! Я непроизвольно и ошарашенно выругалась. Граната взорвалась под потолком, пустив основную часть взрыва над лестницей. Раздались массовые крики талибов, которых зажарило взрывом, а мы выиграли время. Эванс поднял маску на лоб, видимо, чтобы продемонстрировать свою озадаченную физиономию.

– А чего мы гранаты не кидаем?
– спросил он.

– Потому что ты идиот, - парировал Уилл.

– При чём тут это...
– хмуро пробубнил Эванс, не поняв, как эти вещи связанны. Грин покосился на Мэтта, сказав:

– Гранаты у тебя.

– А, точно!
– опомнился Эванс, энергично подлезая к своему поясу под длинную рубаху.
– Я идиот!
– Грин обречённо закивал.

– Я ведь так и сказал...
– пробубнил Руссо, следуя спиной к двери, при этом проглядывая верх лестницы и держа автомат наготове. К двери подошёл майор, вновь приоткрывая её и выглядывая на улицу осторожно.

– Если ты доверяешь гранаты идиоту, - произнёс майор, - то и сам ты недалёкий.

– Ты больно близкий!
– бросил Руссо, выглядывая на улицу из-за его спины, специально акцентируя внимание майора на том, что использует его в качестве щита. Он ещё и приговаривал: - стой ровнее - меня не должны ранить, мне ещё отряд вести.
– Майор устало закатывал глаза, покачивая головой. Всем, кто хоть немного знает Уилла, давно известно, что он не трус, но также всем известно, что он тот ещё юморист! Уилл вновь использовал рацию, чтобы сказать парням постараться расчистить путь машинам к выезду из лагеря от виллы. С улицы доносились многочисленные выстрелы и взрывы. Я оглянулась к Лорейн:

– Ты довольна? Выстрелы...
– Журналистка нервно закивала, ничего не говоря, - думаю, у неё пропал дар речи от всего увиденного, как и у остальных пленников. Тем временем Эванс уже достал две гранаты и, выдёргивая чеку, закинул их на лестницу. Повторил действо с ещё двумя гранатами. Таким образом, полностью перекрыв проход талибам.

– Дамы и господа!
– обратился Уилл к нам.
– Рады вам сообщить о прибытии эскорта. Просьба - проследовать к выходу. Пожалуйста, будьте вежливы и пропускайте вперёд женщин, инвалидов и прокажённых.
– Иронично посмеиваясь, я подвела пленников к двери.
– Надеемся, вам понравилось в нашем отеле, - не унимался Уилл, при взгляде на меня нарочито вытаращив глаза.
– И вы поставите нам пять звёзд в нашем приложении «Гостеприимный Афганистан».
– Я засмеялась, поджимая губы. Тем временем пленники расположились за моей спиной, растрёпанные, грязные и уставшие, пялясь на Руссо не очень-то добро. Уилл посмотрел на них ответно, медленно расстраиваясь.
– Чего вы такие кислые? Будто бы война за порогом!

Я хохотнула, но затем откашлялась.

– Хватит издеваться над ними, - бросила я, пробравшись к двери и выглянув из-за его спины. Затем я нарочито ахнула, схватившись за плечо мужа: - Уилл, там всё бумкает!
– Он покосился на меня, беззвучно и саркастично посмеиваясь.

– Говорят, что там и умереть можно, - добавил Эванс, попутно прослеживая территорию.

– Говорят, убивают там, Уилл!
– брякнула я. Скривилась: - может, не пойдём туда? Останемся жить здесь...
– оглядевшись, я сомнительно добавила: - на вилле террористов...
– Уилл саркастично угукнул.

– Обстановка разряжена, - резюмировал он. Затем обратился к пленникам: - выйдем на улицу, смотрите себе под ноги. Идите прямо, вниз по лестнице. Мы с ребятами обеспечим безопасный проход, игнорируйте любые шумы и крики. Селин, ты... ээ...
– он заикнулся, потеряв меня из виду, поскольку я решила воспользоваться паузой и прошла к мёртвому талибу на ступеньках, забирая у него оружие.

– Я их укомплектую, поняла, - отмахнулась я, не оборачиваясь. Уилл чавкнул, промолчав. Тем временем я уже забрала автомат, проверила его боеготовность да, передёрнув затвор, быстро вернулась к мужу.

– Ты с ними поедешь, - сказал Уилл, с таким лицом, будто бы уж был готов к спору.

– Хорошо, - вздрогнула я в улыбке. Сведя брови, Уилл скривился. Наверно, он усомнился в том, что я настоящая Селин Сандерс, его жена. Вообще, я его слушаюсь на поле битвы, в накалённой ситуации не спорю, поскольку знаю, что могу только всё испортить своими спорами. Да и иногда совсем не хочется с ним спорить, выделываться - зачем, если я могу спокойно сидеть в засаде, а не бежать по передовой? Но бывают такие моменты, когда я хочу проявить себя перед негодующими парнями отряда, и, если положение позволяет, а чтобы вы понимали - сейчас оно позволяет, то я вступаю в спор. Говорю, что могу работать наравне с парнями, и не стоит меня задвигать. Как правило, полемика ни к чему путному не приводит, но факт остаётся фактом. Сегодня я была особенно покладистой, и Уилла это немного настораживало. Ещё некоторое время, подозрительно на меня косясь, Уилл поднёс запястье ко рту, предупредив парней о том, что мы выходим. И мы пошли. Стоило только дверь открыть, как перед нами расстелилась самая настоящая война: повсюду взрывы, выстрелы, крики, драки. Мы были в самом центре и немного на возвышении, так что мне была хорошо видна местная планировка. Я увидела две не асфальтированные дороги, одна простиралась слева между палаточным городком и постройками в центре военной базы, вторая - справа, где уже не было палаток совсем. Обе дороги сходились перед виллой, а также в конце лагеря - перед выездом. Под мраморной высокой лестницей были припаркованы два военных бронированных джипа, спиной к ним с интервалом располагалось четверо мужчин, которые отстреливались и обеспечивали безопасный проход к машинам. Мужчины, с которыми я вышла из здания, окружили пленников, а я работала на два фронта - вроде и с пленниками и со своими парнями. Уилл подошёл к одному из джипов первым, открыв заднюю дверь, при этом он прослеживал территорию и отстреливался при необходимости, как и остальные парни. Меня пропустили вперёд, я вскользь поприветствовала сержанта Уильямса, затем протолкнула к джипу женщин. Юные подружки и Анжела сразу же уселись на заднее сидение, трясясь, как осиновые листы на ветру, а Лорейн застопорилась:

