Кольцо вокруг Солнца
Шрифт:
– Ну, о чем речь, - сказал я.
Пришелец отделился от двери, подал знак - и в комнату ввалились два робота, до того стоявшие за дверью, где я их не видел.
– Меры безопасности приняты, - заявил пришелец, - и мы вправе удалиться для разговора. Готов слушать вас со всем вниманием…
Тогда я вышел на кухню, а он следом за мной.
Я сел у стола, он напротив.
– Должен принести вам свои извинения, - степенно сказал он.
– Этот негодяй проник на вашу планету и лично к вам обманным путем.
– Мистер, - сказал я в ответ.
– Ничего-то вы не поняли. Мне этот ваш перебежчик нравится.
– Нравится?
– переспросил он, потрясенный.
– Но это немыслимо! Он ничтожный пропойца, более того…
– Более того, - закончил я за пришельца, перехватывая инициативу, он приносит нам уйму пользы!
Пришельца будто током ударило.
– Вы не ведаете, что говорите! Он тащит из вас ваши печали и смакует их самым омерзительным образом, и записывает на пленку, чтобы пережевывать их снова и снова к вашему вечному стыду, и более того…
– Да вовсе это не так!
– крикнул я.
– Нам идет на пользу, когда мы вытаскиваем свои печали и выставляем их напоказ…
– Отвратительно! Более того - нескромно!
– Он запнулся.
– Что вы сказали?..
– Расписывать свои печали идет нам на пользу, - произнес я так торжественно, как только мог.
– Это вопрос мироощущения.
Пришелец стукнул себя ладонью по лбу, и перья вокруг сомовьей пасти встали торчком и затрепетали.
– А вдруг это правда?
– сказал он, объятый ужасом.
– Если цивилизация столь примитивна, так погрязла в грехах и бесстыдстве…
– Как мы, например, - поддержал я.
– На нашей планете, - заявил пришелец, - нет ни тревог, ни печалей. Ну, во всяком случае, их не очень много. Мы в совершенстве приспособлены к жизни.
– Кроме таких, как Вильбур?
– Вильбур?..
– Ваш приятель, который в той комнате, - пояснил я.
– Я не сумел выговорить его имя, так я назвал его Вильбуром. Между прочим…
Он провел рукой по лицу, и что бы он там ни болтал, было ясно, как день, что в тот момент его обуревали тревоги.
– Зовите меня Джейк. Зовите меня как вам заблагорассудится. Лишь бы найти выход из этого дурацкого положения.
– Нет ничего проще, - ответил я.
– Оставьте Вильбура здесь, только и всего. На самом-то деле вы им вовсе не дорожите, не так ли?
– Им? Дорожим?
– взвыл Джейк.
– От него и подобных ему одни неприятности. Но мы их породили - нам за них и отвечать. Мы не вправе взваливать эту ношу на ваши плечи.
– Стало быть, есть и другие такие же, как Вильбур?
Джейк печально кивнул.
– А мы заберем их всех, - решил я.
– И будем их очень любить. Всех до единого.
– Вы с ума сошли!
– Конечно, - подтвердил я.
– Потому-то они нам и нужны.
– Вы в этом уверены, у вас нет и тени сомнения?
– Совершенно уверен.
– Приятель, - заявил Джейк, - тогда по рукам!..
Я протянул руку, чтобы он пожал ее, но он моей руки, кажется, и не заметил. Он поднялся со стула, и видели бы вы, какое безмерное облегчение отразилось на его лице. Потом он повернулся и горделиво пошагал из кухни прочь.
– Эй, погодите минутку!
– завопил я.
– Ведь надо бы еще утрясти кое-какие детали.
Но он, мне кажется, меня уже не слышал.
Я бросился в комнату, однако Джейком там и не пахло. Я - в спальню, но обоих роботов тоже след простыл. Вильбур и Лестер пребывали в блаженном одиночестве.
– Говорил я вам, - обратился Лестер к Вильбуру, - что мистер Сэм все уладит…
– Глазам своим не верю, - отозвался Вильбур.
– Неужели они в самом деле ушли? Ушли навсегда? И ни при каких обстоятельствах не явятся обратно?
Я вытер лоб рукавом.
– Больше они вас не потревожат. Наконец-то вы от них избавились.
– Прекрасно!
– воскликнул Вильбур.
– Ну, как насчет той сделки?
– Сейчас, - ответил я.
– Минуточку. Только выйду и повидаюсь с тем человеком.
Я выбрался на крылечко и постоял там чуток, чтобы унять дрожь в коленках. Джейк со своими двумя роботами чуть было не погубили все на свете. Хотелось выпить, как никогда в жизни, но я не смел замешкаться. Я должен был взять доктора за жабры, пока не стряслось еще чего-нибудь.
Я приблизился к машине.
– Сколько можно ждать?
– раздраженно произнес док.
– Пришлось уламывать Вильбура, чтобы он согласился, - ответил я.
– Но он согласился?
– Да, согласился.
– А тогда, - спросил док, - чего же мы ждем?
– Десять тысяч долларов, - сказал я.
– Десять тысяч?..
– Такая у Вильбура цена. Я продаю вам своего пришельца.
– Твоего пришельца? Вовсе он не твой!
– Может, и не мой, - ответил я, - да велика ли разница! Скажу ему словечко, и никуда он с вами не поедет.
– Две тысячи, - провозгласил док.
– Ни центом больше.
Поторговавшись, мы сошлись на семи тысячах долларов. Если бы я захотел убить на это всю ночь, то выколотил бы восемь с половиной. Но я был выжат до изнеможения, и стопка мне нужна была куда больше, чем лишних полторы тысячи. Так что мы сговорились на семи.
Мы вернулись в дом, и док выписал чек.
– Ты, конечно, сам понимаешь, что уволен, - сказал док, вручая его мне.
– Об этом я как-то еще не думал, - ответил я - и ответил честно. В руке я держал чек на семь тысяч долларов, а в кармане топорщилась пачка стодолларовых купюр, и сколько же выпивки можно накупить на такие деньги!
Я вызвал из спальни Вильбура с Лестером и сказал:
– Старина док соглашается взять вас.
И Вильбур ответил:
– Я так счастлив, так благодарен. Надеюсь, уговорить его оказалось не слишком сложно?
– Да, пожалуй, нет. Он не запросил лишнего.
– Эй, - окликнул нас док с кровожадным блеском в глазах, - что тут происходит?
– Ничего особенного, - заверил я.
– Мне померещилось…
– Вот ваш пришелец, - перебил я.
– Забирайте его, если хотите. А если вдруг передумали, я буду рад оставить его себе. Найдутся и другие охотники…