Коллега
Шрифт:
– Можно сказать, я много думал о том, как мы будем заниматься сексом. – Он оторвал взгляд от своей эрекции и пристально посмотрел на меня. – Я часто представлял себе, как мы занимаемся сексом. И уже начал думать о том, что мы будем заниматься сексом... часто.
При этих словах меня пробрала дрожь, а также при мысли о том, как он ублажает самого себя.
– Я тоже думала о том, чтобы заняться с тобой сексом, – призналась я.
Торн удивлённо вскинул брови.
– Правда?
– В основном я фантазировала, что ты набросился на меня в кабинете.
– Ты кончила, когда фантазировала об этом? – спросил Торн, поглаживая член.
– Я не трогала себя, когда думала об этом. – Я облизнула губы. – Но всегда становилась влажной.
– Не такой влажной, какой стала в реальности.
Я отрицательно покачала головой.
– Нет. Только твои руки, рот и член делают меня такой влажной.
– Мне нравится это.
– Я становлюсь влажной даже когда наблюдаю как ты ласкаешь себя.
Торн ухмыльнулся.
– Ты бы предпочла, чтобы я прикасался к тебе?
– Да, и ещё хочу, чтобы ты был внутри меня.
– Я тоже хочу быть внутри тебя. – Он дёрнул подбородком в мою сторону. – Встань на колени, – приказал он.
– Ты ведь любишь отдавать приказы, правда?
В его глазах вспыхнуло мрачное выражение.
– Ты не умеешь проявлять уважение.
– Хм, хочешь наказать меня?
– Возможно.
– Как?
– Заставить тебя выкрикивать моё имя.
Я усмехнулась.
– Это не слишком похоже на наказание.
С такой же ухмылкой Торн ответил:
– Я бы сказал, что не кончить и выкрикнуть моё имя в отчаянии – это крайняя форма наказания, – ответил Торн с такой же ухмылкой.
– Ты ведь не сделаешь этого со мной... правда?
– Если ты сделаешь то, что скажу, я не буду этого делать.
Ну, тогда ладно. Я не любила, когда мне указывали что делать, будь то в спальне или в зале заседаний совета директоров, но по какой-то причине с Торном было иначе. Возможно, потому что я знала, что он привык отдавать команды в бою.
– Ладно, ладно, – неохотно проворчала я. Оказавшись на четвереньках перед Торном, я оглянулась на него через плечо. – Так хорошо, сэр?
Он вознаградил мои усилия улыбкой, от которой расплавились трусики, если бы они на мне были.
– Вид довольно фантастический.
Торн расположился позади меня, и от ощущения его члена, толкающегося в моё влагалище, по коже пробежала дрожь предвкушения. Проскользнув немного внутрь, он ухватился за мои бёдра, сжал их и резко толкнулся до самого конца. Я вцепилась в старинный ковёр и вскрикнула от удовольствия.
Пока Торн задавал мучительный ритм, я подмахивала бёдрами. Мы просто идеально подходим друг другу. Всё тело покалывало от удовольствия, не только между ног, особенно когда Торн убрал одну руку с моих бёдер, чтобы погладить мой клитор.
Сочетание его толчков и поглаживания клитора отправило меня на край пропасти.
– Торн! – закричала я, стенки моего лона сжались вокруг него. Когда волны оргазма начали отступать, ощутила, как Торн яростно двигал бёдрами, пока не кончил с громким криком.
Мы рухнули на пол. Немного отдышавшись, я повернула голову и посмотрела на него.
– Не могу поверить, что мы только что занимались сексом на старинном ковре в спальне королевы Белого дома.
– А что в этом плохого?
Я прикрыла ладонью глаза.
– Мне почему-то кажется, что я опозорила страну.
Торн усмехнулся.
– Думаю страна переживёт это. – Нахмурившись, он добавил: – Вопрос в том... продолжим ли мы?
Я рассмеялась.
– Думаю, ты справишься ещё пару раз. В конце концов, ты терпел долгое время.
– Это правда. – Торн поднялся с пола и протянул мне руку. Когда он рухнул на кровать, я схватила с тумбочки свой телефон. Заголовок на заблокированном экране заставил меня задохнуться от ужаса:
«Самый завидный холостяк Америки исчез с рынка?»
Там же была фотография, на которой мы с Торном танцевали на свадьбе.
Моя рука взлетела ко рту.
– О боже, – простонала я.
– Что не так? – спросил Торн.
– Нас разоблачили СМИ.
– Что?
Я сунула ему свой телефон. Взглянув на экран, Торн не выказал того же ужаса, что и я. Встретившись со мной взглядом, он пожал плечами.
– Это всего лишь предположение. Они не знают, что на самом деле происходит между нами.
– И что же происходит на самом деле?
Торн почесал щетину на щеке.
– Обжигающе горячий секс?
Я закатила глаза.
– Ты серьёзно?
Он одарил меня коварной усмешкой.
– Да.
– Джеймс Торнтон Каллаган, – предупредила я.
– О, мне нравится, когда ты называешь меня полным именем.
– Пожалуйста, будь серьёзен, – сказала я, отталкивая его.
– Хорошо. Ты хочешь знать правду? Между нами гораздо больше, чем просто обжигающе горячий секс. Мы – хорошие друзья, мы – коллеги...
– Скорее начальник и служащий или начальник и подчинённый.
– Это всего лишь семантика, – ответил он, закатив глаза.
– О, я почти уверена, что если начну читать дальше, то в статье обязательно всплывёт этот непристойный маленький факт.
– Изабелла, ты в ужасе из-за пустяков. Мы можем сфотографироваться вместе, не сталкиваясь с какими-либо последствиями на работе.
Я прикрыла глаза.
– Боже, только представь, что сейчас говорят всё на работе? Или что они скажут, когда мы завтра вернёмся.
– Учитывая, что большая часть нашего этажа всё ещё считает меня гигантским мудаком, я уверен, что хуже не будет, – съязвил Торн.
– Ещё раз, не мог бы ты отнестись к этому серьёзно?
– Ладно. Честно говоря, мне глубоко наплевать на то, что они могут сказать о нас. В конце концов, это никого не касается, кроме нас.
– Неужели ты не понимаешь? Из-за того, кто ты есть, это никогда не будет просто нашим делом. СМИ всегда будут выставлять нашу личную жизнь на показ.
– Повторяю, для меня всё это не имеет никакого значения.