– Я с тобой поеду.
– Я цыкнула, не собираясь с ней сейчас спорить. Схватив её за руку, дёрнула на себя да окликнула Криса, сказав ему садиться в джип. Он сразу же дёрнулся к машине, усевшись возле водителя. Я закрыла за ними дверь, постучав по крыше автомобиля. Джип оперативно сдвинулся с места, направившись по правой дороге вглубь военного городка, охваченного войной. Ему на смену подъехал второй джип. Я сказала Лорейн садиться назад, а сама села возле водителя.

– Харрис, - поприветствовала я водителя.

– Привет, вице-полковник, - хмыкнул он. Я озадаченно усмехнулась - у меня новое прозвище? Харрис развернул автомобиль и поехал по другой дороге - между палатками и некоторыми зданиями. Выехав на прямую, но не асфальтированную дорогу, Харрис разогнался, чтобы не попасть под замес, разворачивающийся с двух сторон от нас.
– По тебе весь отряд истосковался, - сообщил он, вынудив меня подозрительно нахмуриться.
– У полковника крышу конкретно снесло в связи с твоим отсутствием. Особенно досталось Эвансу с Грином, которых Руссо отправил за тобой в объезд. Они и сообщили ему о твоём похищении - он их чуть было в том лесу и не закопал живьём...
– Я хохотнула, поджимая губы.
– По крайней мере, обещал им сделать это. Но потом сказал, что ему пригодится любая рабочая сила и для начала он вернёт тебя, а потом уже закопает их. И знаешь что?
– Харрис интригующе глянул на меня, я вопросительно кивнула.
– Эванс собрал все наши лопаты и спрятал в своей палатке...
– Я засмеялась.
– Наивный - думает, Руссо без лопаты яму выкопать не сможет...
– Я уже расхохоталась - да уж, не удивлюсь, если Уилл уже выкопал яму без помощи лопаты и в принципе каких-либо подручных предметов.

– С-Селин?
– нервно заикаясь, окликнула меня Лорейн. Я хмуро оглянулась на неё, а она указала вперёд себя. В следующую секунду я почувствовала, как у меня расширяются зрачки от страха. В конце дороги встал Алим, вздёрнув на плечо гранатомёт и нацеливая его на нас...

– Чтоб тебя! Сворачивай!
– запаниковала я, озираясь. Я уже поняла, что сворачивать некуда, задолго до того, как мне сказал об этом Харрис. Дорога здесь была только одна, можно было бы пойти тараном через палатки, но там всё полыхало, да и с талибами сражались вояки. Харрис успел связаться по рации с ребятами, сообщив о надвигающейся опасности, прежде чем Алим выстрелил. Тогда и дрогнуло моё сердце, замерло в страхе. Я инертно выставила перед собой руки, вовсе и не рассчитывая на то, что это хоть чем-то поможет, просто, когда на тебя надвигается нечто, ты автоматически принимаешь оборонительную позицию. Но я не обычный человек, и когда я выставила руки перед собой, задрожала передняя панель джипа, время замедлило свой привычный ход, позволяя мне увидеть, как огромная граната вздрагивает, сдвигается в сторону на миллиметры. Я чувствую, как магия Лидии циркулирует в кулоне и входит в меня, заряжает меня, словно батарейку. Я сосредотачиваюсь на гранате, с воем сдвигая её вверх при помощи телекинеза. Тем временем Харрис затормаживает, в то же время пытаясь свернуть. Граната пролетает в сантиметрах от крыши джипа, вскоре разрушая большую часть виллы. Но Харрис не справляется с управлением, джип заносит на повороте и переворачивает. Я вижу быстро крутящийся лагерь и землю трижды, прежде чем наступает темнота...

Глава 24

Я сплю и не сплю. Чувствую, как меня хватают за шкирку, ударяют пощёчину, но я не сразу прихожу в себя. Приоткрываю глаза - веки кажутся неистово тяжёлыми, голова ватная. Болью сковывает всё тело, все кости. Меня тошнит и кружится голова. Поначалу я не вижу ничего, кроме мутных блёклых пятен, а потом картинка проявляется. Передо мной Алим, пытающийся грубо привести меня в чувства, он что-то говорит, но я его не понимаю. Убедившись в том, что я очнулась, он меня вздёрнул на ноги, метнув куда-то в сторону. Я ничего не понимала долгое время, шла на ватных ногах в полумраке, пока не загорелся жёлтый свет огня. Тогда я поняла, что мы вышли из палатки, которую окружали талибы - старожилы с автоматами. Алим взял у одного из тех сторожил военную рацию, которыми пользуется мой отряд и заговорил в неё: